Олеся Проглядова – Эриния. Месть огня (страница 11)

Я, взбешенная столь наглым нарушением моих границ, закричала:

– Вон! – И тут же проснулась от звука своего голоса.

В комнате никого не было, но под дверью и правда явно стоял Анар. Комариный писк в моей голове усилился – инкуб тянулся своей магией ко мне, прощупывал.

– Не смей приходить в мои сны и в мою явь, пока я не позову тебя! – четко проговорила я форму отказа, и в коридоре тут же стихло.

Я решила, что все-таки надо дать себе отдохнуть, поворочалась, ища правильное положение, хотела уже забиться под подушку, и тут до меня дошло, что не дает мне покоя: в мое голое, без занавесок и жалюзи, окно смотрела луна. Снова. На подоконнике тихо таял силуэт высокого сидхе, чьи волосы цвета ртути колыхались, словно при ветре. Вот исчезла мерзкая саркастическая улыбочка, потом шрам, и напоследок блеснули изумрудами глаза.

– Да твою нимфу за ногу! – громко выругалась я и, наконец, разбудила сама себя. В глаза ударил яркий солнечный свет. – Козлы авалонские! – разозлилась я, скатываясь с ложа.

Поняв, что сон больше не придет, да и не желая его, я умылась, оделась и вышла на пробежку. Петляя по улочкам на редкость пустого Олимполиса, я думала о том, что произошло ночью. Зачем мне это устроили? Ну, с Анаром все понятно. Он – инкуб. А что не так с сидхе? Любитель подсматривать? Вроде бы за теутами такого не водится.

Я добежала до озера и остановилась, разглядывая Криса, застывшего недалеко от берега по колени в воде и тихо поквакивавшего. Увидев меня, он дернулся прыгнуть в камыши, но остановился, приметив в моих руках мешочек. Я высыпала на ладонь несколько сушеных мотылей.

– Ну как ты, Крис? – парень непонимающе уставился на меня и, по-жабьи перебирая ногами, придвинулся, выразительно посмотрев на подношение в моей руке. Я кивнула и кинула ему лакомство. Ловко прыгнув, что меня каждый раз поражало, он поймал мотыля. – А ведь ты меня как-то понимаешь. По-своему, конечно. – Я вздохнула. – Жрицы приходили? – Крис не ответил, лишь снова прыгнул, когда я подкинула ему очередную сушеную дрянь. – Ну да, знаю, что твоим мозгам понравилось быть жабой. Ну прости меня! И себя! – внезапно произнесла я. Крис довольно осмысленно посмотрел мне в глаза, развернулся и нелепо запрыгал.

– Твоя работа, – услышала я голос позади себя. Я кивнула, уже давно зная, кто там стоит. – И не жаль?

– Я – эриния. Моя месть справедлива, а наказание соразмерно вине, осознаваемой индивидуумом, – ровно ответила я заученной фразой и развернулась к Анару. Тот задумчиво рассматривал прыгающего Криса. Воспоминания о прошедшей ночи тут же окрасили мои щеки пунцовым, и я разозлилась сама на себя. А еще больше на то, что знала – Анар все это считывает.

– Меня тоже это ждет?

– Если еще раз посмеешь нарушить мои границы и магически воздействовать на меня, то могу сотворить и что-то похуже.

– Вина внутри индивидуума, то есть меня, не наблюдается, так что вряд ли я стану жабой, – засмеялся Анар.

– Как далеко все должно было зайти?

– Настолько, насколько бы ты захотела, а ты бы точно захотела, – ничуть не устыдившись, проговорил Анар. – Но узнать, есть ли в тебе ментальное сопротивление чарам, было нужно. В тебе есть, это большая редкость. Значит, ты подходишь.

– Для чего? – Я знала, что по моим ладоням уже вовсю расползается огонь, и сжала кулаки. – Батареечки твои подпитать? А Феру, видимо, нравится наблюдать, как ты девиц соблазняешь?

– Ой, не льсти ни себе, ни мне, девочка, – инкуб оставался совершенно спокоен. – Мы для его сидхейского величества практически никто.

– Зачем бы тогда он явился в мой сон?

– Кто? – Анар был искренне удивлен.

Я было открыла рот, чтобы ответить, но вдруг поняла эринийским чутьем, что инкуб не врет. Он и правда не видел Фера.

Теперь уже и я сомневалась, а был ли там сидхе?

– Уходи, – сказала я тихо.

– Извини, я заслужил, – я не поверила своим ушам. – Отнесся к тебе как к выпившей девчонке, что снял в баре, а не как равной нам.

Он сделал шаг назад, кивнул мне и ушел. Я удивленно попятилась, а затем припустила к своему жилищу и, лишь запершись и развесив по периметру все магические амулеты, успокоилась. Я, правда, так и не поняла, чего распсиховалась. Ну, подумаешь, пробрался инкуб в мои мысли… От воспоминаний снова пыхнуло жаром внизу живота, и я застонала от своей глупости. Мег бы точно знала, что делать. Мег… Может быть, пойти к ней и спросить совета?

– Эй! Ты чего это! Эй! – запищало в коридоре и забарабанило так, словно шмель в окно бьется. Я тихо подкралась и резко распахнула дверь – со злым жужжанием в комнату влетел Морган. По инерции долетев до стены, он ударился и, ойкнув, сполз на пол. Я быстрым движением схватила его поперек тельца.

