Олег Волховский – Иные (страница 16)

– Спасибо…Товаби. И…как вас зовут? – он посмотрел на Сержа. – Ваби? Товаби?

– Серж. Товаби, хотя это не важно.

– Спасибо, у вас есть сердце, товаби.

– Действительно есть, но во всем подчиненное разуму, – усмехнулся Серж.

– Хоть что-то!

Костю аккуратно положили на носилки и доставили в лагерь. Несколько дней он провалялся в Томской больнице, прикованный наручниками к кровати. Тим опекал его.

– Тим, что произошло в лагере, после того, как меня ранили? – спросил Костя, когда ему стало лучше.

Тим рассказал. Костя полу-прикрыл глаза.

– А что же меня забыли, Тим? Всех же убивали. Объясни мне волю Высших, товаби. Что вы теперь со мной сделаете?

– Увезем на остров Сейби, куда ты с самого начала должен был уехать.

– А-а. Что такое остров Сейби? Скажи мне, я же теперь никуда от вас не денусь. Только не пытайся убедить меня, что это что-то обычное.

– Совершенно обычное. Это экспериментальный центр.

Костя нервно рассмеялся.

– Всего-то! А я думал преисподняя!

– Ну, не так жестоко.

– Хотя для белой мыши и лабораторный корпус – преисподняя.

Все, что происходило потом, я знаю со слов Тима и Сержа. Через пару недель Костя окончательно поправился, и его посадили на аэробус, летевший рейсом в Канаду, чтобы оттуда маленьким самолетом отправить на Сейби.

Он сидел в самолетном кресле в наручниках. Справа и слева находились Тим и Серж. Мимо проходила стюардесса, разносившая напитки.

– Мадам, вы прекрасны! – обратился к ней Костя.

Девушка оглянулась.

Костя поднял руки в наручниках и поместил их над головой, на спинке кресла. Стюардесса растерянно смотрела на него.

– Мадам, вы думаете это Иные, те, что сидят по обе стороны от меня? О, нет! Это двое Высших. Не верите? Кто я такой, что меня содержат под охраной двух Высших? Древний великий король? Мифологическое существо? Инопланетянин? Нет, и еще раз нет. Я – ценный экспериментальный материал. А везут меня на остров Сейби. Знаете, что такое остров Сейби? Это…

Вдруг Костя начал медленно падать вперед, прервав речь на полуслове. Тим удержал его и уложил на кресло.

Девушка с ужасом смотрела на Высших. Посуда дрожала у нее на подносе.

– Вы его убили… Ваби?

– Нет, что вы. Усыпили. И товаби. В этом наш подопечный был совершенно прав.

– Вам принести кофе или вина, товаби?

– Воды. Разве вы не знаете, что Высшие не оскверняют себе сознание?

Во избежание новых эксцессов Косте позволили прийти в себя уже только на Сейби. Он очнулся в маленькой комнате с белыми стенами и небьющимся стеклом в окне. Окно выходило во внутренний двор. Рядом был Тим.

– Вот значит, как содержат лабораторных крыс, – сказал Костя. – Очень на мыльницу похоже. Здесь везде пластик, да?

– Да.

Больше эксцессов не было. Костя охотно отвечал на вопросы и вообще делал все, что ему говорили. Основную работу проводили Тим и Серж, по крайней мере, на уровне психологических экспериментов. Анализами и медицинскими обследованиями занимались Иные. Низший переносил все с терпением стоика и ангельской кротостью.

– Костя, нас больше всего интересует, как ты мог сделать свой отряд невидимым, и почему мы не могли найти тебя самого? – спросил Серж.

– А нас, правда, не было видно? – весело поинтересовался Костя.

– Не было.

– Я знал, что меня можно выследить по повышенному эмоциональному фону. Иные в колледже просветили. Я ляпнул как-то, что все равно не буду им служить, убегу. А они сказали: «Не убежишь. Беглец нервничает – следовательно, светится. В два счета найдут». Значит надо быть абсолютно спокойным. Когда я собирался идти в Управление резервациями, я просто сел и попытался внушить себе, что ничего незаконного не делаю, что все нормально и что воля Высших для меня закон. Мысль о побеге была отодвинута куда-то далеко на периферию сознания. Возможно, ее бы не обнаружили даже при сканировании. Я сам об этом почти забыл.

– Как ты хотел бежать?

– Не знаю. У меня не было плана. Возможно, из аэропорта, уже в Канаде. Там ведь еще дойти надо до второго самолета.

– В Канаде? Значит ты не знал, что в карточке не был указал пункт назначения?

– Конечно, нет. Как бы я мог это прочитать?

– Так. Костя, не договариваешь, – Тим внимательно посмотрел на него.

– Я очень хотел, чтобы он не был указан. Молился про себя, еще когда отец писал разрешение: «Хоть бы он не указал Сейби!» Но не думаю, чтобы это могло реально повлиять на результат.

– Как знать! Мы еще исследуем это вопрос. А насчет отряда?

– Вы будете смеяться. Я каждый вечер проводил с ними особый обряд, похожий на языческий. Пел им под гитару, потом мы пили круговую чашу. С водой. Вина у нас не было. Потом опять песня. Мне кажется, я вводил их в состояние транса.

– А почему они не волновались? Нельзя же все время находиться в трансе.

– Я убедил их, что обладаю особой силой, и они находятся под моей защитой. И что я не совсем homo naturalis, но и не Иной. Я – нечто другое и пришел спасти их и освободить из-под власти Иных и Высших.

– А ведь ты почти угадал, спаситель! – рассмеялся Серж. – Как раз вчера мы обсуждали вопрос, не отнести ли тебя к другому виду по результатам генетических и медицинских исследований.

– Ну и как?

– Название придумали.

– И, как я теперь называюсь?

– Homo passionaris. Человек страстный. Правда, мы пока не решили вид это или подвид homo naturalis. Впереди еще серия психологических тестов.

– Значит еще не все, товаби?

– Нет, пока.

– Тогда у меня одна просьба, товаби. Я понимаю, что я не заслуживаю, но все же…

– Да? – Тим внимательно посмотрел на него.

– Можно мне дать книг для низших, а то я просто с ума схожу в этом белом ящике!

– Что бы ты хотел почитать?

– Философия. История. Что-нибудь серьезное и, желательно, изданное до начала периода Великих Изменений, еще при власти людей.

– Так! – скомандовал Тим. – Садись, будем дальше разговаривать.

– Да, товаби. Я попросил, что-нибудь запредельное?

– Не в том дело. Во-первых, почему не заслуживаешь?

– Я же бунтовщик, преступник.

– Ты с нашей точки зрения преступник. Объясни с твоей точки зрения.

– Из-за меня погибло столько людей, товаби! Что же тут непонятного?

– Совесть, значит, замучила? – усмехнулся Тим. – Так мы же людей убивали. Ты – в основном Иных.