Олег Зеленцов – Сказка про царя Колбаску (страница 3)

– Что это за кристалл? – спросил он Дарина. Тот внимательно осмотрел драгоценный камень.

– Не понимаю, – замешкался тот. – Я гном, я знаю все о камнях! Но я не знаю, что это за камень. Он напоминает мне алмаз по блеску и аметист по цвету, но это не то и не другое… и чтобы алмаз был фиолетовым и при этом слегка светился в темноте! Я никогда такого не видел. Это что-то удивительное! Сохрани его, царь Колбаска, такое мало где можно встретить.

Так они шли довольно долго, и наконец, остановились на ночлег. У каждого из них было с собой одеяло, чтобы в него завернуться, а под голову каждый положил свой рюкзак. Конечно же, они выставили часовых – в каждом отряде по пять человек. Поскольку часовые тоже хотят спать, то каждые два их сменяли следующие. Так, по очереди вставая на охрану, они проспали до утра. К счастью, за ночь ничего не случилось, и они продолжили путь.

В одном месте им пришлось перейти глубокую расщелину по крепкому деревянному мостику, висящему на железных цепях.

– Этот мост мы сделали, – пояснил Дарин царю Колбаске. – Когда-то давно, было землетрясение, внутренности горы треснули, и теперь тут очень глубокий провал. Кстати – будьте осторожнее. Мы уже приближаемся к тому месту, где, предположительно, пропал наш отряд.

Однако, после этого они еще несколько часов шли по совершенно пустынным коридорам, и ничего не происходило. Разве что иногда в стенах коридора сверкали драгоценные камни, и то один, то другой гном не выдерживал и подходил к стене, чтобы посмотреть на них поближе при свете факела, и если камень чем-то очень понравился, то извлечь его и положить к себе в карман.

– Дарин! – окликнул гнома царь Колбаска. – Скажи, для чего вам эти камни? Вы ведь за ними полезли в эту систему пещер?

– Да, за ними.

– Что вы с ними делаете потом?

– Потом, мы их граним, чтобы они идеально сверкали! Большинство камней мы отдаем на украшение наших залов, где мы пиршествуем и проводим собрания, или бань, где мы отдыхаем. В детских комнатах драгоценными камнями украшается потолок, чтобы ночью они блестели, как звезды в небе, и детишки любовались ими перед сном, лежа в своих кроватках. Часть камней мы продаем на поверхность, через доверенных людей, чтобы купить необходимые нам вещи. Но каждый гном, добывший особенно полюбившийся ему камень, может оставить его себе. Чтобы потом украсить им свой кубок, или рукоять своей секиры. Или подарить своей девушке. Но редко встречаются такие камни, которые можно подарить своей девушке.

– Почему? – удивился царь Колбаска. – У вас везде, даже на стенах ваших залов, столько сверкающих камней, каждый из которых мог бы понравиться любой девушке!

– В том-то все и дело. Камней у нас много. Тут же нужен уникальный, редкий камень. Или же его, даже если это драгоценный алмаз или сапфир, дарить не имеет смысла. Зачем, если такими же украшены даже стены в бане?

– И что же вы тогда дарите девушкам, если даже драгоценные камни не годятся?

– Ох… Дарин вздохнул. – Лучше всего – цветы! Но их так трудно достать, это ведь надо побывать на поверхности, что очень редко получается, а потом успеть принести их раньше, чем они завянут… Это очень, очень сложно!

– Стоп! – сказал царь Колбаска. – Смотрите! Теперь – двигаемся осторожнее!

До сих пор они шли по кривым пещерным ходам, с неровными, промытыми потоками воды – в глубокой древности – стенами. Но теперь их взгляду предстало нечто необычайное – ровный прямой туннель, который явно не был творением природы.

– Кто же этот туннель пробил? – прошептал Дарин.

Они осторожно вошли в аккуратно высеченный в камне коридор. Постояли, прислушиваясь, но было тихо. Тогда они двинулись дальше, выставив перед собой револьверы, а царь Колбаска держал наготове свое ружье. Примерно через час они увидели вдалеке свет. Еще минут двадцать, и гномы оказались в довольно большом зале, размером примерно с нашу с вами станцию метро, но не вытянутом вдоль, а круглом. В стенах зала были сделаны ниши, а в нишах стояли статуи, изображавшие странных существ. С разных сторон в зал входили четыре коридора, через один из которых они и вошли. Зал был ярко освещен, но при этом светильников не было видно, и откуда шел свет – непонятно.

Воцарилась тишина, все настороженно осматривались и прислушивались, но все было тихо. Царь Колбаска стоял с ружьем и переводил прицел с одного коридора на другой. А вот Дарин, выждав пару минут и не увидев никакой опасности, отошел от остальных и направился к одной из ниш.

– Я никогда не видел ничего подобного! – воскликнул Дарин, глядя на статую в нише. – Кто это? Кого изображает эта статуя?

