Олег Волховский – Царь нигилистов - 5 (страница 15)

– Да, «Лоэнгрин» несколько лучше, – примирительно заметил дядя Костя.

И продолжил рассказ о Германии: Гамбург, Лейпциг и Альтенбург. Потом Веймер, Дармштадт…

И всюду по чугунке.

– То есть все немецкие города уже соединены сетью железных дорог? – спросил Саша.

– Большая часть, – кивнул Константин Николаевич.

– А у нас только Петербург с Москвой?

– Саша, Россия несколько больше, – заметил царь.

– То есть Николаевская дорога длиннее всей немецкой сети? – спросил Саша.

– Нет, – признал дядя Костя. – Но даже эту дорогу не хотели строить, пока папа́, твой дедушка, не решил, что дороге быть.

– Теперь есть Главное общество железных дорог, – сказал царь, – построим.

– А что ты думаешь о чугунке? – спросил Сашу Константин Николаевич. – Может, во сне что-то видел?

– Видел, – серьёзно проговорил Саша. – Пока нет самолётов, это лучшее, что можно придумать. Ещё века полтора будет более, чем актуально.

– Чего нет? – переспросил Александр Николаевич. – Самолётов?

– Летательных аппаратов тяжелее воздуха, – отчеканил Саша. – Помните бумажные самолётики, которые я подарил Никсе? Можно построить огромные летающие машины на том же принципе.

– Ты знаешь принцип? – спросил дядя Костя.

– Да, – кивнул Саша. – Закон Бернулли. Восемнадцатый век, по-моему. Чем больше скорость течения, тем ниже давление. Поэтому если скорость движения воздуха над крылом больше, чем под крылом, возникнет подъёмная сила, которая будет поднимать самолёт.

– Как это возможно? – спросил Константин Николаевич.

– Очень просто, – сказал Саша. – За одинаковое время воздух над крылом должен проходить большее расстояние, чем под крылом. Для этого крыло надо сделать выпуклым сверху.

– По-моему, это к Якоби, – заметил царь.

– Борис Семёнович – электротехник, – сказал Саша. – Здесь нужен специалист по аэродинамике и хороший математик, который рассчитает профиль крыла.

– Тогда к Остроградскому, – предположил папа́.

– Буду рад, если Михаил Васильевич за это возьмётся, – сказал Саша. – Я ему напишу?

– Пиши.

– Хорошо, тем более, что мне бы не хотелось загружать Бориса Семёновича ещё и этим.

– Вы ещё что-то затеяли? – спросил царь.

– Да, дело в том, что гальванические батареи дороги. Есть более дешёвый способ получения электричества: с помощью электрогенераторов. Якоби – изобретатель одного из них. Но генераторы несовершенны. Я подал Борису Семёновичу несколько идей, он обещал проверить. Если это сработает, думаю, надо строить электростанцию, которая будет снабжать электричеством телефоны и, возможно, городское освещение.

– Электрическое освещение? – переспросил царь.

– Да. Якоби мне рассказал про трубки Гейслера, которые светятся при пропускании тока. Думаю, они нуждаются в усовершенствовании, но у меня есть ещё несколько идей.

– Хорошо, работайте, – разрешил папа́.

А Саша поймал на себе взгляд девятилетнего Николы. Он смотрел на него примерно, как Женя Лейхтенбергская.

– Вернёмся к твоему путешествию, – обратился царь к Константину Николаевичу. – Продолжай!

– В Штутгарте меня встретила Олли, – продолжил дядя Костя. – Мы с ней смотрели наши детские альбомы.

– Помнишь тётю Олли? – спросил папа́.

Саша на минуту завис, но в памяти всплыла нарисованное Никсой родословное древо.

– Ольгу Николаевну? – спросил Саша. – Очень смутно.

Ольга Николаевна – дочь Николая Первого была супругой наследного принца Вюртенбергского Карла.

– Она несколько месяцев жила в России в год смерти твоего дедушки, – заметил царь. – Четыре года назад.

– Может быть, и узнаю, если увижу, – сказал Саша.

Дальнейшее путешествие дяди Кости по Европе напоминало тур по родственникам с семейными обедами и пышными приёмами царственных особ.

Родственники и домочадцы были примерно везде.

В Карлсруе тетка жены Константина Николаевича маркграфиня Елисавета. В Цюрихе старушка Вольф – бывшая гувернантка тёти Санни. В Женеве – Анна Фёдоровна – бывшая супруга дедова брата Константина Павловича, которая сбежала от него через три года брака и счастливо развелась с ним ещё в 20-м году.

Там же, в Женеве, обед с пятнадцатилетним двоюродным братом тёти Санни принцем Альбертом.

– Он учится в Лозанне, – сказал дядя Костя, – и мечтает служить у нас моряком.

Саша думал о том, что, чувствуя себя в Европе, как дома, в окружении родственников, трудно считать Россию, принадлежащей к другой культуре, например, азиатской или ордынской. Или полагать, что нам ближе всего Китай.

– В конце ноября мы отправились по чугунке в Савойю, – продолжил Константин Николаевич. – Чудные места. Маленький кусок чрез Францию. Встреча сардинцев. Чудные виды.

– Погоди! – остановил Саша. – Дядя Костя, Савойя – это разве не Франция или я что-то путаю? Почему «маленький кусок»?

– Пока Сардинское королевство, – объяснил Константин Николаевич. – Но по Пломбьерскому соглашению прошлого года, говорят, обещана Франции Сардинским министром Кавуром. В обмен на поддержку в войне с Австрией.

– Почему «говорят»? – спросил Саша.

– Соглашение было секретное, – улыбнулся дядя Костя. – Но недолго. Потом пошли слухи о том, что Кавур будет отдан под суд, как государственный изменник, продавший в Пломбьере Наполеону Третьему Савойю и Ниццу.

– Ницца – тоже не Франция? – спросил Саша.

– Пока Сардинское королевство, – сказал дядя Костя. – Я, кстати с ним встречался, с Кавуром…

Папа́ строго посмотрел на младшего брата, и дядя Костя осёкся.

– Отдадут французам, да, Саша? – спросил царь.

– Видимо, да, – кивнул Саша, – я думал, что это уже Франция.

– Австрийцы терпят поражение за поражением, – заметил Константин Николаевич.

И выразительно посмотрел на папа́.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.