Ольга Арунд – Заноза для ректора, или Женись на мне, дракон! (страница 5)
— Извинюсь перед его величеством. Она всё равно недостойна наследника, так что всем только лучше.
И то ли кто-то всё-таки услышал шум, то ли куда-то торопился, но двери, ведущие в столовую, начали распахиваться. А следом от души приложили торопыгу с той стороны.
Папа не желал свидетелей, и огромные, весом с половину Главной башни, двери захлопнулись, повинуясь его воле.
— Опозорила! Спуталась! С тебя и взять-то нечего было, кроме невинности, да смазливой мордашки!
Нет, я, конечно, предполагала, что отец расстроится. Но чтобы до такой степени…
Впрочем, думать об этом осталось недолго. Перед глазами плясали тёмные пятна, тела я уже не чувствовала, а дышать даже не пыталась. Слишком хорошо знала, на что способен любимый папочка в гневе.
Поэтому никак не рассчитывала, что заклинание, удерживающее меня в воздухе, вдруг исчезнет. И я всей своей бедовой головушкой понесусь к острым каменным ступеням — главная лестница академии всегда была местной достопримечательностью.
— Что за драконья мать! — взревел отец.
— Попрошу без оскорблений.
Но вместо того, чтобы следовать отцовским наставлениям и попрощаться с жизнью, я мирно приземлилась в чужих руках. Сильных и уверенных.
Это кто настолько самоубийца, чтобы связываться с Глервудами?
Но умная мысль подождёт. А пока я держалась за горло и сипло откашливалась. Потом почувствовала, что меня поставили на ноги. Поддерживали, пока я выкашливала собственные внутренности.
И только спустя несколько минут, более-менее придя в себя, я осознала себя у основания лестницы, рядом с отцом. Но не настолько близко, чтобы он мог до меня дотянуться.
Собственно, он и не пытался.
А вымораживающий тон, горячий бок и должность моего спасителя внезапно оказалась у ректора. Впрочем, он тут же отстранился и для верности отошёл на пару шагов, словно даже касаться меня ему было противно.
Эх. А я старалась, между прочим. Подбирала наряд для вчерашней ночи. Раз пять обожглась горячими щипцами, пока завивала рыжие волосы.
— Ты! Пар…
— На вашем месте я был бы осторожнее со словами, — усмехнулся ректор. — Чтобы потом не пришлось брать их обратно.
Отец раздулся. Правда. И так высокий и тренированный он, казалось, сейчас взорвётся от переполняющей его ярости. Жилка на шее бешено забилась, глаза налились кровью.
Даже воздух вокруг начал угрожающе потрескивать.
— Вы хоть знаете, с кем говорите? — прошипел он.
Лучше бы не знал.
Глава 4
Вспомнив вдруг, каким боком моё семейство относится к Каррандану и всем драконам в принципе, прикусила губу. Ощутив солёный привкус, слизнула каплю крови.
Хотелось сбежать. Вот честно, я бы предпочла, чтобы дальше они разбирались без меня. Но Элиас, в отличие от отца, не сводил с меня взгляда, так что любые попытки побега обернулись бы провалом. Причём, провалом позорным.
— С невоспитанным магом, который не дорожит честью, не имеет совести и… равнодушен к собственным детям? — поднял бровь Корхан.
Он в принципе выглядел хозяином положения, и это странно. Странно и непривычно.
Потому что везде, где появлялся мой отец, ему оказывали почести наравне с королевскими. Как же! Герой Валании и прошедшей войны, приближённый короля, архимаг в двадцать третьем поколении и прочее, прочее, прочее. К тому же способный убить любого дракона если не одним ударом, то тремя точно.
Жители Валании ругались фамилией отца. И в то же время закрывали ставни, когда он скакал по городу на Тьме, своей вороной кобыле. Но это те, кто поумнее и потрусливее. Если говорить про тех, кому отбили чувство самосохранения, то эти набивались ему в друзья.