В этот момент из одного из коридоров послышались быстро приближающиеся звуки, напоминающие шорох когтей по камню.

– Берегись! – прокричал кто-то из гномов.

Царь Колбаска, который тоже было засмотрелся на статую, повернулся и вскинул ружье. Из того коридора, что был прямо напротив, в зал вылезло нечто, похожее на огромную чешуйчатую ящерицу. Чешуя ее переливалась всеми цветами радуги, будто сделанная из алмазов. Ящерица, войдя в зал, замерла и стала внимательно смотреть на гномов, которые стояли на другом краю зала. И затем, совершенно внезапно, она открыла пасть, показав ряд острейших зубов и молча, с огромной скоростью перебирая всеми четырьмя лапами, бросилась на Дарина, который стоял к ней ближе всех.

Дарин, забыв про непривычный ему револьвер, молниеносно выхватил из-за спины секиру и метнул ее в ящерицу, которая к этому времени была уже в десятке шагах от него. Секира высекла искры из чешуи и отскочила, зазвенев по каменному полу зала. Ящерица, слегка вздрогнув, продолжила бежать к Дарину, и ей оставалось пробежать всего лишь пару метров.

В этом момент грянул гром, от которого у всех в зале заложило уши – это царь Колбаска выстрелил из своего ружья, предназначенного для охоты на львов. Ящерицу отбросило на пару метров, она завалилась на бок, дергая когтистыми лапами и издавая шипящий свист. На пол упали брызги ярко-зеленой крови.

Бабах! – царь Колбаска выстрелил еще раз, в этот раз попав точно в голову, и ящерица, дернув хвостом, затихла.

– Осторожнее!!! – снова крикнул кто-то, и в зал, из того же коридора, ворвались одна за другой сразу несколько таких же ящериц. Царь Колбаска как раз перезаряжал свое двухствольное ружье. Гномы стреляли из револьверов – если они попадали, ящерицы шипели и поскальзывались на каменном полу. После нескольких удачных попаданий они падали и умирали, но из коридоров лезли новые. Царь Колбаска отступил к стене зала. Он перезарядил ружье и еще два раза выстрелил, убив одну ящерицу и ранив вторую, и теперь отстреливался из револьвера.

Но ящериц было слишком много. Еще несколько секунд оглушающе гремели выстрелы гномьих револьверов, яростно бросались вперед сверкающие чешуей зубастые ящерицы и падали, замирая, когда в них попадали несколько пуль одна за другой. Но наконец, патроны в револьверах у гномов кончились. А ящерицы – нет. Наступила оглушающая тишина, и в этой тишине, еще около десятка ящериц, разинув пасти и высунув раздвоенные языки, как будто почуяв беззащитность своих жертв, стали медленно подходить к обезоруженным гномам. Те, понимая, что не успеют уже перезарядить оружие, выхватили секиры.

Царь Колбаска помнил, что секира не может всерьез повредить ящерице. Он в спешке, дрожащими от волнения пальцами, пытался перезарядить ружье. Наконец, ему это удалось, и он вскинул его, прицеливаясь – но ящериц было много, и стало понятно, что даже если он убьет одну или две, это ничего не изменит.

– Это конец! – подумал царь Колбаска, наводя ружье в зубастую пасть ближайшей рептилии.

И тут пещера взорвалась криком "Вперед!" – и в зал ворвались гномы второго отряда. Они не стали придерживаться уговора, что в случае нападения на первый отряд, им следует отступить. Увидев, что идет бой и их товарищи сейчас погибнут, они не смогли держаться приказа, и кинулись им на помощь. Выстрелы револьверов снова оглушали всех в зале, отражаясь от стен гулким эхом. Сразу несколько ящериц, после попадания тяжелых револьверных пуль, задергались на полу и умерли. Остальные оскалились и начали отступать. Но второй отряд тоже за несколько секунд расстрелял свои патроны, и выжившие ящерицы, которых осталось четыре, после короткого оцепенения, снова оскалились и двинулись на гномов… и тут в зал ворвался третий отряд. Вокруг стало тесно от гномов, и те, кто пришел на помощь из третьего отряда, а также успевшие перезарядить револьверы из первого, стали на ящериц наступать. Одновременно стреляли не меньше трех десятков револьверов. Дым от пороха клубился в воздухе, не хуже чем пар в гномьей бане. Царь Колбаска успел, воспользовавшись паузой, перезарядить оба своих револьвера. Схватив их одновременно в руки, он бросился вперед – но ящерицы уже отступали, огрызаясь. Еще несколько выстрелов – и в зале остались только гномы.

Все принялись оглядываться вокруг, оценивая обстановку. Несколько гномов были ранены – ящерицы успели укусить их или оцарапать когтями. Им срочно оказывали помощь.

– Перевяжите раненых, и возвращайтесь – сказал царь Колбаска, обращаясь к третьему отряду. Вы всё увидели и ваша задача – рассказать об этом остальным гномам, а заодно отнести раненых в больницу.