Олег Велесов – Форт-Хоэн (страница 41)
На помост поднялся Дрис с деревянным колом на плече. Он встал рядом со мной и кивнул: готово. Я поднял руку.
— Подёнщики! — можно было включить «Коварство» для пущей убедительности, дабы речь моя дошла до самой дальней клеточки мозга каждого, кто сейчас меня слушал, но площадь и без того ответила мне приветственным воплем. — Отныне беспределу — ша! Баста! Больше никто не будет грабить нас, никто не посмеет требовать свою долю от нашего лута, и девок тоже никто не будет обижать. Будем играть по правде. Только так! А если кого обидят, так обидчика на суд, — я указал пальцем в сторону ратуши. — Но не прощелыги-мэра, который подписывается подо всем, что скажут клановые, а на свой собственный суд. На суд подёнщиков! Так?
Ни Барину, ни мэру мои слова не понравились, зато здания вокруг площади вздрогнули от продолжительного воя. К небу взметнулись руки, а само небо ответило вороньим карканьем.
— Так!
— А вот и первый подсудимый, — указал я на Кота. — Все вы знаете, кто он такой и чем прославился, так пусть испытает на себе то же, что щедро раздавал другим.
Кота развернули задом к публике, и Дизель ножом разрезал ему штаны, оголяя седалище. Палач завертелся, Курт надавил ему на шею коленом, вжимая в доски помоста. Дрис приставил к выхлопному отверстию острый конец кола и надавил. Кот взвыл. Если до этого он ещё надеялся, что всё обойдётся, в крайнем случае, отрубят голову, то почувствовав дерево в заднем проходе, начал скулить. Дрис надавил сильнее.
— Не спеши, — посоветовали из толпы. — Иначе откинется прежде времени. Никакого удовольствия не получит.
Дрис взял топор у Дизеля и обухом стал тихонько подколачивать кол, чтоб не разорвать ненароком внутренности приговорённого. Я присел на колено и прошептал Коту в ухо:
— Ну что, сука, каково это — кол в жопе?
Кот меня не слышал. Все его ощущения сосредоточились в одном узком отверстии и на предмете, который его заполнял. Дрис продолжал подстукивать обухом, легко и точно направляя кол, как будто всю жизнь только этим и занимался.
В толпе я увидел Эльзу. Не думаю, что она переживала за своего подельника, глаза её, скорее, горели интересом, чем тревогой или страхом. Неподалёку стоял Старый Рыночник и неодобрительно качал головой. Не все были согласны с моими решениями, ну да на каждого не угодишь. Возле ратуши сидел на корточках Шурка и зажимал уши руками, чтобы не слышать воплей Кота. Уголёк гладила его по голове и вздыхала.
Вы получили дополнительное умение «Инквизитор». Доступен уровень 1 из 15
Вы получили новый стат
Дух: 10 (повышенный для палача)
Что он значит? Что он даёт? Впрочем, разберусь потом.
Дрис и Дизель установили кол с трепыхающимся телом вертикально, позволив Коту под собственной тяжестью опускаться вниз. Он оказался не таким уж и крепким, как могло показаться кому-то, и к вечеру сдох.
А утром пошёл дождь.
Острые струи упали на крыши домов, на мостовые, на выбеленные доски ристалища, смывая на землю остатки вчерашнего дня. Пелена облаков текла над городом быстро, словно спешила куда-то. Ветер гремел ставнями, играл флюгерами на крышах, а я сидел в кресле в главном зале перед камином и смотрел на огонь. Языки плясали, поленья потрескивали, волны тепла накрывали тело с головой. Глосс подал мне глиняную кружку с горячим глинтвейном и укутал ноги шерстяным пледом.
Благодать.
За спиной галдели рекруты. Большинство были маломерки, третий-четвёртый уровень. Как с ними в бой? Мало того, что у них навыки не прокачены, они не каждый раз за меч с правильной стороны берутся. Дрис выдал им тегиляи[17], вооружил палками и заставил дубасить друг друга. Опыта это не приносило, но давало хоть какое-то понятие о том, что делать с мечом.
На галёрке тренировались стрелки. Уголёк подобрала команду из шести отвязных девчонок, и теперь они расстреливали столбы и стены кланхолла, похваляясь в меткости. Глосс смотрел на них, качал головой неодобрительно, но возражать не смел.
