Олег Велесов – Форт-Хоэн (страница 18)
— Слишком просто, — покачал я головой. — Я ещё не слышал, чтобы персонаж и игрок объединялись для совместных действий. Здесь ещё кто-то есть. Кто-то поважнее.
— Барон? — выговорил Курт.
— Ему это зачем? Из-за серого лута он точно связываться не станет. Кроме того, мало найти, надо покарать. Кота мы, допустим, покараем. А Эльзу?
Задание из разряда невыполнимых, лучше забыть о нём.
Мужчину мы оставили там, где застигла его смерть. Через несколько часов, если его не найдут погремушники, тело начнёт распадаться и таять. Неприятное зрелище. Мне довелось наблюдать такое однажды. Сначала отпадают мелкие части: пальцы, нос, уши. Обнажаются омертвевшие ткани, кости, выделяется чёрная слизь, вытекают глаза. Появляется запах, живот вспучивается от газов. Потом проваливается грудная клетка, расползаются кишки, запах становится невыносимым…
Под сводами пещеры разлетелась знакомая барабанная дробь, и в темноте замелькали синие искорки глаз. Дизель принял стойку гончей, почуявшей добычу. Я выхватил у Курта факел и вставил в расщелину в стене. Потом достал один факел погибшего, зажёг его и закрепил в каменной россыпи на полу. Курт встал рядом с Дизелем, выстроив линию защиты, и я быстро отступил за неё. Оглянулся. Позади было спокойно, не искр, не дроби.
— Соло, — окликнул меня Дизель, — куда бить этих пещерников?
Я задумался на мгновенье, и ответил твёрдо:
— Бейте в горло, там кожа тоньше. Или в ноги, чтобы лишить подвижности.
Не знаю, откуда пришли ко мне эти знания. Я видел пещерника лишь однажды, но в словах своих не сомневался. Значит, в горло. Впрочем, можно и по голове.
— Очень прыгучие твари, — добавил я. — Перед прыжком пригибаются и подаются назад. Опираются на хвост. Но это мелкие, с крупными я не сталкивался.
Мельтешение искр стало чаще, дробь била не умолкая. При таком резонансе скоро здесь соберутся все обитатели подземелий. Справимся ли? Я вынул кинжал, перехватил его лезвием вниз. Оружие в руке придало уверенности. Я посмотрел на Курта. Он потел. Крупная капля скатилась по виску на подбородок и потом на грудь. Кончик копья подрагивал. В стойкости Дизеля я был уверен, но Курта в бою ещё не видел. Как он себя поведёт?
Из темноты выскочил мелкий погремушник, присел, застучал хвостом, и резко прыгнул. Курт принял прыжок на щит, отбросил зверёныша к стене и ударил копьём. Тот извернулся, отскочил к линии света и нервно закрутился. На Дизеля выпрыгнули сразу двое. Одного громила пинком отправил обратно во мрак, второго успел перехватить обухом топора, и интерфейс отозвался сообщением:
Вы убили Пещерного погремушника
— Есть! — выкрикнул Дизель, вскидывая руку с топором в победном жесте.
Я бы на его месте не торопился праздновать победу. На свет одновременно вышли семь монстров, и каждый величиной с откормленного борова. С такими мне сталкиваться не доводилось. Не их ли имел ввиду Старый Рыночник, говоря о взрослых особях? Эти не стали метаться и злобно рычать, наоборот, растянулись по периметру и двинулись вперёд короткими наскоками. Следом за ними выскочили щенки и кинулись нам под ноги. Возникла сутолока. Дизель с рёвом пошёл в атаку, взмахнул топором. Первый же удар пришёлся на голову крупной твари. Череп выдержал, но зверь присел, оглушённый. Я воспользовался моментом, подскочил к нему и вонзил кинжал в шею. Мелкий зверёныш тут же попыталась вцепиться мне в лицо, я успел подставить руку, и почувствовал, как локоть обожгло болью. Мразь! Другой ухватил обшлаг куртки и повис на нём как игрушка на ёлке. Пришлось воспользоваться уже известным приёмом и поочерёдно приложить обоих о стену.
Дизель снова опустил топор, и в лицо мне брызнула кровь. Я перекатился через плечо назад и быстро поднялся. Громила ревел медведем и упивался схваткой. На него одновременно насели четыре борова; одного он ловко рубанул промеж лопаток и тот распластался по полу, обливаясь кровью, остальные попытались задавить Дизеля массой. Мелкие по-прежнему лезли под ноги, и Диз без церемоний топтал их.
Системные сообщения посыпались одно за другим:
Вы убили Пещерного погремушника
Вы убили Пещерного погремушника
Вы убили Пещерного погремушника
Курт не отставал. Он присел на одно колено, прикрылся сверху щитом и бил из-под него копьём каждую тварь, пытающуюся приблизиться.
Бой мы выигрывали. В общем-то, я с самого начала не сомневался в этом, группа у меня подобралась что надо, да и погремушники на поверку оказались не такими уж опасными противниками, давили числом, а не умением. Если и дальше так пойдёт, то как бы не пришлось вносить эту подземную живность в Красную книгу.
