Олег Волков – Крысиными тропами. Том I. Синяя канарейка (страница 14)
– Пора вставать, завтрак стынет, – долетел из темноты чей-то голос.
Какой ещё завтрак? Виант нахмурился. С каких это пор заключённым «Облака» приносят завтрак в постель? Новая порция ударов в дверь наконец-то прорвала запруду памяти. Ну конечно! Виант расслабленно улыбнулся, и как только сумел забыть: секретная правительственная контора, важный эксперимент и всё прочее. Ведь он уже не казарме, не в «Облаке», а на секретном объекте. Понять бы ещё, где именно этот объект находится.
Виант вытянулся и принялся шарить пальцами по стене, где-то над изголовьем кровати должен быть выключатель. В тот же миг яркий свет настенной лампочки резанул по глазам, Виант машинально прикрыл веки. И в самом деле пора подниматься.
– Вставайте! – в незнакомом голосе прорезались нотки недовольства, хотя голос не такой уж и незнакомый.
– Иду! Иду! – Виант торопливо поднялся на ноги.
В три больших шага Виант подбежал ко входной двери. Левая рука машинально шлёпнула по квадратному выключателю. Плафон под потолком залил одиночный номер для младшего научного сотрудника ярким светом.
– Простите великодушно, – Виант распахнул дверь, – я…
Слова извинения застряли в горле, Виант так и замер с распахнутым ртом. Женщина! Та самая прекрасная незнакомка, вновь замерла возле порога его номера. Только на этот раз её тёмные волосы забраны на затылке в хвост, а на плечах не жёлтый сарафанчик, а белый халат с короткими до локтей рукавами. Едва заметный пояс того же белого цвета выразительно подчёркивает её талию.
– Разрешите? – незнакомка лучезарно улыбнулась.
Как и накануне ночью Виант не сразу заметил в её руках большой эмалированный поднос. Молодая женщина, как и обещала, принесла завтрак.
– Да, да, конечно, – Виант отступил в сторону.
Да сколько же можно! Виант виновато отвернул лицо, глаза едва не проткнули незнакомку, когда она слегка наклонилась, чтобы опустить поднос на столик.
– Меня зовут Инга Вейсман. Хотя можно просто Инга, – молодая женщина подхватила со стола поднос с грязной посудой со вчерашнего очень позднего ужина. – Сейчас половина двенадцатого. Надеюсь, вам хватит тридцати минут, чтобы позавтракать и…, – глаза Инги Вейсман пробежались по Вианту, – привести себя в порядок.
Проклятье, Виант скосил глаза на собственные голые коленки. Он не придумал ничего лучше, как предстать перед молодой женщиной в одних трусах. От смущения щёки запылали жаром.
– Да, да, конечно, вполне хватит, – с трудом произнёс Виант.
– Приятного аппетита.
Словно прекрасное видение Инга Вейсман прошла мимо. Чуть заметный аромат её духов словно обнял за плечи и поцеловал прямо в губы. Виант тихо выдохнул, вот что значит три года без женщины. Руки сами собой закрыли за прекрасным видением дверь.
Виант едва добрёл до столика и бухнулся на стул. Со стороны вербовщика это самое настоящее свинство. Неужели он не понимает, что Виант, в прямом смысле этого слова, три года женщину не нюхал. Конечно, если будет такая возможность, то он обязательно приударит за Ингой Вейсман. По крайней мере с её стороны наигранная фальшь не чувствуется. Дело в другом.
В груди кольнуло неприятное предчувствие. Не спроста, ох не спроста Николай Павлович отрядил Ингу Вейсман в качестве простой официантки. Майор, или кто он там есть на самом деле, прекрасно понимает, какими глазами и с какими мыслями смотрит на женщину заключённый. Ладно, Виант покосился на часы, минутная стрелка и в самом деле остановилась на цифре двенадцать, до полудня осталось чуть меньше тридцати минут.
Былой нервной дрожи в руках больше нет, да и острого желания сожрать всё в один присест тоже нет. Однако Виант не с меньшим удовольствием чем накануне навернул большую тарелку великолепной овсяной каши и запил её литром прохладного молока вместе со слегка поджаренными тостами с маслом. Пустая тарелка сдвинута в сторону, Виант осоловело развалился на стуле. За три года начисто успел забыт, какая на самом деле вкусная овсяная каша, если её приготовить должным образом. Ещё осталось десять минут, вполне достаточно, чтобы почистить зубы, одеться и заправить кровать.
Точно за две минуты до полудня Инга Вейсман вновь появилась на пороге одиночного номера.
– Вы готовы? – спросила Инга Вейсман.
– Да, – Виант торопливо одёрнул полы куртки стального цвета.
– Следуйте за мной.
Инга Вейсман повела Вианта в глубь горы, а не в сторону выхода из естественной пещеры. Хотя о том, что они находятся под землёй ничто не напоминает. По правую руку всё так же потянулись однообразные двери с номерами, а по левую стена то ли из гипсокартона, то ли из пластика. Больше всего насторожило другое, Виант принялся время от времени оглядываться через плечо. Тишина. В длинном коридоре, кроме их двоих, больше никого нет.
