Олег Волков – Деньги и просвещение. Том 1 (страница 3)
– Почему сразу ни в какие ворота и рамки, уважаемый? – профессор Юнгер наигранно удивился. – Вы давно читали Гексаан? А ведь в нашей священной книге чётко сказано, что и наши предки и предки менгов спустились на Мирем со звёзд. Иначе говоря, и наши предки, и предки менгов когда-то путешествовали в космосе, летали от звезды к звезде, колонизировали и осваивали другие миры. И у них тоже не было крыльев от Великого Создателя. Зато логично предположить, что у наших предков была гораздо более развитая и совершенная техника. А мы чем хуже?
Сдержанные смешки пробежали по рядам студентов. Профессор Тапуров сердито насупился словно бык при виде красной тряпки. Раздражение и с трудом сдерживаемый гнев то и дело пробиваются наружу вместе с сиплым дыханием.
– Может, того, вы ещё и в существование Князя мира сего верите? – не сказал, а будто плюнул профессор Тапуров. – А то и во всех трёх бессмертных сразу? Это же легенды! Сказки! Небыль! Как летающие ковры и сапоги-скороходы!
– А почему бы и нет? – профессор Юнгер вновь делано удивился. – Не, насчёт летающих ковриков и тапочек-скороходов я с вами полностью согласен – сказка и небыль. А вот всё прочее. Начну с того, что с вами не согласятся все истинно верующие в Великого Создателя всего сущего. То есть все те, кто почитает Гексаан как слово его. Признаться, я не могу похвастаться глубокой набожностью, однако вполне допускаю, что трое бессмертных до сих пор живут среди нас. И Князь мира сего первый среди них. К тому же, он любит Марнею, – профессор Юнгер всплеснул руками. – Ведь именно он полторы тысячи лет тому назад возродил нашу империю из пепла!
Гром аплодисментов забил недовольное сипение профессора Тапурова. Князь Рыков едва сдержался, чтобы громогласно не расхохотаться. Единственное, что он сумел себе позволить, так это лёгкую и дружественную улыбку. Теперь понятно, почему профессор Тапуров так настойчиво приглашал его на открытую лекцию профессора Юнгера. Почтенный и в сединах учёный муж очень надеялся разгромить в пух и в прах нахального и слишком молодого выскочку. И сделать это в присутствии влиятельного и богатого аристократа, который слывёт среди сверстников прогрессивным. Но! Профессор Тапуров с блеском облажался в очередной раз. Публично поставить под сомнение Гексаан – за такое ещё несколько столетий назад его бы сожгли на центральной площади Тивницы.
– Благодарю, благодарю вас, уважаемые, – профессор Юнгер театрально раскланялся, едва грохот аплодисментов слегка стих. – Теперь, как я понимаю, у вас будут вопросы.
– Конечно! – тут же раздался откуда-то слева громкий юношеский голос. – Паролёты! Почему вы уверены, что человек сможет летать как птица?
– А, разве, мы уже не летаем? – профессор Юнгер развёл руки в стороны. – Ещё в 5726 году братья Ингурины изобрели воздушный шар на горячем воздухе. Уже сейчас во всю идут эксперименты по созданию ещё более совершенных летательных аппаратов легче воздуха. Вполне логично предположить, что однажды наступит очередь летательных аппаратов тяжелее воздуха. Выгляните в окно, – профессор Юнгер резко выбросил руку в сторону. – Голуби и вороны тяжелее воздуха, однако это обстоятельство не мешает им летать.
– А как же быть с углём? Ведь он тяжёлый! – сквозь гул голосов прорвался ещё один возбуждённый юношеский голос.
– А хватит ли железа?
– А когда паровые повозки окончательно сменят лошадей?
Вопросы, вопросы, вопросы градом посыпались со всех сторон. И без того продолжительная лекция только раззадорила массу студентов. Однако профессор Юнгер только рад столь пристальному вниманию. Молодой преподаватель как может старается ответить буквально на каждый вопрос. Но он действительно историк, а не инженер. Однако молодой князь Рыков уже потерял интерес к происходящему. У него в голове засела шальная мысль.
– Ладно, пусть молодёжь развлекается, – князь Рыков поднялся со стула.
– Пусть этот выскочка наслаждается минутой славы, – профессор Тапуров торопливо поднялся следом.
Присутствующие и не заметили ухода двоих с первого ряда столов. В гулком коридоре, когда массивные створки входных дверей разом отсекли шум из аудитории №8, князь Рыков повернулся к профессору Тапурову.
– Должен признать, уважаемый, что вы оказались правы, – князь Рыков улыбнулся, – открытая лекция профессора Юнгера изрядно развеселила меня. Словно в театр на представление сходил. Будь у меня цветы, непременно бросил бы их на сцену.
– Так вы согласны, что вся эта лекция полный бред? – лицо профессора Тапурова аж светится надеждой только что побитой собаки.
