Ольга Аверина – Капитолий – всему голова. Серия «Рим в любую погоду» (страница 7)

В XIV веке у церкви поменялось имя – вместо Санта-Мария-ин-Капитолио появилось новое, подчеркивающее легенду о небесном жертвеннике – Санта-Мария-ин-Арачели.

После возвращения пап из Авиньона в Рим закипела работа по приведению Вечного города в божеский вид. На Капитолии был реставрирован Палаццо Сенатори и значительно расширена территория монастыря. Слава и престиж обители францисканцев стали так велики, что многие аристократические семьи соревновались за право иметь в базилике свои часовни, а папе Мартину V Колонна (1417 – 1431) пришлось даже запретить гражданским лицам проживание в монастыре. Кульминационной точкой расцвета стали времена правления папы Сикста IV (1471 – 1484), бывшего францисканского монаха Франческо делла Ровере, который даровал братьям множество привилегий в части управления имуществом и святынями.

В XVI веке Капитолий, сохранивший свою притягательную силу и особую энергетику, привлек внимание папы Павла III Фарнезе (1534 – 1549), решившего построить здесь свою летнюю резиденцию, получившую название Башня Павла III. В 1585 году папа-францисканец Сикст V Перетти, передал резиденцию ордену, который разместил в ней штаб-квартиру.

XVI век также принес церкви ряд значительных изменений – в 1514 году при папе Льве X Медичи (1513 – 1521) она получила право заказывать для себя произведения искусства, а через три года ее статус поднялся до кардинальского. Францисканский аскетизм был еще более потеснен комфортом и эстетизмом, когда папа Павел III Фарнезе (1534 – 1549) не только разместил рядом с базиликой свою летнюю резиденцию, но и занялся обустройством Капитолийской площади. К базилике были добавлены ризница и колокольня (взамен недостроенной XIII века), разрушенная апсида заменена хорами, а часть часовен полностью реконструирована. В 1723 году был перестроен и главный алтарь.

Францисканцы обжились на Капитолии с уютом и пользой – в мастерской при церкви святой Риты шили облачения для монахов, а в XVIII веке здесь появились школа теологии и философии и одна из лучших библиотек того времени монастырская Библиотека Эборенсе, основанная францисканцем Джузеппе Фонсека да Эвора. Португальское происхождение основателя библиотеки спасло ее от растворения среди других фондов: когда в 1873 году Итальянское королевство экспроприировало у церкви 69 библиотек для создания национальной библиотеки, Португалия настояла на сохранности единства коллекции, включающей около 20 000 томов.

Английский историк Эдуард Гиббон писал, что идея написания его знаменитого труда «История упадка и разрушения Римской империи» пришла к нему 15 октября 1764 года в тот момент, когда он сидел возле церкви и слушал, как монахи поют Вечерю. Гиббону понадобилось двадцать три года для написания этой замечательнейшей работы.

Французы, не читавшие Гиббона и не испытывавшие пиетета к римским святыням, использовали церковь во время оккупации 1798 года в качестве конюшни. Именно тогда копытами лошадей был значительно поврежден пол в стиле косматеско, а руками людей украдены драгоценности и разломаны часовни, в том числе и часовня святой Елены. После этого францисканский монастырь вместе с церковью был закрыт до 1815 года, но и вновь открытый, он просуществовал только до 1873 года, когда его помещения были конфискованы для казарм городской полиции.

Еще одним испытанием стало строительство мемориала Иль Витториано, во время которого были безжалостно разрушены древняя ризница, монастырь и башня Павла III. После строительства Витториано базилика, увы, перестала быть самым близким к небу зданием Рима.

К настоящему времени на Капитолии сохраняется лишь небольшой монастырь, в котором живет несколько францисканских монахов. От Башни Павла III сохранилась лишь элегантная лоджия-вход со стороны Капитолийской площади.

Ознакомившись с историей базилики, посмотрим на ее фасад. Он как настоящий францисканец немного неуклюжий и скромный. По сути это только кирпичная кладка XIII века, причем внимательный человек отметит, что монахами были использованы кирпичи от разных античных зданий. В начале строительства предполагалось не оставлять кирпичную кладку открытой, но идеи оформления фасада так и остались идеями. Строительные леса были сняты навсегда, оставив память о своем пребывании в виде многочисленных отверстий.

