Олег Волков – Апокалипсис, вид снизу. Том II (страница 57)

Виант пробежался вдоль стены и завернул за угол. Стальные ворота такого же цвета кажутся огромными. Хотя, на самом деле, домик подстанции размерами похвастаться никак не может. На створках непонятная аббревиатура из букв, дефисов и цифр. И, конечно же, уже знакомый знак электрической опасности: жёлтый треугольник с ярко-красной молнией. Изнутри доносится монотонное гудение.

Как попасть во внутрь? Виант присел на задницу. У каждого здания должен быть как минимум один крысиный вход. Эта аксиома ещё ни разу не подводила. То ли оно и в реальности на самом деле так, то ли оно всего лишь игровая условность «Другой реальности» специально для крыс как игровых персонажей. Впрочем, Виант вновь поднялся на лапы, какая разница? В первую очередь, домик подстанции нужно более тщательно осмотреть.

Устройство любой подстанции более чем предсказуемо. Можно сказать, оно стандартное. Раз полагается два трансформатора, то и больших ворот для их установки тоже должно быть два. Как раз под вторыми и нашёлся крысиный вход. У левой створки решётка для протока воздуха немного разбита. Какой-то автолюбитель славно въехал в неё бампером. Косые пластины разошлись в стороны. Так получилась дыра. Виант осторожно просунул в неё мордочку. Что самое интересное, слой тёмно-красной краски давно скрыл следы былого наезда. Обслуживающий персонал точно знает о дыре, но ремонтировать решётку для протока воздуха счёл ниже своего достоинства. Либо, что более вероятно, начальство недоглядело.

Камера трансформатора по духу похожа на камеру для особо опасных преступников. Такая маленькая и мрачная. Да ещё пыль. Пол, верхняя часть трансформатора и толстые электрические кабеля покрыты тонкой плёнкой влажной пыли. Гаочан — это же субтропики. Самое хреновое то, что сквозь вентиляционные щели в стальных воротах и на стене почти под самым потолком во внутрь струится свет. Может быть, глубокой ночью здесь достаточно темно, чтобы включилось крысиное ночное зрение. Но пока об этом не стоит даже мечтать.

— И куда дальше? — спросила Инга, едва они пролезли через дыру в левой створке.

— Ты, разве, не читала мой отчёт о первой ходке? — вопросом на вопрос ответил Виант.

— Читала, — Инга склонила голову на бок, — но причём здесь твоё первое путешествие?

— Тогда молчи и следуй за мной, — Виант тронулся с места.

Виант обежал трансформатор. Типичная конструкция. Нельзя сказать, что стандартная, но типичная. Да и зачем придумывать что-то оригинальное? Гениальность и практичность в простоте. Два толстых высоковольтных кабеля уходят под стальную пластину в так называемую кабельную траншею. Ночное крысиное зрение наконец-то соизволило окрасить окружающий мир в чёрно-белые тона.

Кипы пыльных кабелей громоздятся на металлических уголках вдоль бетонных стен. Но только четыре из них самых толстых уходят в правую сторону, остальные в левую. Понятно, Виант кивнул, четыре самых толстых питают подстанцию, остальные расходятся по окружающим двор домам. И-и-и… Виант пробежал дальше. Да, так оно и есть.

Перед ними встало хорошо знакомое препятствие — батарея из стальных труб. Четыре толстых кабеля заняли правую сторону. Остальные отверстия заткнуты опять же хорошо знакомыми пластиковыми пробками с выдавленными крестами жёсткости на передних крышках.

Во время первой ходки на Ксинэю, Виант научился открывать подобные затыки. Благо они предназначены не против крыс, а чтобы не дать возможному пожару распространиться по кабельным линиям. На пару с Ингой они на раз-два сдёрнули самую нижнюю затычку. Виант первым нырнул в узкую стальную трубу. Буквально через метр он выскочил в ещё один довольно узкий кабельный канал.

Повезло так повезло. Виант посторонился, из стальной трубы следом за ним выбралась Инга. Было бы очень печально уткнуться в ещё одну пластиковую пробку, что засыпана с внешней стороны землёй. Но нет. Возможно, что из-за обилия дождей, в Гаочане предпочитают прокладывать электрические коммуникации в кабельных траншеях и туннелях, а не прямо в земле.

— Ну что, — Виант повернулся к напарнице, — ты смогла найти альтернативу?

— Нет, — буркнула Инга.

Напарницу всё равно не прельщает перспектива длительного подземного путешествия. Но придумать альтернативный путь по поверхности она так и не смогла. Чего, честно говоря, и следовало ожидать. Виант первым побежал вперёд.

Под землёй трудно оценивать пройденное расстояние. Тем более крысиное ночное зрение не отличается мощностью. Очень скоро батарея стальных труб с пластиковыми затычками не просто осталась за спиной, а потонула в чернильном мраке. Впереди, буквально через несколько метров, плещется всё та же чернильная темнота.

