Олеся Грибовская – Каньон. Том 2. Алые крылья (страница 5)

Мысль пронзила так мгновенно, что тело среагировало быстрее, чем Рейд смог осознать, что именно он понял. Просто его рвануло вверх, и левую руку разорвала боль от разбитых о стену костяшек. От резкого подъема кровь шибанула в голову, но Рейд уже не мог остановиться. Оглушивший его крик, оказывается, был его собственным воплем.

– Лао!!!

Деревянные стены окрасились кровью: Рейд ободрал руку почти моментально.

Соседняя дверь громыхнула, и он на секунду замер. В наступившей тишине от бешено стучавшего сердца ощущение было совсем жуткое.

Шаг, удар… Дверь все еще прикрыта. Рейд изо всех сил сжал Пламя. Рука уже готова была снова начать бить.

Шаг.

Рейд запоздало сообразил, что на костыле за долю секунды не пробежать несколько метров. Лао наконец распахнул дверь, из-за плеча с тревогой на лице выглядывал Анри. В итоге от палаты до палаты путь занял хорошо если пару секунд.

– Пес сказал, что летит в двойке, они пройдут мимо башен? – Рейд почти выкрикнул вопрос, не давая ребятам возможности ничего спросить.

– Они летят к самим башням, это диверсия, а не разведка.

Лао, несмотря на поздний час и странную обстановку, сориентировался мгновенно и не стал задавать лишних вопросов. Только на лице начал бродить самый тяжелый из страхов – страх неизвестности. Вид испуганного Рейда определенно был предвестником беды. Неизбежной и непоправимой.

– Они?.. – хрипло переспросил Рейд. Кто-то еще? Опытный, внимательный?..

После того как память все-таки выдала ему подсказку – постоянно упоминаемые Псом башни, – он уже понимал всю бессмысленность любых действий и слов. Тем более этих вопросов. Но сама неизбежность трагедии толкнула его задать вопрос. Любой. Лишь бы отсрочить приговор.

…Сейчас не меньше двух ночи. Отряды обычно улетают в десять. Четыре часа, когда для конца хватило бы и двух…

– Три двойки: Рэй с Рио, Рико с Брус и Пес с Лиммой.

Лао отвечал четко и быстро, неотрывно следя за его реакцией. Тоже боялся вопросов?

– Номера башен?

Лао увидел, как всегда каменное лицо Рейда застыло в яростной маске.

– Пятнадцать, одиннадцать…

Девять.

Рейд произнес цифру про себя за секунду до того, как голос Лао догнал его мысль. Он ждал этого. Тупая ярость колотила в виски. Голос Фрега доносился сюда, несмотря на стены…

– Какой идиот полезет в самое пекло, зная о трех рядах арбалетов? Ради чего? На ежа стать похожим? – Командир нетерпеливо, с презрением бьет рукой по падающему на него желтому листу.

– Я уже понимаю, как они мыслят. Когда наступит момент, кто-нибудь да решится. – Рейд упорно держит палец на изображенной на карте девятой башне.

Фрег злобно плюет на землю и бросает на отцовского любимчика тяжелый взгляд.

– Делай что хочешь, – резко бросает он и уходит, запахнувшись в плащ: холодно здесь в начале осени…

Рейд закусил губу, откинувшись наконец на подушки. Ну почему из стольких воинов крепости в засаду полетел именно этот несуразный мальчишка?!

– Рейд? Рейд!

Лао, не выдержав, несколько раз окликнул его. Анри перехватил друга за руку, не давая подойти к раненому.

Рейд молча смотрел на обоих. Для них Пес пока только в опасности. И они ждут. Шанса, утешения, определенности… Ничего, что бы он мог им дать.

– Засада Легиона. На девятой башне.

Рейд выплевывал слова, чувствуя, как ярость сменяется… болью? Нет. Он так и не научился жалеть и никого не мог бы назвать своим другом. И отчаяние от потери близкого человека, губившее на его глазах людей не раз и не два, тоже не терзало. Просто даже если твой собственный мир рушится, ты понимаешь, что остается что-то, кроме тебя: перешагивающая через тело армия, река, прежде заливающая сапоги, небо, с которого сыпались стрелы. Смена времен года. Хоть что-то, позволяющее миру быть нормальным. Просто существовать.

…Слетающая с петель каждое утро дверь, спутанные пепельные волосы, пропитанные запахом горелых трав… Рейд не смог бы объяснить словами, почему самым абсурдным, лишним капризом всех времен для него будет отсутствие в мире Пса. Он не хотел думать, но образ в голове сложился сам собой: серые крылья, разломанные об основание башни. И поверх изуродованного корпуса – смятой кипой мальчишка, пронзенный ножом. То, что где-то рядом еще должна быть Лимм, Рейд даже не осознавал. Самая невозможная в мире картина застыла в глазах. Любой воин, кроме него. Вся крепость, весь этот поставленный на голову мир…

– Что происходит?!

Рейд рывком поднял голову. Анри и Лао, стоящие с белыми от ужаса лицами, будто разом ссутулились. Дик застыл на пороге, опираясь на копье вместо костыля, из-под рубахи были видны бинты, медленно напитывающиеся кровью. Похоже, броситься на голоса в другом конце коридора стоило ему слишком многого.