Здесь же в зале на общих правах тренировались фрамы[18]. Так Дизель прозвал тех, кто хотел вступить в клан, но кому места не хватило. Где Дизель нашёл это слово — оставалось только догадываться, видимо, выкопал из уголков памяти, но оно прижилось. Фрамы учились по общей программе под приглядом Дриса, получали от клана сбрую и питание, но не имели доступа к клановым бонусам и жили в бараках.
Народ в клан валил недуром. Над входом Дизель повесил вывеску с названием: «Подёнщики» — и она служила маяком для всех желающим присоединиться к нам. Моя идея о создании собственной армии понемногу претворялась в жизнь.
В-общем, все были довольны, кроме Глосса. Клирик с раннего утра бродил по залам и бурчал:
— Развели демократию. Этого не тронь, того не тронь. Как казну пополнять будем?
— Чем ты всё недоволен, старый? — вздохнул я.
Он словно ждал моего вопроса. Придвинулся ко мне ближе и, попеременно поглядывая на Уголёчкиных стрелок и на маломерок с палками, сказал:
— Вы как хотите, господин Соло, а еды на два дня осталось. Нагнали нахлебников! Все запасы опустошили.
Да, это была проблема. Теперь я понимал, почему клановые регулярно нападали на самосадов и почему обирали подёнщиков. По-иному просто невозможно было обеспечить своих бойцов необходимым довольствием. Но идти в рейд на моих друзей-коротышей я не собирался. Я обещал им защиту… Впрочем, кто сказал, что за защиту не нужно платить?
— Курт! — окликнул я заику.
Тот корпел над шахматной доской и не услышал меня. Пришлось повторить.
— Курт, твою немецкую матерь! Хенде хох! Топай ко мне.
Услышал.
— Дорогу к самосадам помнишь?
— П-помню.
— Возьми пару бойцов и шуруй. Передай привет старейшине Илу и поговори о поставках продовольствия. Скажи, взяли мы власть в городе, и ни одна собака отныне не будет нападать на них. Но нам нужна поддержка в виде мяса и картофеля. И зелени попроси, я видел у них грядки.
— А-а-а-а…
— А если откажут, скажи, что на голодный желудок мы долго удерживать прочие кланы от нападений не сможем.
— Д-дождь…
— Не размокнешь.
Вы получили дополнительное умение «Капитан ландскнехтов». Доступен уровень 1 из 15
Ругаясь под нос, Курт пошёл искать, чем бы укрыться от непогоды, а я глянул на клирика.
— Доволен?
— Чтоб самосады добровольно еду отдали? — покачал головой Глосс. — Небывало такого.
— Ну, знаешь, в этой игре всегда что-то происходит впервые. Дождь, например.
— Это другое.
— Что «другое»?
— Дождь. — Глосс поёжился, обхватив плечи руками. — Дождь — это баг. Ошибка исходного кода. На локации Форт-Хоэн природные катаклизмы не предусмотрены. Здесь нет облаков, нет звёзд. Здесь каждый день одна и та же погода, в одну и ту же сторону дует ветер. Если что-то меняется, значит, что-то сломалось.
— Ты о чём?
— Что-то происходит. Я не знаю что. Но я боюсь этого.
Я хлебнул глинтвейну. Напиток уже остывал и на вкус становился приторным. Как и слова Глосса. Что значит «сломалось»? Как вообще игра может сломаться? Это же не стол и не черенок от лопаты. О чём он говорит? Ерунда…
Сегодня мне совсем не хотелось забивать голову причинно-следственными связями и выяснять, что случилось с миром, почему это произошло и как оно отразится на мне. Камин, глинтвейн, собственный клан — вот она мечта любого подёнщика. А дождь… Что дождь? Дождь мне нравится. Почаще бы он лил.
Однако насладиться всеми прелестями клановой жизни мне не удалось. Едва отошёл Глосс, как подбежал рекрут.
— Капитан, у входа нуб тебя спрашивает.
Вот она тяжёлая доля лидера: каждому ты нужен, ничто без тебя не решается.
— Зови, — позволил я.
Нубом оказался Бледный. Он подошёл ко мне, стряхнул воду с брезентовой накидки, несколько капель попали мне на сапоги.
— Нравятся? — кивнул он на мою обувку.
— Не жалуюсь, — ответил я. — Спасибо за подгон.
Бледный задышал носом, но тему развивать не стал.
— Барин встретиться хочет. Сегодня вечером в «Красном драконе».