Олег Велесов – Форт-Хоэн (страница 17)
— Маломерка? Этот маломерка… Не ссы, дружку его кол в жопу загнал и этому загоню. Или нубы загонят, у них к нему свой разговор.
— Надо так загнать, чтобы он не вынул.
Голоса начали отдаляться. Эльза снова заговорила о крестовых, о том, что они сделают с любым игроком, осмелившемся тронуть персонажа, но расстояние постепенно скрадывало звуки, и разбирать слова становилось труднее. Я выглянул из прохода — улица была чистая, только на потолке ещё отражались огни, более похожие на рдение затухающих углей.
Глава 7
— Ну, и что это было? — ухмыляясь, спросил Дизель.
— Ты о чём? — изобразил я непонимание.
— Да л-л-л-л…
— Ничего не ладно! Случайно получилось. Я не хотел…
— Ага!
Курт с Дизелем засмеялись в голос, и я поспешно приложил палец к губам: тихо! Мы замерли, и стояли несколько минут, вслушиваясь в молчание катакомб.
— Случайно только кошки родятся, — зашептал Дизель, не унимаясь, — всё остальное от застоя мозгов, — и хлопнул меня по плечу. — Да не злись ты, Соло. Нормальный мужик должен реагировать на всё, что шевелится.
Они снова засмеялись.
— Идиоты, — огрызнулся я, — лучше бы подумали, кого они искали.
— А чё думать? Какой-нибудь подёнщик, вроде нас. Деваха запускает братву в катакомбы, погремушники их дерут, а червивые шмот собирают. Схема плёвая.
Схема так себе, согласен, просчитывается на раз. Непонятно другое.
— Почему до сих пор никто из подёнщиков эту схему не раскрыл? Давно должны были слухи пойти, что одна персонажка заманивает в катакомбы подёнщиков. Но ведь тишина. Ни слухов, ни сплетен. Даже не все про катакомбы знают, я впервые про них от неё услышал. Понимаешь, из-за чего это?
— А как девку зовут?
— Эльза.
— Сука она — Эльза твоя.
— Почему вдруг моя?
— Так ты её шпилил.
— Ты опять не о том, Диз.
— Да понял я. Чуваки, которые в катакомбах гибнут… — он замер на мгновенье. — Они чё, не возвращаются?
Дошло, наконец! Курт давно силился объяснить ему это, но чем больше заика нервничал, тем не членораздельнее становилась его речь. Я сдерживал его пыхтение жестами.
— Это что выходит? — продолжал размышлять Дизель. — Мы… Если кто-то погибнет, он на перезагрузку не пойдёт? Нам умирать нельзя?
— Сектор «приз»! — без единого задёва выдал Курт, и взмахнул факелом в знак приветствия.
— Если обоссался… — начал я.
— Да не пойду я обратно, — скривился Дизель. — Ты меня совсем за кого держишь? Сдохну, так сдохну.
— Курт, а ты? Вернёшься, никто тебя винить не станет.
— Я с-с-с-с…
— Ссышь или с нами?
— С-с-с нами!
Я кивнул: настоящие друзья.
— Тогда поступаем так. К площади идти нельзя, там эти. Поворачиваем обратно. Попробуем в обход.
Собственно, в какую сторону идти, с самого начала было без разницы, не понимаю, чего мы зациклились на этой площади. Наша задача завалить два десятка погремушников, добыть бубен и вернуться. И выжить, разумеется. Отныне в катакомбах это становилось актуально.
Мы прошли мимо поворота к дому Старого Рыночника. На какой-то миг мне показалось, что я услышал звук удаляющихся шагов и скрип ступеней, ведущих к западне. Герр Рыночник подсматривал за нами? Вряд ли. Не с его данными бегать по подземельям в кромешной темноте. Скорее всего, это подвальный ветер явил мне слуховую галлюцинацию.
Через несколько метров улица сделала крутой поворот и пошла вдоль границы города в направлении к болотам. Стало прохладней. На стенах заблестели, вбирая в себя огонь, капельки воды. Влага сочилась с потолка, и крупные капли бились, падая, об пол. В некоторых местах поднимались сталагмиты, пока ещё невысокие и похожие на старинные каменные чаши из малахитовых сказок Бажова, но уже достаточно заметные, чтобы придать улице вид природной пещеры.
Курт вдруг остановился и присел на корточки.
— С-смотрите, — указал он на стену.