Рейд почувствовал, как онемели губы. Только в присутствии брата он смог наконец связать воедино два образа – веселого растрепанного мальчишки, сидевшего у него часами, и воина в сером плаще, бросившегося в толпу Моря протянуть руку другу. Преданный Пес моего брата… Слова дождались своего часа.

Звуки обрели истинное звучание. Анри с Лао уже словно сжились со своими искореженными лицами. Глядя на них, Рейд впервые начал понимать, что они чувствуют. Произнести приговор – одно. Выговорить его, глядя в глаза тому, кто останется с этим жить…

Анри все же удивил его. С детской паникой в голосе, отводя взгляд, он не озвучивал приговор – он искал лазейку.

– Пес с Лимм летят в ловушку, можешь вернуть их?

– Ловушка? – Взгляд Дика переметнулся к Рейду, и тот снова увидел вокруг себя раннюю осень. И карту с башнями. И свой палец на цифре девять…

– Девятую башню стережет Легион, он так сказал. – Лао резко оборвал короткую паузу. Губы сжаты, рука метнулась к оружию. Похоже, он смог преодолеть ступор.

– Девятая?! – Дик переспросил с явным изумлением. Ужас еще не укоренился в нем, хотя один вид друзей явно заставлял держаться на пределе спокойствия.

– Он не послушал тебя. Парни уже скоро вернутся, а Пес с Лимм пошли в полночь и взяли на себя центр. Прости, я должен был тебе сказать. – Голос Лао, несмотря на всю его собранность, заметно дрожал.

– Ты отпустил его в центр?! Пса?! С этой девчонкой?!

Рейд наконец услышал голос Дика таким, каким он уже давно кричал у него в голове, – полным ужаса.

– Дик, нам останется пара дней, если с утра вдарят все башни. Ты бы пошел. – Анри прислонился к двери, вжавшись в нее лопатками и затылком. Голова запрокинута – он что, плачет?

– Шанс есть? – Дик смотрел на брата почти в упор – впервые после ямы.

Рейд моргнул, прогоняя из головы Анри. Так, значит, Пес ушел в полночь – два часа, а не четыре…

– Если они пролетят мимо башни меньше чем на четыре длины корпуса, нет.

Дик судорожно вдохнул через нос.

– Можешь вернуть их? – Рейд вглядывался в лицо брата, пытаясь угадать ответ.

– Я – нет, слишком поздно. Они вне приема сигнала.

Рука Дика вспыхнула синим прежде, чем Рейд осознал крушение мимолетной надежды. Дик уже не смотрел на него. Динамик отозвался хрипом.

– Бур, срочно нужна помощь. Пес вышел за Кольцо, летит в засаду к башням, сигнала нет, сможешь остановить?

Дик словно сжался, выталкивая из себя личные страхи. Сейчас он был просто еще одной деталью передатчика. Лишь механизм, передающий Буаро все случившееся – четко, монотонно, ничего не скрывая.

Динамик замолк на секунду. Затем голос Буаро прорезал тишину – такой же собранный и сосредоточенный, несмотря на поздний час. Одновременно вспыхнули лампы – у изголовья, несколько в коридоре, корпус-контроли у Анри и Лао.

– Внимание Каньону, тревога внутренняя, не реагировать. Ответьте о полученном сигнале по десяткам.

Громкоговорители хором повторяли слова командира, создавая легкую какофонию. Анри с Лао опустились прямо на пол – Рейд успел заметить, как Дик коротко кивнул им. Похоже, голос Буаро их всех успокоил. Сам Дик занял место Анри – оперся на стену, держась за нее еще и ладонью. Все десять секунд после объявления, пока длилось молчание, Рейд не отводил взгляд от его руки – она потихоньку сползала вниз. Дику явно было нехорошо.

– Иди сядь, что ты доводишь себя, – позвал Анри, и одновременно динамики снова заговорили.

– Первая! – Голос Призрака узнал даже Рейд.

Теперь через каждые несколько секунд другие голоса называли номер следующей десятки. В какой-то момент у сидящих ребят вспыхивали корпус-контроли, и они быстро говорили свой номер в десятке. Анри был еще и связующим своей – Рейд услышал короткую, быструю перекличку, Анри сказал «два» в свою очередь, и вот уже его голос прозвучал в общем динамике. Перекличка всех Лётных уложилась в минуту.

Динамик снова затих. Рейд приготовился к ударам колокола, но эти удары, взорвавшие тихий лазарет, его просто оглушили, и он определенно раньше не слышал ни разу такого сигнала. Да, неудивительно, что Буаро предупредил своих о лжетревоге. От такого даже враги по инерции кинутся в бой не глядя.

Ребята переглядывались между собой, – похоже, этим троим уже давно не надо было слов, чтоб понимать друг друга. Сейчас они явно чего-то ждали, кроме этого сигнала. Ответ прозвучал уже в середине колокольного боя: Буаро снова отвечал лично Дику.

– Прожекторы готовы, зажжем через пятнадцать секунд. Если он помнит сигнал, свет не должен ослепить. Я лечу к вам. Еще кто-нибудь за Кольцом есть?