Через сотню метров, или, может быть, через две и даже три сотни метров, узкий кабельный канал вывел их в другой в ещё более просторный. На этот раз не четыре толстых и пыльных электрических кабеля, а несколько десятков толстых и пыльных электрических кабелей тянутся по металлическим уголкам вдоль бетонных стен. Виант оглянулся по сторонам. Очень похоже на то, что сейчас они находятся под одной из улиц. Но тут Виант остановился.

— А ты сам-то уверен? — Инга остановилась рядом.

— А ты прислушайся, — посоветовал Виант.

Кажется, будто под землёй тишина должна быть гробовой, но это не так. Ушей мягко коснулся хорошо знакомый гул метро. На поверхности машины и поезда шумят несколько иначе. А всё из-за того, что электрический поезд похож на поршень в цилиндре. Из-за ограниченного пространства туннеля, он не просто расталкивает встречный воздух в стороны, а уплотняет его, заставляет протискиваться между вагонами и стенами туннеля, и даже толкает перед собой.

— Хорошо, убедил, — нехотя признала Инга. — И куда теперь.

— Туда, — Виант показал лапой.

— Ты уверен? — вновь начала напарница.

— Если не веришь, то разверни внутренний интерфейс игры, — предложил Виант. — Сегарский залив остался на северо-востоке, а ветка метро находится на юге, юго-западе от нас.

Виант побежал в выбранном направлении. Чёрный «туман войны» — ещё то зло, но карта разведанных территорий во внутреннем интерфейсе игры всё равно очень даже полезная штука. Даже глубоко под землёй, без всякого компаса, она помогает сориентироваться по сторонам света.

Очень быстро Виант соскучился и едва не потерял интерес к жизни. Кабельный канал всё тянется и тянется, тянется и тянется. Впереди мрак, позади мрак, на душе тоже мрак. Хотя, если прикинуть, электрических кабелей стало заметно больше. Стальные уголки вдоль стен сплошь заняты ими в четыре яруса. Свободной осталось лишь узкое пространство между ними.

— Стой, — Виант резко затормозил.

— Что случилось? — Инга едва не ткнулась в спину.

Почти незаметно стиснутое пространство резко разошлось в стороны. Они уже не в кабельном туннеле, а в бетонной камере, что-то вроде распределительного узла. В почти квадратное помещение вливается ещё четыре кабельных канала. Толстые и пыльные связки кабелей плавно изгибаются и ныряют в круглый колодец по среди камеры. И шум. Шум подземного электрического поезда будто гейзер вырывается из глубин круглого колодца. Будто и этого мало, лапы ощутили вибрацию. Кажется, будто ветка метро находится буквально под ними. Хотя, вполне возможно, что так оно и есть.

— Ещё не разучилась ползать по вертикальным поверхностям? — Виант повернулся к Инге.

— С тобой разучишься, — Инга опасливо глянула в чёрный провал круглого колодца.

— Только не забывай, что у тебя под когтями не меньше десяти киловольт, — напомнил Виант.

В распределительном узле любоваться совершенно не на что. Единственная достопримечательность — круглый люк в потолке. Может быть и редко, очень редко, но люди сюда заглядывают. Виант первым полез в колодец.

Разучиться ползать, тем более спускаться, по вертикальной поверхности решительно невозможно. Этот крысиный навык давно и глубоко осел у них в подкорке. Острые коготки легко цепляются за плотную изоляцию чёрной электрической кишки. Однако, Виант на миг остановился, всё равно страшно.

Не только лапы, но и живот ощущают, как мелко-мелко вибрирует электрический кабель. От мысли, что тебя от десяти тысяч вольт отделяет лишь тонкая на ощупь изоляция, то и дело прошибает пот. Так и хочется цепляться за пластиковую изоляцию как можно меньше, обнимать её как можно более ласково, дабы ненароком не поцарапать. Но не получается. Острые крысиные коготки то и дело срезают с кабеля тонкую чёрную стружку.

В этом мире заканчивается всё, закончился и неприятный спуск в темноту. На этот раз они оказались в полноценном кабельном туннеле. Бетонные стены, полукруглый потолок. Здесь без проблем пройдёт даже высокий человек. Но и толстые электрические кабеля густо облепили стены. Виант спрыгнул на пол. Пусть шлёпать по голому и грязному бетону ещё то удовольствие, но всё лучше, чем бежать прямо по высоковольтным кабелям.

И как, всё-таки, под землёй легко ошибиться с расстоянием. В замкнутом пространстве колодцев, туннелей и каналов шум электрических поездов разлетается на сотни и сотни метров. Вот и сейчас, Виант замер на месте, по ушам ударил уже не шум, а грохот подземной электрички. Но сколько до неё топать? А бог его знает.

И вновь неторопливый бег от чернильной темноты за спиной в чернильную темноту перед собой. Как не сложно догадаться, под Гаочаном накопали много чего. Однако очень скоро все эти туннели сначала враз опустеют, а потом начнут разрушаться. Вполне возможно, что именно этот будет залит водами Нинхаи, реки, на берегах которой расположился Гаочан.