Ещё в «Облаке», представляя свою будущую работу, Виант думал, что на секретном объекте в обязательном порядке должна царить лихорадочная активность. Там… Седые учёные в белых халатах и с озабоченными лицами, инженеры с грязными руками, крутые командос, у которых даже уши накачены. И все бегают с воспалёнными глазами и кричат о неминуемом научном прорыве. Чушь, конечно, зато честно. Однако даже на его взгляд дилетанта видно, что в обустройство этой пещеры правительство вбухало не один миллион рублей. Тот же одиночный номер для младшего научного сотрудника с отдельным унитазом и горячей водой говорит о том, что секретный проект рассчитан на много лет. А на деле? Виант бросил очередной взгляд через плечо. А на деле цоканье тоненьких каблучков Инги Вейсман эхом разносится по длинному и пустому коридору.
Даже хуже. Виант поднял глаза. На подвесном потолке одна из плиток треснула и прогнулась под собственной тяжестью. В ближайшем светильнике не горят две из четырёх длинных ламп. На стене по левую руку одна из панелей отошла чуть в сторону. В треугольной щели мелькнул природный камень. Неужели на этом секретном объекте так и не нашлось ни времени, ни желания поставить панель на место, сменить перегоревшие лампочки и треснувшую потолочную плитку? И подобные мелкие, подчас едва заметные, следы упадка и запустения встречаются на каждом десятом шаге.
Не весёлые мысли, не весёлые. Виант бросил хмурый взгляд на очередную безликую дверь. Былая эйфория по вновь обретённой свободе потихоньку испарилась. Или, всё же, было лучше остаться в «Облаке»?
– Нам сюда.
За думами Виант едва не ткнулся носом в спину Инги Вейсман. Молодая женщина остановилась перед дверью с номером 47. Левая рука с короткими ухоженными ногтями надавила на золотистую ручку.
Неужели сейчас? Виант нервно дёрнул плечами. И дело не в том, что рядом с ним в опасной близости молодая и безумно красивая женщина. Нет. Страх, самый настоящий страх, ледяной ужас, сдавил горло. Сейчас, именно сейчас, он, наконец-то, узнает, на что подписался. Теперь, в прямом смысле на пороге тайны, возможность соскочить с огромного тюремного срока уже не кажется столь желанной и привлекательной. В этой жизни за всё надо платить. В том числе и за одиночный номер для младшего научного сотрудника, за персональный унитаз и аппетитную поджарку на ужин.
– Скажите…, – Виант неуверенно дотронулся до плеча Инги Вейсман.
– Нет, нет, – Инга Вейсман упрямо мотнула головой, – на все ваши вопросы ответит лично Николай Павлович. Прошу вас.
Не все номера в жилом части секретного объекта предназначены для младших научных сотрудников. Этот переделан под кабинет исключительно для интеллектуальной работы. Либо административной, Виант мысленно поправил сам себя.
Стены в кабинете обделаны приятными деревянными панелями. Вроде как, Виант скосил глаза, натуральный дуб. Над письменным столом висит широкий плоский экран. А ещё выше портрет президента Путина. На плечах главы государства чёрный морской китель, а на голове пилотка. Сам Николай Павлович сидит в кожаном кресле с высокой спинкой и с умным видом смотрит на экран ноутбука.
– Добрый день, уважаемый, – Николай Павлович поднял глаза. – Прошу вас, присаживайтесь.
Виант опустился на деревянный стул напротив вербовщика. И в этом чудном кабинете следы запустения. Широкий экран над головой Николая Павловича давно молит о чистке, боковые панели покрылись тонкой серой плёнкой. Инга Вейсман почему-то никуда не ушла, а присела в небольшое удобное кресло с мягкой спинкой по левую сторону от письменного стола. Виант невольно скосил глаза. Угол столешницы ничуть не загораживает её длинные ноги в лёгких туфельках. На фоне дубовых панелей белый халат особенно выразительно подчёркивает её спортивную фигурку. Хоть сейчас фотографируй её на обложку глянцевого журнала.
Ожидание невыносимо. Нервная дрожь и без того покалывает кончики пальцев мелкими стальными иголками.
– Что? Передумал? – вдруг спросил Николай Павлович.
Вместо того, чтобы ответить «Да», или «Нет» Виант выпалил как на духу:
– А как вы догадались?
– Работа у меня такая, людей вербовать, – ответил Николай Павлович. – Не ты первый, не ты последний в самый последний момент решил соскочить. Да только поздно уже, я тебя об этом ещё в «Облаке» предупредил.
– Но почему? – Виант набычился. – Вы мне так ничего и не рассказали. Где находится этот ваш секретный объект я понятия не имею.
– С чего ты вдруг решил соскочить? – спросил Николай Павлович.