Олеся Проглядова – Эриния. Месть огня (страница 3)

– Вот и прыгай сама, там воняет, – вторая женщина говорила с небольшим шипением.

Первая смачно произнесла несколько витиеватых ругательств, причем на латыни и греческом, – я не просто так изучала античность несколько лет, так что поняла почти все! Я бы покраснела, да это было трудновато сделать в отсутствие кровоснабжения, поэтому просто мысленно поджала призрачное воплощение губ. Между тем кто-то ловко спрыгнул в колодец, снова выругавшись, когда нечаянно сделал вдох, с необычайной легкостью подхватил мое тело вместе с золотыми нитями и мной внутри и без видимых усилий одним скачком поднялся вверх.

Теперь я видела их обеих. Они были красивы. В инфернальном понимании этого слова. Была бы жива и увидела такое – заорала бы! У одной были красные глаза без радужки и белка, просто полностью красные глаза и золотистая точка зрачка. У другой вместо волос в высоко забранном резинкой хвосте покачивались змеи. А так красотки – и брови темные, и губы полные, и лица белые… Настолько, что можно было подумать, что их обеих окунули в муку.

– И что тут у нас? – спросила та, у которой змеились волосы. – Могла бы и нас дождаться, раз не знала, как правильно перейти! – рявкнула она мне, и головки пресмыкающихся приподнялись и зашипели с неудовольствием.

– Отстань от нее! Девочка явно ничего не понимает, я прямо вижу, как она пытается, а сделать ничего не может. К тому же это мы виноваты. Пока искали, припозднились на день. Смотри, какие-то нити… Такого я не видела еще. Еще и запутались… Фавн лесной, и шея сломана. Тяни с той стороны, а я с этой.

Я мысленно кивнула в ответ красноглазой. Было понятно: что-что, а видеть невидимое – ее специализация.

Дальше было странное. Вы когда-нибудь распутывали наушники? Ну конечно, да! Они же всегда, даже если просто положить их на стол, через пару часов спутываются в единый комок, как клубок размножающихся змей. Тьфу ты, опять змеи! В общем, так же ругаясь и иногда дергая то за руку, то за ногу, две прибывшие начали распутывать нити.

– Смотри-ка! Как пружиной ее притянуло, а правильно не соединило! Видимо, психе сильно испугалась вначале от какого-то потрясения и вылетела, да и заметалась. – Воскликнула красноглазая и села рядом. – Вот и все! Вставай, пора снова жить. Как при рождении, делай вдох и ори. – Она толкнула меня в грудь.

Я недоверчиво воззрилась на нее и… моргнула. Потом еще раз и еще. И только тут поняла, что мое сердце снова бьется. Я дернулась, непроизвольно сделала глубокий вдох и, как мне и сказали, заорала. Точнее засипела. Было невероятно больно. Казалось, что тело наполнено огнем и иглами, что мои внутренности протыкают и кожа горит. Я резко перевернулась на колени, перегнулась через бортик старого фонтанчика и легла в лужу, что собралась там. Потом опустила горящее лицо в воду, попыталась сделать глоток, но застоявшаяся подванивающая вода вызвала резкую тошноту. Стало только хуже, и, скрючившись, я снова засипела.

Судя по звукам, женщины сели недалеко от меня и наблюдали за моими телодвижениями. Одна даже хохотнула, когда я наконец выползла из воды на карачках, нелепо дергая ногами. Я разозлилась. Глянув на нее, хотела рявкнуть, что мне больно, и какого черта она ржет, и что вообще происходит. Открыла рот, но из него вылетело:

– Суыыы, ыыыыы, аоууу, уууу.

Я мотнула головой, но испугалась, вспомнив, что шея была сломана. Осторожно протянула руку и пощупала себя. Если отбросить жуткую боль, я ощущалась самой собой, нормальным человеком. Даже без змей на голове.

Я вытянула перед собой руку – порезов и ссадин не было, кости срослись, лишь сломанные пальцы смотрели в разные стороны вопреки анатомии. И вдруг их тоже охватил жар, золотые нити проявились на мгновение, пробежало искрами по телу, и пальцы сами встали на место, а кожа из синюшной стала розовой, как и положено.

– А шштооо, аааа? – попытка произнести хоть что-то связанное снова не удалась, и я вытаращилась на своих странных спутниц.

– Ой, да прекрати уже! – рявкнула та, что была со змеями, и резко встала. Потом, наклонившись, заглянула мне в глаза и удовлетворенно кивнула. – Чего ты блеешь! Подумаешь, ну поболело. Прошло же!

Только теперь до мозга докатилось осознание, что ноги и руки мои целы и, хоть это было невозможно, срослась шея, еще недавно вывернутая так, что это подошло бы сове, а не человеку.

– Агх, – сказала я ей протестюще, в порыве негодования дернула головой и… заметила, что у моих спасительниц нет теней. Я медленно, как только возможно, перевела взгляд и задумчиво посмотрела на себя и все, что было рядом.