Через несколько минут погремушники, как будто повинуясь чьему-то неведомому повелению, отступили. Погасли глаза в темноте, затихла барабанная дробь. Я взял факел, прошёл вперёд, проверяя, действительно ли они ушли, или просто притаились, ожидая новой возможности напасть. Пусто. Ни одной твари. Исчезли так же внезапно, как и возникли. Я постоял, прислушиваясь к звукам, и вернулся на место боя. Курт сидел возле россыпи камней, осматривал щит. Досталось ему порядком. Кожа в некоторых местах была разодрана когтями, и сквозь прорехи выглядывали ивовые прутья. Недолговечным оказался щит, надо будет предъявить лавочнику за него.
Дизель стоял посреди поверженных погремушников и водил руками вокруг себя.
— Ты видишь сколько? Видишь?
Не так уж и много на мой взгляд: три взрослых особи и десяток щенков. С щенков брать нечего, а вот боровов я осмотрел внимательно. С каждого выпало по семьдесят опыта — я даже почувствовал, как он вливается в меня и как где-то на грани самосознания завис новый уровень. Что-то он мне принесёт, ну а пока мы получили пару крепких кожаных штанов, топор дровосека и огниво.
Из последнего я достал нож. Сантиметров пятнадцать в длину, без гарды, лезвие шириной в три пальца с загибающимся концом. Таким одинаково можно рубить плоть и отбивать удары. Я положил его в слот для левой руки, и на поясе под пряжкой появились ножны из толстой чернёной кожи.
Вы получили «Зуб Пещерного погремушника»
Я взял нож за рукоять, и перед глазами поплыла бегущая строка: ловкость +3, сила +1, выносливость +3, урон 10–12, дополнительный урон от яда +2. И только сейчас вспомнил, что одна мелкая тварь успела тяпнуть меня за локоть. Я быстро закатал рукав, осмотрел рану. Синяк.
— Осмотрите себя, — велел я танкам.
— З-зачем? — не сразу сообразил Курт.
— На случай не замеченных укусов.
— Я н-нормально.
Дизель отмахнулся.
— Лучше скажи, что нам досталось.
Я пересказал.
— Нож покажи.
Я вынул Зуб и протянул ему.
— Хороший так-то, — оценил Дизель, подкидывая его на ладони. — Жаль, мне не подходит. А бубен?
А вот про бубен я забыл. Вылетел из головы. Задание от Старого Рыночника занимало меня больше.
— Бубна пока нет, — поспешно сказал я. — Не надейся, что он выпадет так скоро.
— Я и не надеялся, — пожал плечами Дизель. — На что там надеяться, мы ещё и двадцатку не набили. Мне вообще здесь нравится. Я не устал.
А вот Курт устал. Он поднялся с камней, опираясь на копьё, и хоть дышал не тяжело, но готовность идти дальше в его позе отсутствовала. Я перевёл обоим полученные с боровов штаны. По цвету и крою они вполне подходили к жабьим курткам. Дизель крякнул от удовольствия: сет. Но даже для малого сета нужны были дополнительно рукавицы, сапоги и шлем, так что с выводом он поспешил.
Мы двинулись дальше. Впереди снова шёл Курт, за ним я и замыкающим Дизель. Пещера петляла. Всё чаще появлялись сталагмиты, по стенам, там, где было особенно влажно, расползался густой паутиной сизый мягкий мох, а где-то под сводом моргали голубым свечением крапинки горного хрусталя и, возможно, золота. Курт поначалу принял их за глаза погремушников. Я объяснил ему, что это есть на самом деле. Дизель засмеялся, и его смех разлетелся по переходам пещеры гулким эхом.
Пещера продолжала петлять. Мы переходили из одной подземной залы в другую, и я уже потерял им счёт. Погремушников не было. По моим предположениям, мы давно обогнули город и теперь делали зигзаги под болотами. Устали все. Усталость выпирала из нас столь явно, что даже не хотелось разговаривать. Курт споткнулся, замедлил шаг. Я не стал его поторапливать. Давно уже следовало объявить привал и отдохнуть, может быть, поспать немного. А ещё я бы поел. Краснота перед глазами пока не мельтешила, но урчание в животе напоминало, что ждать не долго.
— Соло, давай передохнём малость?
Первым, как ни странно, об отдыхе заговорил Дизель. Мне кажется, причиной тому послужила не усталость, ему просто надоело ходить — камни под ногами, бесконечные повороты — лицо громилы выражало скуку.
— Давай передохнём, — поддержал я его предложение. Мне хотелось добавить: «Если ты устал…». Но я побоялся. Побоялся, что Дизель полезет в бутылку, начнёт утверждать, что на самом деле он ничуточки не устал, а сказал это просто так, и нам придётся идти дальше.
— С-столько п-прошли, — выдохнул Курт, усаживаясь прямо на пол. Он прислонился спиной к стене и с громким протяжным выдохом вытянул ноги.