Сердце в бешеном ритме стучит.
Добегает. Два черных крыла —
Эвридику похитила мгла,
Унесла далеко в подземелье,
Где нет счастья, любви и веселья.
Где царят темнота и бессилье.
Как же рано похитили крылья
Эвридику – само совершенство,
Ведь она не испивши блаженства,
До конца, на земле не успела
Долюбить, домечтать. Улетела.
Горе горькое – ноша Орфея,
Одному жить и знать, что потеря
Не восполнится. Мрак воцарился,
Так Орфей от людей отстранился
И ушел в чащу дикого леса,
Но не сбросить с глаз горя завесу.
Песни стали уныло-печальны,
Открывали подземные тайны,
Отражали тревогу-разлуку —
Безнадежную, вечную муку.
Все вокруг принимало участье,
Вместе с ним разделяя несчастье,
Деревца даже с места сходили
Окружали Орфея и жили
Вместе слившись в единстве дыханья,
Разделяя тоску и страданье.
Звери норы свои покидали,
К его сильным ногам припадали.
Птицы словно в лесу онемели,
Бросив гнезда ни пели, ни ели,
Над героем безмолвно кружась,
Но Орфей от всего отстранясь,
Не желал свое горе принять
И пошел Эвридику искать.
Привела души рваная рана
Вглубь огромной пещеры Танара.
Отыскал ручеек, текший вниз
К той реке под названием Стикс.
Ощущает Орфей тут тревогу.
Ручеек указал путь-дорогу,
Вывел к Стиксу – жестокой реке
Царства Скорбного, в том далеке,
Где живому не будет проходу.
Переплыть сквозь зловещую воду
Помогает суровый Харон,
Погружающий в сумрачный сон
Тех, кто срок на земле отслужил
И свой путь под землей завершил.
Орфей, молча стоит, смирно ждет,
Вот харонова лодка плывет,
Подплывает, Орфея поклон
Орфей
Как я ждал тебя, скорбный Харон!
Я хочу попроситься с тобой,
В подземелье, за милой женой.
Харон
Как возьму тебя странник с собой,
Если ты весь земной и живой?!
Когда песни свои допоешь,
Вот тогда в подземелье войдешь.
Орфей
О Харон, сжалься и помоги!
Мои дни на земле нелегки!
Внемли ты моему стону-крику,