Почти в середине фасада врезано окно, формой немного напоминающее сердце. В 1412 году на фасаде появились первые публичные часы работы Людовико да Фиренце и Пьетро да Милано. Для обслуживания этих главных часов города было организовано специальное общество, известное как «модераторы часов (moderatores horologii)».29

С определением времени в Риме было непросто. Существовали часы с «французским» 12-ти часовым циферблатом и двумя стрелками и «итальянские». С итальянскими часами тоже все было не как у нас – в Риме долгое время сохранялась традиция использовать часы с циферблатом, разделенным на 6 частей. Одна единственная стрелка достигала цифры 6 на закате, и такие часы каждые две недели приходилось подгонять под продолжительность светового дня. Широко распространены в Италии были также часы с 24-часовым циферблатом.

На самом верху фасада странноватое изогнутое навершие с полукруглым окном. Изгиб верхней части фасада ученые объясняют возможным наличием здесь мозаики, которую должны были видеть прихожане и паломники, поднявшиеся по лестнице. Но это только версия. Известно, что фасад действительно украшала мозаика, выполненная, как полагают во второй половине XIII века францисканским монахом Якопо Торрити из Ассизи. На ней был изображен знаменитый сон папы Иннокентия III Конти (подробнее об этом сюжете в описании часовни святого Франциска).

Увидеть сохранившуюся мозаику XIII века (возможно Якопо Торрити), перенесенную с основного фасада в 1564 году, можно в люнете арки над боковым входом в церковь. Он находится за углом справа, со стороны Капитолийской площади. Вход совмещен с маленькой колокольней XIII века, построенной только до второго этажа, поскольку в 1260 году руководство францисканского ордена запретило иметь братьям высокие колокольни.

Рядом, наверху лестницы за палаццо Нуово сохранилась лоджия с аркадой из трех арок бывшей летней резиденции Павла III, о которой упоминалось ранее. Позднее лоджия стала входом в монастырь францисканцев, а теперь это все, что осталось от башни и монастыря. Рядом с лоджией стоит колонна с крестом, имеющая в основании герб Рима и подписанная 1703 годом. Зимой этого года в Риме произошло несколько землетрясений и, возможно, колонна воздвигнута в знак благодарности Деве Марии за то, что базилика не пострадала.30

Вновь вернемся к центральному порталу, над которым мы видим полукруглую арку со следами фрески 1465 года. В отличие от живописи мраморные барельефы XVI века над боковыми входами с изображением евангелистов Иоанна (слева) и Матфея прекрасно сохранились. Алессандро Маттеи, чья семья жила неподалеку от церкви и имела в ней семейную усыпальницу, в 1564 году оплатил работы по оформлению центрального портала, поэтому на нем присутствует изображение святого Матфея и орел – фамильный герб Маттеи. Мраморные изображения кистей рук по обе стороны портала – отсылка к стигматам святого Франциска, чьи раны на руках и ногах кровоточили до его смерти.

Перед центральным входом вмонтировано несколько надгробных плит, одна из которых упоминает итальянского гуманиста, историка Флавио Бьондо (1392 – 1388). Именно он первым ввел термин «средние века (лат. medium aevum)», и был одним из первых историков, использовавших деление истории на три периода – древний, средневековый и современный. Кроме этого Флавио Бьондо, как и его современник Поджио Браччолини, известен как один из первых археологов. Им были опубликованы три энциклопедческих труда по руинам и топографии древнего Рима.

Внутри пространство базилики на три нефа разделяют двадцать две разношерстные античные колонны древнеримских храмов (возможно в их числе есть колонны из храма Юноны Монеты) и гражданских строений. На третьей колонне левого нефа видна надпись «A CUBICULO AUGUSTORUM» (из опочивальни Августа). Легенда утверждает, что именно здесь была спальня императора Августа, а отверстие в колонне – след от божественного луча, сопровождавшего явление императору Девы Марии. В действительности покои Августа находились в его доме на Палатинском холме (Domus Augusti), к которому примыкал дом его супруги Ливии.

На следующей за ней колонне алтарь, посвященный Мадонне Заступнице грешников – Madonna del Rifugio (ит. rifugio – убежище, приют). Считается, что фреска Мадонны с младенцем – работа мастера XV века из Витербо. В ногах Девы Марии изображена маленькая фигура заказчика в монашеском одеянии. Число почитавших этот образ было так велико, что к Юбилейному 1600 году на средства знатного горожанина Джероламо Фаби возле образа был оборудованы в стиле барокко алтарь и мраморная балюстрада.

Пятую колонну украшает фреска XIV века «Евангелист Лука». Деревянная кафедра возле шестой колонны появилась в XVII веке и ее дизайн приписывался Бернини, что ныне оспаривается искусствоведами.

На последней колонне справа видна надпись probi, что можно перевести как «годится».