Олег Верещагин – Завещание рыцаря (страница 42)

— Склон сполз… — сказал я. И, посмотрев на Энтони, застывшего с ложкой у рта, спросил небрежно: — Дед, а у вас в Лучках магазин хороший?…

…Вот когда оставалось пожалеть о пропавших вместе с рюкзаками альпинистских верёвках!!! Правда, в магазине нашлись шнуры из какой-то синтетики, которыми Энтони остался доволен.

— Полезу я, — безапелляционно заявил англичанин, быстро и умело обвязываясь верёвкой и закрепляя её перед грудью беседочным узлом. — Будешь травить по-немногу, скажу: «Стоп!» — прекращай, — «Пошёл!» — начинай снова, — он закрепил свободный конец верёвки за вогнанный в землю толстенный и длиннющий кол, подошёл к краю обрыва и серьёзно посмотрел на меня: — Не подведи, я тяжёлый.

— Помню, — усмехнулся я. — Нам чертовски везёт, Тошка. Не иначе, как твой предок на небесах ворожит…

— Очень может быть, — без улыбки ответил англичанин. — Пошёл!

…Держать его и в самом деле было тяжело — тем более, что Энтони постоянно мотался, я его не видел и от этого волновался больше, чем надо. Трос резал руки, хотя мы и догадались купить рабочие рукавицы. Потом — через двадцать минут! — англичанин приглушённо вскрикнул, и я едва не прыгнул к обрыву, но вовремя одумался и услышал какое-то истошное:

— Пошёл! Пошёл!

Что-то с плеском летело в воду, пушечно бухало — немаленькие куски. Верёвка уходила из моих рук так, словно Энтони шёл по ровному месту. Потом я услышал его голос — задыхающийся:

— Выбирай, Эндрю!

Я выволок его из-под обрыва с круглыми глазами, трясущегося, всего перевачканного землёй и какой-то паутиной. Англичанин сел наземь, сунул руки под мышки и, не справляясь с языком, сказал, глядя на меня почти сумасшедшим взглядом — сказал неверяще:

— Я его нашёл, Эндрю.

— Кого? — я мгновенно охрип. Энтони медленно моргнул и ответил:

— Сэра Энтони.

…Когда я сказл, что нам везёт — я даже не предполагал, что настолько. Часть коридора пещеры, прорытая в земле, орушилась вместе с оползнем — почему её не заметили раньше, не знаю, может быть, она была завалена. Но остальной коридор был прорублен в гранитной скале! И вход в него прятался… вот заведите одну вашу ладонь за другую — между ними и будет коридор. Сверху он вообще не был виден, снизу казался просто трещиной.

Повезло нам и в том, что через месяц сюда приедут альпинисты. А им обнаружить вход ничего не стоило.

Во второй раз мы спустились оба. Сначала Энтони спустил меня, а потом слез сам просто по сброшенной вниз верёвке, повис напротив входа, я протянул ему руку и втянул внутрь.

Коридор был короткий и резко расширялся в небольшую пещерку, из которой, в свою очередь, вёл коридор — с наклоном, лучи наших фонариков терялись в темноте. Туда Энтони в первый раз не заходил, да и сейчас мы не спешили. Не хотелось нам спешить.

Два скелета лежали рядом на каменном полу, сами от него почти неотличимые. Лежали около стены, рядом. То, что было металлом, превратилось давно в непонятные буро-рыжие сросшиеся комья, но и так ясно — оба они носили доспехи и шлемы, причём шлем одного украшали короткие рога, больше похожие на выступы. Металлические перчатки намертво срослись с крестовидными рукоятями длинных мечей. Лезвия давно изъела ржавчина. Щит был только у одного — того, что в рогатом шлеме.

Говорить ничего не хотелось. И радоваться не хотелось тоже. Совсем. Грустно мне было. Но при этом — не плохо. Это была какая-то странная грусть, я такой раньше никогда не испытывал…

Энтони встал на колено, осторожно провёл ладонью по миндалевидному щиту. Дублёная кожа и лиственница, из которых был сделан щит, пережили века лучше, чем сталь. Открылся необычайно яркий рисунок — на алом фоне чёрный двухглавый орёл, коронованный золотой короной… Щит был испещрён следами ударов.

— Он, — тихо сказал Энтони, вставая. И безо всякого наигрыша отдал честь — как взрослый солдат погибшему другу. — Сэр Энтони.

Наш безумный поиск увенчался успехом. Наверное, всем безумным делам это суждено — если цель, которую поставил перед собой, достаточно недостижима и высока…

— Жаль, нельзя узнать, кто был второй, — вздохнул я. Это было немного обидно — ведь второй-то был русским.

— Его друг, — ответил Энтони так, словно это всё объясняло. Мы постояли ещё какое-то время. Потом Энтони неохотно сказал:

— Пошли, посмотрим, что там дальше…

…Вторая пещерка была побольше, но не намного. И… пуста. Мы растерянно оглядывались, пока я не высветил фонариком на стене каменное колесо, очень похожее на штурвал старинного корабля.

— Смотри! — толкнул я Энтони. Англичанин без слов подошёл к колесу, оглянулся на меня и осторожно повернул его.

Послышалось что-то, похожее на металлическое журчание. Энтони ещё повернул колесо…и только тогда я допёр, что часть пола, на которой мы стоим, и часть стены с этим колесом… ОПУСКАЮТСЯ ВНИЗ!