Ведь Ниер Глервуд был не просто Охотником на драконов. Он был жестоким, злым и ненавидящим своих врагов Охотником. И сыновей воспитывал так же.
Стоило ли удивляться, что Элиаса даже не затронуло происходящее.
Я привыкла.
Но Корхан — не я.
— Вшивый ты дракон…
Ой. А вот тут я втянула голову в плечи. Вряд ли у драконов случались вши, но сама формулировка…
Впрочем, отец почему-то не продолжил. И причина прояснилась, стоило просто посмотреть на неподвижное тело с яростно вращающимися глазами.
— В-вы… в-вы…
— Не люблю незваных гостей, — криво усмехнулся Корхан, не глядя на меня.
А я подняла глаза и только сейчас сподобилась разглядеть ректора, на которого переложила часть своих проблем.
Высокий, выше меня на голову, широкоплечий и тренированный, Корхан производил впечатление. Это если забыть, что он обездвижил самых сильных магов Валании, не двинув и бровью.
Искоса взглянув на него, отметила твёрдый подбородок, резко очерченные скулы и нехороший прищур, от которого даже мне стало как-то неуютно. Короткие, по меркам Валании, волосы не доставали даже до ушей и были в беспорядке, словно до этого ректор ерошил их пальцами.
Мой взгляд скользнул ниже, к сильной шее с каким-то завитком, виднеющимся из-под высокого ворота сорочки. Ой, это я так за него цеплялась, что теперь Корхан выглядел несколько взъерошенным? Сбитый набок ворот, распахнутая сильнее, чем обычно, сорочка… и оторванная верхняя пуговица сюртука.
Вот драконья задница!
Сглотнув, чувствуя, как по телу прошёл озноб, опустила взгляд на пол. Тьма! Так и есть. Золотая, с каким-то символом пуговица, валялась в локте от нас.
Я снова перевела взгляд на сюртук, едва ли не ткнувшись в него носом, чтобы убедиться, что пуговица от него. Виновата. Забылась. Впрочем, Корхан быстро напомнил мне, кто здесь кто.
— Адептка Клэр.
Стоило столкнуться глазами с ледяным взглядом ректора, чтобы мгновенно очутиться в кипящем котле вины. А если вспомнить, куда я собиралась идти и зачем, к вине быстро добавилось смущение.
Я снова хотела незаконно проникнуть в кабинет ректора. А он меня вроде как спас.
Вроде как — потому что я всё ещё не верила, что отец собирался меня убить. Может, позже, с холодной головой, незаметно и чтобы замаскировать всё под несчастный случай. Как с конюхом, который случайно повредил копыто его Тьме. Но не так, на глазах у всей академии.
— Простите.
Что-то часто я извиняюсь перед этим драконом.
С другой стороны, если новость о помолвке так быстро дошла до дворца, то как бы она ни пересекла границ Валании. А там и до драконьего императора недалеко.
Но если сам Корхан почему-то игнорировал — пока! — мою настоящую фамилию, то сородичи быстро просветят его на мой счёт. И станет моим постоянным жилищем скромная могилка под академическими клумбами.
Хотя какая клумба! Корхан просто стряхнёт мой пепел со своих идеальных, с золотой вышивкой, манжет.
— Снова?
Отвлеклась от своих мыслей и поняла, что потеряла нить разговора.
— Что?
— Вы снова извиняетесь. За что на этот раз?
И то ли я всё-таки приложилась головой о мрамор, то ли в его взгляде действительно мелькнуло сдерживаемое веселье.
Но пока я находилась с ответом, Корхан вдруг изменился в лице, дёрнул меня за руку и намертво прижал к своей груди.
Хорошо, что пуговица оторвалась. Иначе я осталась бы без глаза.
И возмутиться бы, но есть ощущение, что Корхан прижался ко мне не от большой любви, спаси меня Тьма от такого счастья!