– Ну-у-у…, – задумчиво протянул князь Рыков, – насчёт паролётов и полётов на Итагу, пожалуй, я с вами соглашусь. А вот бронированные морские чудовища на паровом ходу и с пушками калибра в триста-четыреста миллиметров…
– Это тоже полный бред, – уверенно закончил профессор Тапуров.
– Нет, уважаемый, – молодой князь Рыков хитро прищурился, – это не бред, это идея. Как говорят стирийцы, это бизнес-идея.
– И вы туда же, уважаемый? – профессор Тапуров вот-вот растеряет последние крохи учтивости и почтения.
– Туда, туда же, к отцу, – рассеяно произнёс князь Рыков. – В Сунгаре, как раз на берегу Бескрайнего океана, моему папе предложили купить большой участок земли. Грех будет упустить столь выгодную сделку. Ведь именно на таких бизнес-идеях делают не просто большие, а очень большие деньги.
В глубокой задумчивости князь Рыков зашагал по коридору, пока его не отвлек голос профессора Тапурова.
– Уважаемый! Выход в другой стороне!
– Ах да, спасибо, – князь Рыков, словно солдат на плацу, развернулся прямо на ходу.
Бронированные морские чудовища на паровом ходу и с пушками чудовищного калибра стоят дорого. Очень дорого и очень выгодно во всех отношения. Это же золотая жила. Нужно торопиться, пока об этом ещё кто-нибудь не прознал.
Глава 2. Спросить у вселенной
Так что же, чёрт побери, выбрать? Каждый вариант сам по себе обещает не только большое приключение длинной в человеческую жизнь, но и несёт в себе громадную ответственность. И с каждым новым тысячелетием, даже столетием, ответственность только растёт. Население Мирема постоянно увеличивается. Появляются новые народы, города, страны. Решение, которое он должен принять здесь и сейчас, может запросто оказать огромное влияние на судьбы миллионов и миллионов людей. И это не пустой пафос, не раздутое самомнение о собственной важности. Это факт, многократно проверенный и доказанный факт.
На первый взгляд вариантов много, даже очень много. Но если присмотреться более внимательно, то на самом деле их всего два. Два ключевых, или базовых, варианта – великая цель и великая месть.
Деревянная ложка противно скрипнула по самодельной глиняной миске. Похлёбка с кусочками мяса и венчиками сушёной петрушки едва не перелилась через край. Саян прижал левую ладонь к разгорячённому лбу. От таких мыслей, того и гляди, башка треснет. Да и будет очень печально расплескать почти полную миску мясной похлёбки, она и так почти остыла.
Ладно, надо успокоиться. Саян тряхнул головой. Руки поудобней перехватили глиняную миску, деревянная ложка вновь принялась черпать густое варено. Но мысли, проклятые мысли, всё равно продолжили табуном голодных бизонов бродить в голове. Вон, Саян на миг покосился на полную ложку перед собственным ртом, он не чувствует вкуса мясной похлёбки.
Давно это началось, очень давно. Пять тысяч семьсот тридцать пять лет тому назад Великий Создатель всего сущего послал Саяна и двух его бессмертных друзей Ягиса и Ансива на эту планету. Сколько с тех пор прошло лет подсчитать очень легко, Саян слабо улыбнулся, ведь летоисчисление этого мира он сам начал с того знаменательного события.
Первые пять сотен лет Саян правил Вилурой, самым первым государством людей на Миреме, которое сам же и создал. То были великие дела. Как-никак из племён первобытных охотников и собирателей сотворить крестьян и ремесленников, создать классовое общество, государство, цивилизацию. Но-о-о… Саян печально вздохнул. Яд власти, вседозволенности и всеобщего обожания вконец доконали его. Очередная нелепая смерть на охоте будто пробудила его от дурного сна. Саян воспользовался очень удобным моментом. Он так и не вернулся на трон всесильного владыки Вилуры. Вместо этого Саян предпочёл уйти в Большой внешний мир, раствориться в массе простых смертных. Именно так ещё раньше в Большой внешний мир ушли его бессмертные друзья Ягис и Ансив.
Тогда же Саян придумал себе новый титул, который со временем стал его вторым именем – Князь мира сего. Именно под этим именем он и вошёл в многочисленные легенды о начале времён. Впрочем, Саян тихо рассмеялся, со временем всплыл весьма забавный побочный эффект. Если на Земле во времена Сергея Белкина стереотипный псих мнил себя Наполеоном, то здесь, на Миреме, точно такой же стереотипный псих мнит себя Князем мира сего. Из-за чего с самим Саяном уже бывали весьма курьёзный происшествия. Впрочем, речь сейчас не о них.
Скоро будет шесть тысяч лет, как Саян живёт под маской простого смертного. От века в век, от жизни к жизни, он меняет историю народов и стран. Фамилии и отчества у него всегда разные, а вот имя только одно – Саян. Благо на Миреме это одно из весьма распространённых имён у всех без исключения народов. Практически сразу у Саяна сложился большой цикл: великая цель под личиной простого смертного, потом великая месть менгам и очередная отсидка в глубинах Станового хребта.