вас и хозяев накажут жестоко!
И угадайте: за шо?
«Не ваши ли прадеды резали их на Волыни…»
Не ваши ли прадеды резали их на Волыни?
С чего вы решили, что кровь эта – с гуся вода?
Никто ничего не забыл ни тогда, ни доныне,
никто ничего не простит никому никогда!
Конечно же, пан европейчик незлой и пушистый.
Не надо иллюзий, вы сами подали пример.
Нашлись в Украине – найдутся и в Польше фашисты,
да только на свой, исключительно польский манер.
Вы проситесь в Польшу, вам кажется: милая пани
встречает приветливо и никогда не предаст?
Да лет через двадцать детей ваших будут серпами
по горлу кромсать, как сейчас вы пытаетесь – нас!
«Мне многое не нравится сейчас…»
Мне многое не нравится сейчас,
да я и прежде был не всем доволен.
Я вообще не креативный класс
и даже не латентный педераст.
Я толерантен в рамках Домостроя.
Я где-то слышал слово «ганджубас»,
я где-то видел имя Тинто Брасс,
но углубляться в это не настроен!
Я не толкусь у театральных касс,
когда там режиссёрствует литва-с.
Я представитель не элит, а масс,
я прочно сшит, хотя и просто скроен.
Я мало дегустировал колбас,
предпочитаю кока-коле квас,
хотя, бывало, жрал и ананас,
но без шампанского и не с икрою.
Конечно, я за Крым и за Донбасс.
Когда за дело, то могу и в глаз,
а то и нахамить. Но чаще – скромен.
Меня определили Энгельс – Маркс
как гегемона. Сталин дал приказ —
я стал поэт, и хлебороб, и воин.
Мы базис, мы фундамент, мы каркас.
Но каждый день обманывают нас,
и задолбало спрашивать: доколе?
«Довольно стыдно теперь называть «войною»…»
Довольно стыдно теперь называть «войною»
происходящие между тобою и мною
обычные ссоры, житейское, в общем, дело,
сколь бы ни были яростны и оголтелы.
Довольно подло «жертвами» именовать
друг другу взаимно оказываемые услуги:
что-нибудь приготовить, кое-что постирать,
кинуть на карту денег, помочь подруге.
Покуда где-то и вправду идёт война
и к жертвам взаправдашним смерть уже на подлёте,
нам эта лексика строго запрещена
в нашем вульгарном суетном обороте.
Нужно бы и не ссориться, цену не набивать
мелочным нашим дрязгам и неустойкам,
пока кому-то приходится жертвовать и воевать
по-настоящему, а не на словах лишь только.
Мой Мариуполь
Зверобой
Жили в Жданове, но вот и дождались!
Год у в одна тысяча девятьсот восемьдесят четвёртом
«Ракета» с подводными крыльями вышла из Ейского по́рта
и понесла нас с мамой через залив Таганрогский.
Кто-то когда-то сказал: «Заезжайте в гости,
если будете в наших краях!» 
