Ольга Баскова – Самое справедливое убийство (страница 8)
– А кроме доктора Семкина, к ней никто в тот день не заходил?
Замшина развела руками:
– К сожалению, это тот случай, когда искать нужного вам человека можно бесконечно. Каждому из врачей периодически что-нибудь нужно в архиве. За день бабу Зину посещали десятки наших работников.
– Однако никто не видел, как ей стало плохо, – заметил Константин.
– Да, – вздохнула врач. – Обеденное время каждый из нас старается провести с пользой для себя.
Оперативник поблагодарил Александру Николаевну, еще немного походил по больнице, побеседовал с докторами, медсестрами и санитарками, однако эти беседы ему ничего не дали. В предположительный момент приступа Зинаиды Терентьевны ни в архиве, ни возле него никого из медперсонала, по их утверждению, не было.
Глава 13
– Жаль, что этой сатане в белом халате удастся вывернуться, – нахмурился Киселев, выслушав рассказ приятеля. – У нас есть прекрасная версия, но, к сожалению, бездоказательная. Может быть, шеф что-нибудь придумает?
Разговор с подчиненными не поднял настроение полковника.
– Вы правы, – расстроенным голосом проговорил он. – У нас против нее ничего нет. Хотя... – Он встал со стула и начал мерить шагами кабинет. – Давай-ка, Паша, изложи ваши соображения. Возможно, где-нибудь образовалась маленькая щелочка.
– Все очень просто, – начал Киселев. – Клемма грозила разоблачениями Корнийцу. Ему было глубоко наплевать на них как ученому, потому что возвращаться к диссертации под руководством академика он не собирался, но, видимо, не плевать как начинающему бизнесмену. И он придумал способ заткнуть ей рот с помощью тети, Белозеровой Анны Петровны. Известно: о мизерных зарплатах врачей все время вещают средства массовой информации. Белозерова – вдова с взрослой дочерью, которой нужно оплачивать не только наряды, но и учебу. Выслушав племянника, тетушка сначала подумала о клятве Гиппократа и решила уладить вопрос с квартирой мирным путем. Однако ее пациентка была непреклонна, и даме ничего не оставалось, как укокошить ее на операционном столе. Корниец, физик-электротехник по образованию, прекрасно придумал с выбиванием пробок. Думаю, во время аварии Белозерова в темноте вколола Клемма какой-нибудь препарат, вызывающий острую сердечную недостаточность, а потом выкинула шприц в специально отведенную для этого урну, уложившись, думаю, в полминуты: Егор еще не добежал до щитка, а ассистентки не успели достать фонарики. Потом дамочка принялась за уничтожение медкарты. Это оказалось не так просто. Педантичная бабуля Зинаида Терентьевна обязательно запомнила бы, если бы Белозерова ушла с документом и не вернула его. Я считаю, смерть Прошиной – на ее совести. Анне Петровне удалось пробраться незамеченной в архив, взять медкарту и угостить чем-то бабу Зину, чем-то, в чем содержался препарат, вызывающий знакомые нам симптомы. Ну, как?
– Хорошо, но плохо, – махнул рукой Кравченко. – Зацепиться действительно не за что. Эта чертова врачиха действовала безукоризненно.
– А за что же все-таки убили ее племянника? – подал голос Константин. – О нем мы как-то забыли.
Алексей Степанович вздохнул. По поводу Корнийца не было даже мало-мальски приличной версии. Так получилось, что, занимаясь одним убийством, они раскрыли другое, однако в первом по-прежнему не продвинулись ни на шаг.
– Не знаю, Константин, – честно признался начальник, – не знаю.
Глава 14
Анатолий Корниец на всех парах летел к своей любимой тетушке, ругая Клемма последними словами. Эта старая сука объявила ему войну – так пусть пожнет ее плоды. Никакой благодарности за помощь в диссертации он не ощущал. Впрочем, кандидатская ему была уже до фонаря. Правда, она сослужила добрую службу: за некоторые исследования американские ученые отвалили Ашотику неплохой куш, и он не преминул поделиться с приятелем. Анатолий долго ломал голову, куда бы вложить так неожиданно свалившиеся на него деньги, пусть и небольшие, и наконец принял предложение одного из друзей. Тот бизнес, которым сейчас занимался Корниец, приносил баснословную прибыль, и мужчина не собирался терять его, что было вполне возможно, открой старуха рот. Поскольку она и намеревалась это сделать, рот надо было закрыть, и он ничего не придумал лучше, как обратиться за помощью к Анне Петровне.
Гинеколог жила в престижном районе города, в довольно просторной квартире, однако уже давно поговаривала о размене. Денег на жизнь ей катастрофически не хватало. Все имевшиеся у нее драгоценности были давно заложены или пропиты бывшим муженьком. Дополнительный заработок в виде платы за операции конкретно ей запрещал главврач. Конечно, больные порой делали подарки в виде коробки шоколадных конфет или недорогой косметики, однако женщине нужны были купюры. Размышляя об этом, Анатолий быстро поднялся по обшарпанной лестнице на второй этаж и позвонил в давно не крашенную дверь.
