Это секта такая,
И в ней, по сути, войны поклонники.
Это те, кто уверен,
что можно нырнуть
в воде гореть.
Им бы крестик снять,
А трусы, наконец, надеть…
И когда Израиль херачит по Палестине,
У пацифистов качаются люстры в гостиных.
И они выбегают из дома поплакать к сливам
И хотят вернуться
в Барвиху из Тель-Авива…
Без войны никогда,
брат, мира и не бывает.
Кто не любит войну,
тот идёт
и войну убивает.
Но поймут ли
когда-нибудь
все смельчаки-артисты —
В 45-м мир
сотворили не пацифисты!
Раз, два, три, четыре…
Товарищи!
Господа!
Я за мир во всём мире!
Но пусть лишь
пройдёт беда.
А кому и эти слова
мои нипочём,
Пусть закроют
глаза и увидят Христа с бичом.
«Вчера мы заехали с Ромкой и Глебом…»
Вчера мы заехали с
Ромкой и Глебом
«За ленточку»,
как говорят.
Читали стихи под контуженным небом
Для самых весёлых ребят.
Архангелы сверху гудели спросонья,
Как поздний Высоцкий с кассет.
У Родины были бинты
на ладонях,
Но нам она хлопала вслед.
И там оставалась,
на пыльном Донбассе,
А мы с бэтээров на бал
Теперь возвратились к московской пластмассе,
Гордясь, что никто
не зассал.
И Ромка коньяк закусил шоколадкой,
И спорили мы про ковид.
У всех же саднит
и саднит под лопаткой,
Потерянным раем болит.
«Небо птицами больно режется…»
Небо птицами
больно режется,
Как ножом.
Царь Небесный был
тоже беженцем
И бомжом…
Все мы беженцы
В жизни временной.
Посмотри: 
