Олеся Олюшина – ТЕНИ ПОЛУНОЧИ (страница 1)
Олеся Олюшина
ТЕНИ ПОЛУНОЧИ
Аннотация
Анна – обычная 23-летняя студентка четвёртого курса журналистики, которая живёт между лекциями, дедлайнами студенческой газеты и поисками «той самой» темы для диплома. Её мир – это кофе по утрам, ночные пробежки по городу и мечты о большой карьере в СМИ. Пока однажды дождливым вечером в маленькой кофейне на окраине она не встречает его.
Максим – 28-летний альфа клана «Лунные Клыки», один из самых сильных и опасных оборотней современного мегаполиса. Он возглавляет стаю, балансируя между древними законами волчьего мира и необходимостью оставаться незаметным среди людей. Его жизнь – это война с враждебным кланом «Кровавые Тени», интриги, кровь и вечная борьба со зверем внутри. До встречи с Анной он считал, что любовь – слабость, которую альфа не может себе позволить.
Одна случайная беседа перерастает в необъяснимое притяжение. Их первый поцелуй – это искра, которая разжигает пожар. Страсть между ними вспыхивает мгновенно и неудержимо: жаркие ночи , где он едва сдерживает трансформацию, когда её руки скользят по его телу; моменты, когда она чувствует, как его клыки едва касаются её шеи; сцены, где контроль рушится, и зверь берёт верх, оставляя на её коже следы желания и опасности.
Но любовь в мире оборотней никогда не бывает безопасной. Анна оказывается втянута в древнюю вражду кланов, где каждый неверный шаг может стоить жизни. Её журналистское любопытство приводит к опасным открытиям, а связь с Максимом пробуждает в ней нечто, чего она сама не ожидала – силу, которая может изменить баланс сил в стае навсегда.
Если ты готова к тому, чтобы луна навсегда изменила твою жизнь – добро пожаловать в стаю.
Детальные визуальные образы главных героев.
Анна.
23 года. Студентка четвертого курса журналистики. У нее каштановые волосы, часто собранные в небрежный хвост, чтобы не мешали во время работы за ноутбуком. Глаза цвета осенних листьев – теплый карий с золотистыми искрами, которые делают ее взгляд выразительным и задумчивым. Лицо овальное, с легкими веснушками на носу, полные губы и мягкая улыбка, которая может быть как игривой, так и серьезной. Фигура стройная, атлетичная от пробежек по утрам, рост около 165 см. Она предпочитает классический стиль стиль: джинсы, свитеры oversize, кеды или ботинки. Кожа светлая, с легким румянцем, и она часто носит минимальный макияж – тушь и блеск для губ. В целом, Анна выглядит как типичная городская девушка: умная, независимая, с ноткой любопытства, которое светится в глазах.
Максим.
28 лет. Альфа стаи оборотней, глава клана "Лунные Клыки". У него волосы цвета воронова крыла, коротко подстриженные, но с легкой растрепанностью, подчеркивающей его дикую натуру. Глаза ярко-зеленые, почти светящиеся в полумраке, с золотистым отблеском, когда зверь внутри просыпается. Лицо мужественное, с острыми скулами, легкой щетиной и шрамом на левой брови от старой битвы. Рост около 190 см, телосложение мускулистое, атлетичное – широкие плечи, мощная грудь, рельефные руки, покрытые татуировками с символами клана (луна и клыки). Кожа загорелая, с несколькими шрамами на торсе от трансформаций. Стиль одежды: черный плащ или кожаная куртка, темные джинсы, ботинки – практичный, но элегантный, подчеркивающий его харизму. Он излучает ауру силы и опасности, с уверенной походкой и низким, бархатным голосом, который может быть как успокаивающим, так и властным. В форме оборотня: серо-черный мех, огромные клыки, глаза горят золотом.
ЧАСТЬ I. ЛУНА В ГОРОДЕ
Глава 1. Обычная жизнь Анны
Франкфурт, конец октября. Воздух уже пахнет мокрыми листьями, выхлопами и предзимней тоской.
Анна проснулась в семь пятнадцать от звука будильника, который она ненавидела всей душой. Телефон вибрировал на тумбочке, как пойманная оса. Она протянула руку, промахнулась, чуть не смахнула лампу и наконец выключила трек – какой-то мрачный дарк-синт от The Weeknd, который она ставила, чтобы «не засыпать в розовых облаках».
В комнате пахло кофе из вчерашнего кофейника, сигаретами соседки сверху и её собственным шампунем с ароматом ванили и сандала. Квартира-студия на шестом этаже старого дома в Борнхайме: двадцать восемь квадратных метров, в которых умещались кровать, стол, заваленный книгами, и крошечная кухня, где едва помещалась одна задница.
Анна села на кровати, потёрла лицо. Двадцать три года, четвёртый курс журналистики во Франкфуртском университете имени Гёте, и ощущение, что жизнь уже прошла мимо, пока она писала рефераты о свободе слова.
В зеркале на шкафу – девушка с растрёпанными каштановыми волосами до лопаток, веснушками на носу и глазами цвета мокрого мёда. Под глазами лёгкие тени – вчера до трёх ночи правила материал для студенческой газеты «UniReport». Тема была скучная до тошноты: «Как правильно оформлять источники по APA 7».