– Здравствуй, тетушка! – Он с порога обнял Анну Петровну и прижал к могучей груди. – Как у нас делишки?
– Выживаем, – улыбнулась Белозерова, принимая от племянника торт и бутылку шампанского. – А ты здесь откуда? По какому случаю вспомнил?
– Угостите чайком – и все узнаете. – Анатолий уже проходил в большую гостиную.
Анна Петровна молниеносно накрыла маленький столик, Корниец откупорил шампанское и, разливая его по бокалам, провозгласил тост:
– За родственное сотрудничество.
Врач сначала выпила вино, потом удивленно взглянула на племянника:
– Что-то тосты нынче стали непонятными. Объясни.
Мужчина поставил бокал.
– Я это и намеревался сделать. Только, тетя Аня, у меня к вам просьба. Вы сначала выслушаете, и выслушаете внимательно, а потом можете высказываться.
Толик без стеснения рассказал ей о своих проблемах.
– Я считаю, что правильно поступил, – дал он оценку своим действиям, – на дворе перестройка, новое мышление, и каждый зарабатывает как может. Вспомни историю, тетя. Практически все миллионеры начинали с грязных денег – и что с того?
Белозерова ухмыльнулась. Напористость и поворотливость племянника ей нравились:
– Ох, хитрец!
– Кстати, я не только для себя стараюсь, – Анатолий достал из борсетки конверт и протянул его женщине: – С моей первой прибыли Элечке на обновки.
Анна Петровна посмотрела в конверт и ахнула:
– Ты даришь Эле три тысячи долларов? – Она бросилась на шею племяннику. – Ты не представляешь, какой ей сделал подарок!
– И он может быть не последним, – заметил Толик. – Все зависит только от вас.
– От меня? – удивилась Белозерова. – Что же я могу сделать?
– Тебе знакома некая Сергеева-Клемма?
– Более чем. А почему ты спрашиваешь? – поинтересовалась врач.
– Дело в том, что она и есть та старая дама – моя научная руководительница, собирающаяся раскрыть рот. Если она это сделает, а она это сделает обязательно, крах моему бизнесу.
– В данный момент я ее лечащий врач и готовлю ее к операции, – заметила женщина.
Глаза Анатолия заблестели:
– Тетя!
– Не думай ни о чем таком! – строго проговорила Анна Петровна. – Я грех на душу не возьму!
– Моя благодарность – это еще не все! – Корниец опустился перед ней на колени и взял ее руки в свои. – Наша дамочка одна на всем белом свете. Надо выяснить, существует ли завещание на ее квартиру. Если нет, после ее кончины Светка поможет оформить жилплощадь на Элку.
– Каким же образом?
– Моя любовь к искусству вам знакома, – насмешливо ответил племянник. – Я подделаю подпись профессорши на бланке завещания, благо оригиналов ее автографа у меня полно.
Щеки врача побелели:
– Ты сошел с ума! Если кто-нибудь нас поймает...
Анатолий расхохотался:
– Еще раз повторяю вам: старущенция одинока. Ее смерть, как и ее завещание, не привлекут ничьего внимания.
– Все равно. – Белозерова взяла бокал и сделала хороший глоток. – Я никогда не пойду на это.
Мужчина поднялся со стула:
– Думаю, это не окончательный ответ, – рассмеялся он. – Порассуждайте на досуге, тетя. Только учтите: у нас мало времени.
– Уходи! – Анна Петровна подтолкнула племянника в прихожую.
– Ухожу! – Анатолий игриво улыбнулся. – Уверен: вы еще позовете меня. Когда деньги кончатся совсем.
Гинеколог закрыла за ним дверь и прислонилась к ней спиной. Ей было трудно дышать.
Эллочка Белозерова по праву могла считать себя самой красивой девушкой на курсе: белокурые густые волосы, сногсшибательная фигура, личико с правильными чертами. В другое время она просто страдала бы от кучи поклонников, предлагавших руку и сердце. Но сейчас в моде были другие, имевшие деньги, связи или собственную жилплощадь. Ничем таким Белозерова похвастаться не могла и поэтому безумно радовалась, когда на нее обратил внимание однокурсник Михаил, ни внешностью, ни умом не выделявшийся среди остальных. Нет, кое-чем он, несомненно, выделялся. Те, остальные, предлагали лишь секс и хотели, чтобы она стала для них очередной игрушкой на время. Михаил же намекал на скорую женитьбу, чему девушка была несказанно рада. Правда, сроки свадьбы даже примерно еще не определялись, однако об этом Элла не думала, будучи уверенной, что это обязательно свершится. А пока, посвятив в свои дела лучшую подругу, Эллочка предавалась любовным утехам в ее комнатушке в общежитии. Сегодня девушка летела на свидание как на крыльях. Она должна была сообщить Михаилу новость, которой он, конечно, обрадуется.