Древний механизм работал. Энтони поспешно повернул колесо обратно — плита поднялась, что-то щёлкнуло, пол и стена вернулись на место.

— Спуск в шахту, — прошептал я. Интерес — был. Но какого-то особого трепета я не ощущал. И острого желания спуститься — не было тоже. Потому что… потому что лежащее внизу было НЕ НАШЕ. «Вдовам-сиротам… бездомным-калеченым,» — вспомнил я и сошёл с плиты.

— А где же золотая лихорадка? — грустно спросил Энтони, шагая за мной. — Где непреодолимое желание перерезать тебе глотку ради обладания сокровищами? — он пожале плечами и добавил: — После ТОЙ пещеры… — не договорил и решительно заключил: — Но Святой Грааль поискать надо!

— Надо, — согласился я.

— Надо, — сказал…

…сказал Сергеич.

ГЛАВА 30

Он стоял у входа в лучах наших фонариков, глумливо усмехался — и в одной руке у него тоже был фонарик, а в другой — ТТ.

— Надо. И не только его, — повторил бандит. Фонарик и ТТ смотрели на нас. — Значит, нет клада, щенки? — он усмехался. А глаза были злыми…

— Дурак ты, — сказал я. Странно, но испуга не было. Я не боялся.

— Дурак, — неожиданно согласился Сергеич. — Недооценил вас. Вы ведь, считай, обрубили хвосты… Думаю — дай в Погорелое смотаемся, просто так, на всякий случай! А перпеправляться решили через Цну здесь, около Лучков… Тут один дед про вас и рассказал… — Энтони не то хрюкнул, не то фыркнул, и Сергеич обернулся к нему: — А ты живучий, англичанин… Пистолет достань. И кидай сюда. Только осторожно доставай, за рукоятку двумя пальцами, а то ведь пристрелю ненароком…

— Потерял я пистолет, — безразлично ответил Энтони.

— Врёшь. Вон он у тебя — под курткой… Не шути, мальчик! — голос Сергеича сделался злобным. Энтони скривился и неспеша полез под куртку, а я тут же задал вопрос, надеясь, что Сергеич отвлечётся:

— А Витька куда ж дели? Уже на дне Цны раков кормит?

Бандит не отреагировал — он не спускал глаз с Энтони, пока тот не достал пистолет и не бросил его к ногам Сергеича, не выдержав:

— Подавись, скот.

— Витёк наверху, — только теперь ответил Сергеич на мой вопрос, — ждёт. Ну что, ребятки? Начнём работать? Ставлю задачу: вы спускаетесь под землю и грузите всё, что там есть, на подъёмник. Потом — сюда с грузом, наверх. Передаёте его на верёвке Витьку. Ну а потом прыгаете в реку. Плавать-то оба умеете?

— А если б не умели — это вас что, остановило бы? — спросил я, прикидывая высоту — скорее всего, выплыву… да дело и не в этом — просто гадко было подчиняться этому бандюге. И стыдно — перед мёртвыми воинами. Они спасли клад от монголов, а мы…

— Да нет, не остановило бы, — легко согласился Сергеич. — Просто зачем мне лишние хлопоты? Пока вы на берег выбираться будете — нас и след простынет… Да, отказываться не советую. Я ведь и сам могу сокровища поднять, просто одному труднее и дольше. А вас я в этом случае немного подстрелю, а потом — сброшу в шахту. И все дела. Выбирайте. Только недолго.

— Я уже выбрал, — вдруг зло сказал Энтони и скрестил руки на груди. — Можешь стрелять, но сначала — посмотри, что у тебя за спиной.

Сергеич молча покачал головой. Он не поверил! А зря, потому что за его спиной в коридоре, куда падал свет моего фонарика, явно что-то двигалось! Я глазам своим не поверил — и, очевидно, глаза эти самые меня и выдали, так как бандит вдруг забеспокоился и повернулся со словами:

— Я же сказал тебе, чтобы ты…

Человек прыгнул из коридора так быстро, что Сергеич не успел даже ахнуть. ТТ улетел куда-то в угол, а бандит, получив страшный удар основанием раскрытой ладони в подбородок, молча рухнул под стену на плиту лифта. Наш неожиданный спаситель быстро нагнулся и, подобрав «вальтер» Энтони, повернулся к нам.

Раньше я никогда не видел этого человека — среднего роста крепкого мужчину лет сорока, с абсолютно обычной, даже скучноватой, внешностью. Но Энтони вдруг ахнул — и в его выдохе было невероятное, безграничное изумление:

— Сажнт Уилбо?![33]

— Ай-ай, маста Тони,[34] — с улыбкой кивнул человек.

— Вотс ю дуинг, сажнт?! — Энтони шагнул вперёд. — Вотс мэтта? Хау а ю…[35]

— Стоп ит, маста Тони, — продолжая улыбаться, сказал Уилбоу. — Вэлл, ю донт дуллоли тэп — стоп ит, ор ай шут.[36]

Энтони остановился. Прищурился. Процедил:

— Ее-э… Со риэлли… Блади трэйтор! Ю донт э солджер, ю онли блади трэйтор!!![37] — и англичанин ожесточённо сплюнул.

Сержант Уилбоу весело рассмеялся. У него был приятный смех… Не опуская пистолета, он повернулся ко мне и спросил:

— Ну, ты, я вижу, мой подарок потерял… Хорошие хоть ножи?