Она надела чёрные леггинсы, спортивный топ, серый худи с логотипом университета и кроссовки. Пробежка – единственное, что спасало от ощущения, что она тонет в рутине.
На улице было ещё темно. Фонари горели тускло-жёлтым, асфальт блестел после ночного дождя. Анна вставила наушники, включила плейлист «Nightrun», вдохнула холодный воздух и побежала.
Маршрут был один и тот же: вниз по Бергерштрассе, через парк Бетманн, мимо закрытых кафе, потом к Майну и обратно. Пять километров. За это время она успевала прокрутить в голове всё:
диплом, который надо сдать через семь месяцев, а темы до сих пор нет;
бывшего, который в мае уехал в Берлин «искать себя» и нашёл там блондинку с факультета дизайна;
маму, которая каждый воскресный звонок спрашивала: «Ну когда уже нормальная работа и нормальный парень?»
На третьем километре лёгкие уже горели, но мысли наконец-то затыкались. Только дыхание, стук сердца и ритм кроссовок по мокрому асфальту.
Вернулась домой в восемь двадцать. Приняла ледяной душ, сварила кофе в турке, намазала хлеб арахисовой пастой и села за ноутбук.
В 9:00 – лекция по «Методам журналистского расследования». Профессор Келлер, сухой как осенний лист, снова рассказывал про Watergate и говорил, что «настоящая журналистика умерла вместе с печатными тиражами». Анна записывала в блокнот, но думала о своём.
Ей нужна была тема. Настоящая. Та, от которой загорится кровь.
После лекций – редакция «UniReport» в подвале студенческого союза. Редактор Мартин, вечно в клетчатой рубашке и с кружкой энергетика, бросил ей на стол стопку макетов.
– Анна, ты опять про котиков в кампусе хочешь?
– Нет. Хочу что-то… тёмное.
– Тёмное? – он усмехнулся. – Типа коррупции в студсовете?
– Больше. Городские легенды. Исчезновения. Подпольные клубы. То, о чём все шепчутся, но никто не пишет.
Мартин закатил глаза.
– Ладно. Даю тебе две недели на питч. Если будет круто – первая полоса. Если фигня – пишешь про новый кафетерий.
Весь день прошёл в беготне: библиотека, интервью с преподавателем по криминологии, поиск старых полицейских отчётов в открытых базах. К семи вечера голова гудела.
Она вышла на улицу. Франкфурт уже зажёг огни: небоскрёбы банковского квартала светились холодным белым, трамваи звенели, люди спешили в бары и домой.
Анна решила не ехать сразу в Борнхайм. Ей хотелось тишины. Она пошла пешком в сторону Нордэнд, к маленькой кофейне «Schwarzlicht», которую нашла случайно пару месяцев назад. Там почти не было людей, играла тихая электроника, а бариста не лез с разговорами.
Дождь снова начался – мелкий, противный, осенний. Она ускорила шаг, подняла капюшон и нырнула в переулок.
Внутри «Schwarzlicht» пахло свежемолотым кофе и корицей. Свет был приглушённый, стены чёрные, на них – неоновые граффити в виде лун и волчьих силуэтов.
Анна заказала большой латте с овсяным молоком, нашла столик у окна и открыла ноутбук.
Заголовок документа: «Теневая сторона мегаполиса. Часть 1».
Она начала печатать:
«Франкфурт – город банков, евро и стеклянных башен. Но если отойти от Майнхэттена на пару кварталов, начинаются другие истории. Люди исчезают. Не всегда их находят. Полиция разводит руками. А в даркнете шепчутся о закрытых клубах, где за большие деньги можно увидеть то, чего не покажут по телевизору. Оборотни? Вампиры? Или просто богатые психи в масках? Мы начинаем расследование».
Она улыбнулась своему пафосу и сделала глоток кофе, продолжая писать документ.
За окном лило как из ведра.
В этот момент дверь кофейни открылась с тихим звоном колокольчика.
Вошёл он и прошёл к барной стойке, смотря на неё.
Анна почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Сердце вдруг стукнуло раз, второй – и побежало быстрее.
Он не улыбался. Просто смотрел. Как будто знал её. Как будто уже видел.
И в этот момент Анна поняла: её обычная жизнь только что закончилась.
Она ещё не знала, что через двадцать минут этот мужчина подойдёт к её столику. Не знала, что через три дня он поцелует её так, что ноги подкосятся. И уж точно не знала, что через месяц она увидит, как он превращается в огромного чёрного волка под полной луной.
Пока что она просто сидела с кружкой остывающего латте и чувствовала, как внутри неё что-то просыпается.
Что-то древнее. Что-то голодное.
Глава 2. Дождливая кофейня
Дождь лупил по стеклу кофейни так, будто кто-то наверху решил выжать из туч всё до последней капли. Внутри «Schwarzlicht» было тепло, почти интимно: приглушённый свет янтарных ламп над столиками смешивался с холодным голубым сиянием неоновых волчьих силуэтов и лунных серпов на чёрных стенах. Запах свежемолотого кофе, корицы и мокрой одежды висел в воздухе густой завесой.