– Ах ты дрянь мелкая, – прошипела я и чуть-чуть позволила разгореться рукам.

– Раздавишь! Зажаришь! Ааааа, – во все горло заорал тут же оклемавшийся пикси. – За что?!

– За то, что не сказал про инкуба, сидхе и эльфийку – все это порождение Тир-на-Нога! Я бы подготовилась к встрече с ними, знай о том, кто прибыл.

– И не удивилась бы! Тогда бы ты подставилась тем, что шпионила за «валькириями», – думаешь, такое бы не заметили?! Выпусти, дылда! – Пикси исхитрился и укусил меня за палец. Больно, между прочим! Я резко разжала руку, и он тут же, надувшись, отлетел подальше. – Это ты от них навешала всякой магии? – буркнул он.

– И от тебя! – Я отвернулась.

– Ну не злись! – Пикси был, в общем, отходчив и уже сел мне на плечо. – Я больше не буду. Хочешь тайну?

Я молча сняла его с плеча и отвернулась с деланно-равнодушным видом.

– Не хочу.

– Да ладно! Хочешь! Там все из-за тебя переругались. Эльфийка сказала, что ты девчонка необученная и таких полно, но тебя надо посадить под замок – очень уж подозрительная ты особа. Брунгильда – что ты своя. Инкуба прямо разрывало – он только и говорил, что твоя сила – особая. Темный шипел, как шипучка, что ты всего лишь эриния. А Суспера орала, что не отдаст тебя!

– Ты о чем? – Я выпучила глаза.

– Ага! Интересно все-таки!

– Да говори уже!

– Хотят тебя взять на охоту на Красную Шапку.

– Колпака, – машинально поправила я и села на пол в глубокой задумчивой эйфории. Вы спросите, как это? Да так, что с одной стороны было понятно, что с «тринадцатыми» не все гладко, да и легко там не будет. Они опасные, в Темном же и вовсе чувствовалась некая червоточина. С другой стороны – вот уже год, как я мечтала о том, чтобы стать «валькирией» и убежать в Порту от всех этих героев и нимф. И вот я радовалась и одновременно думала, а стоит ли такому радоваться.

Когда меня снова вызвала Суспера, я уже приняла решение – мне нечего делать с этими существами. Ладно бы только эльфийка и валькирия, но инкуб и сидхе… Особенно сидхе! Я рассказала об этом Моргану, и он, неожиданно погрустнев, улетел от меня, обозвав дурой, что отказывается от шанса.

Я вышла на улицу, и ко мне тут же подбежала Мег – ждала у выхода.

– Это правда?

– Привет, Мег, – ответила я, не замедляя хода. – Что именно?

– Что тебя «валькирии» забирают. – Она задохнулась от восторга.

– А ты откуда знаешь? – Зачем я спрашиваю? Новости и сплетни в мире магических баб и тупых героев расходятся быстро.

– Калипсо подслушала, – усмехнулась Мег. – Она хотела сама к ним примкнуть и подавала прошение, а ее не взяли – дескать, силы маловато. Она тогда страшно злилась! Калипсо даже хочет поколотить тебя!

– Смешно. – Я усмехнулась, вспомнив нимфу Калипсо – красивую, но с абсолютно бессмысленной силой для «валькирий» – приманивать рыбу. – Я пока никуда не ухожу. Видимо, ей известно больше моего, – проговорила я, потом повернулась к Мег. Помолчала. – Ты извини меня, если что! Я не права была. Наверно, я просто злилась, что у тебя есть нормальная жизнь помимо того, что мы делаем, а я так и не освоилась тут до конца.

Мег кинулась мне на шею и шепнула:

– Если ты уедешь, я буду страшно скучать! Страшно! Я сделаю все, чтобы снова быть с тобой рядом. Но прямо сейчас я за тебя рада! – И отстранившись, тут же спросила невпопад. – Ты шарфик взяла? Он тебе точно там пригодится! А я буду знать, что частичка меня с тобой.

Она всхлипнула и, развернувшись, убежала. Я увидела, как ее подхватил на руки красавец-герой и она уткнулась ему в шею. В голове промелькнуло воспоминание о склонившемся надо мной Анаре и его руках. «Дура», – тихо выругалась я и пообещала найти себе самого тупого героя, как только откажусь от «валькирий». Сердце стукнуло пару раз громче, а память опять подсунула Анара. Вот самой последней глупостью с моей стороны стала бы влюбленность в инкуба, и, кажется, я ее прямо сейчас совершала!

«Успокойся, Алекто. Откажись и займись своими делами!»

Я встряхнулась и пошла дальше. Около уха затрепетали крылышки, и на плечо опустился Морган.

– Свали! – невежливо сказала я.

– Даже не подумаю, – в тон мне ответил он. – Куда ты, туда и я. Даже если ты решила остаться тут, бестолочь!

– С чего бы?

– Привязался к тебе, дуре.

– Какая я сегодня популярная, – пробормотала я, пожалуй, даже благодарно и повернулась к нему. Морган неожиданно взлетел с тихим «фу».

– Твой друг? – раздался справа от меня мягкий, как шелест листвы под ночным ветерком, голос. Я застыла – там точно никого не было еще секунду назад, но вот он, сидхе, идет со мной в ногу и одновременно с презрением рассматривает поднимающегося вверх Моргана. Это было бы страшно, как в хоррорах, если бы не светило так ярко солнце, а со стороны агоры не долетали призывы продавцов и философов.