У колодца тень была, у деревьев, у разваленного дома и даже у мусорной кучи. У меня тени не было. Я ткнула пальцем туда, где она должна была быть. Села на корточки и ошупала землю, словно тень могла закатиться куда-то. Задумалась.

Почему-то отсутствие тени потрясло меня куда сильнее змей-волос, красных глаз и собственной живучести. С чего я это взяла? Да с того, что упала в обморок.

Вот так, парадоксальным образом, моя жизнь началась со смерти. Так бывает, если ты не человек. Я им, как вы уже наверняка догадались, не была.

Глава 1

Итак, давайте знакомиться. Я – эриния. Вот вам и ирония изучения «Илиады» и других книг Древней Греции. Пригодилось!

До 18 лет я была человеком, по крайней мере выглядела как человек, считала себя им и почти не проявляла своих способностей. Это сейчас я осознаю, что моя неимоверная живучесть была проявлением второй сущности. Со мной слишком много всего происходило в детстве, чтобы считать это везением: от падения с высокого дерева до аварии с пьяным приемным папашей, где от машины осталось целым только кресло, в котором я сидела. Еще меня редко обижали физически. Психологически, правда, доставалось. Очень я триггерила людей вокруг, но чувства самосохранения не доводить меня им хватало. Всем, кроме Криса.

Ипостась эринии снисходит на нас ровно в восемнадцать лет. С тех пор сестры эринии живут, сохраняя в себе две сущности, есть только одно но. Вы, может быть, читали про эриний, которые спят, пока не придется обрушить на кого-то месть? Так вот это сильно искаженная людьми история. На самом деле эринии не спят буквально, похрапывая и видя сны. Ну сами подумайте – это ж получается, что мы просто дрыхнем почти постоянно. Нет, мы «спим» в смысле того, что наша вторая сущность сокрыта, и не до того момента, как ее призовут к мщению. О нет! Все куда трагичнее.

Эринии могут жить в любом из миров (да, их много), считаться странноватыми, часто с обостренным чувством справедливости, как я, но вести совершенно обычный образ жизни. Даже могут выйти замуж и родить детей – девочек, и тоже эриний. Но когда одна из сестер погибает, тогда призывается одна из нас – тех, кто уже обрел ипостась эринии. Так и получается, что эриния «просыпается».

В идеальном мире я бы обрела вторую часть себя, а когда понадобилось, за мной пришли бы сестры и помогли мне «проснуться». Когда эриния входит в силу, человеческое сердце просто не выдерживает, а потом она перестраивает саму себя под новые возможности, свои способности и желания. В момент перехода мертвым тело является только с точки зрения человека, а так – там те еще процессы! Нити, как мне объяснили, – это магия, которая связывает твою психе с телом, их нужно пропустить через себя и, войдя в состояние покоя, слиться уже существующей сущности с новым телом. Вауля, ты – эриния.

Но я получила на руки фулхаус – обретение ипостаси эринии совпало и с вызовом, и со смертью, поэтому мое второе я не только проснулось, но и позволило мне дождаться того момента, пока за мной не придут сестры. Еще день назад я бы умерла окончательно, а еще через день я бы сразу уничтожила и Криса, и своих обидчиков.

В общем, сестры прибыли за кем-то из пробудившихся эриний, но я уж так наследила, что они сразу стартанули ко мне. Круги же по магической поверхности от меня еще несколько дней ходили. К сожалению, сестер, как я потом выяснила, по пути задержали кое-какие приключения телесного свойства и большое количество выпивки – тризна по павшей сестре вышла из-под контроля. Это я тоже теперь могу понять. В тот период очень много наших пало.

Рассказываю, кто такие эринии. Не просто же так я изучала в университете древнегреческую литературу и мифологию. Мы – богини справедливой мести. В Риме нас называли фурии, но сути дела это сильно не меняло. Рисовали нас по-разному, описывали далеко не всегда красотками. Слово «богини», конечно, впечатляет, если не знать, что в Древних Греции и Риме, куда ни плюнь, попадешь в бога или богиню чего-то. Родились мы из капель крови Урана после его… оскопления. В смысле, когда ему причиндалы родной сынок отрезал. Там кто только не родился от этого! На самом же деле эринии – это, по сути, система наказания. Мы были созданы, чтобы вершить месть и справедливость. Так уж вышло, что по воле верховных богов все эринии – женщины. И рождаются от них только девочки. Да, мы хоть и мифические, но вполне на это способны, ведь мифические мы только на территории Земли. А вот дальше начинается самое интересное. Настоящие боевые эринии, не спящие, сами не воспитывают детей. Когда-то давно, когда все наши реальности еще были одной, рожденные девочки воспитывались в одной гимназии под присмотром богов и эриний. Однако теперь, несмотря на то что у нас есть свой мир, где, казалось бы, можно было организовать какой угодно детский сад из мелких мстительных тварей, нас отправляют в плоскость Земли, иногда в иные миры. Мы рождаемся людьми и при призыве должны перейти в новую жизнь, но, как я и говорила, такого может никогда не случиться. Мне повезло… Или нет. Как посмотреть и на мою жизнь, и на произошедшее – ведь я была призвана, потому что другая эриния погибла на задании.