На уровне колена отпечатался кровавый контур человеческой ладони, как будто кто-то пытался подняться, и хватался за всё, до чего мог дотянуться. Чуть дальше такой же контур, только немного смазанный, виднелся на полу. Кровь ещё не успела засохнуть. Я провёл по отпечатку пальцем, на подушечке остался красный след.
— Это не тот, кого искала твоя Эльза? — предположил Дизель.
Вполне вероятно, и узнать это не сложно, надо просто идти дальше. Парень ещё жив, хотя его наверняка порвали погремушники. Напали как тогда на меня, только мне повезло сойтись с тварью один на один, а тут однозначно стая навалилась. А не добили, потому что спугнул кто-то, возможно, Кот с Эльзой.
Мы изменили тактику. Первым теперь шёл Дизель. Он прикрывался щитом от подбородка до паха и держал наготове топор. Если кто-то появится из темноты, ему в первую очередь придётся встретиться со сталью. Я двигался вдоль стены, присматриваясь к каждому новому пятну. Курт с факелом следовал позади меня.
Улица сузилась. Она перестала походить на нечто рукотворное, теперь это была настоящая пещера с аркадными потолками, бугристыми стенами, огромными валунами посреди прохода. Возле очередного такого валуна факел осветил тело мужчины. Он сидел, прислонившись спиной к камню, голова безвольно спадала на плечо, руки вытянулись вдоль тела плетьми. Рядом валялся потухший факел, джутовая основа ещё дымилась и источала запах горелого фитиля. Тут же лежала скомканная и измазанная кровью пачка с таблетками.
Мы подошли вплотную. Я опустился на колено, взял мужчину за запястье. Пульса не было. На ладони лежала одна таблетка. Видимо, он пытался проглотить её, но уже не хватило сил. Куртка в нескольких местах была вспорота и пропитана кровью, на плечах и бёдрах виднелись глубокие порезы. Однако смерть наступила не из-за этого.
— В-вот, — Курт ткнул пальцем.
Шея с левой стороны была надкушена, кожа вокруг раны почернела, вспучилась и разошлась вдоль вен тёмно-синими лучами. Яд. Погремушники не просто монстры — они ядовитые монстры. Мужчина умер не от ран, не от кровопотери, он умер от яда.
Я открыл инвентарь, взял один шприц. На упаковке было написано: «Восстанавливает пятьдесят единиц здоровья, блокирует вредные воздействия различных ядов». Герр Рыночник был прекрасно осведомлён об особенностях укусов погремушников, но предупредить нас об этом почему-то не удосужился.
Дизель переложил топор в левую руку, склонился над телом умершего и совместил интерфейсы.
— Чё смотрите? — покосился он на нас. — Ему уже всё равно, а нам пригодится. Чувак нормально затарился.
Дизель начал освобождать мешок. Немного меди, буханка хлеба, пачка таблеток, два факела, четыре погашенных билета для ставок в тотализатор, ржавый нож, перчатки вора, сапоги рыбака. Мужик, похоже, двигался моим путём, и теперь искал дом Старого Рыночника. Только если меня в катакомбы загнали нубы, то он какого хрена сюда полез?
— Чё ему тут понадобилось? — озвучил мой вопрос Дизель, закончив разгружать мешок. — Ему погремушники точно не по теме. В одиночку на них только дурак полезет, — он скосился на меня. — Или по незнанию.
— С-с-сливают, — выдавил Курт.
— Хочешь сказать, — ухватился я за его мысль, — кто-то в «Рыжей Мадам» сливает Эльзе подёнщиков, получивших задание?
— И кто бы это мог быть? — недвусмысленно проговорил Дизель.
Ответ напрашивался сам собой.
— Тот, кто может видеть, кто заходит к Рыжей Мадам в комнату.
— Б-бармен.
Логично. Хотя, конечно, вот так с бухты-барахты, без доказательств валить всё на бородатого толстяка за стойкой несерьёзно. К примеру, девочки из борделя тоже могут видеть посетителей Мадам, и разносчицы, и кухонные работники. Это не обязательно может быть один человек, да и обычных посетителей исключать нельзя. Да и вообще, не факт, что наводчик из «Рыжей Мадам», способов добычи информации сотни.
Однако Курт с Дизелем ухватились за бармена — самый простой вариант. Я не стал их разубеждать, но решил присмотреться и к самой Мадам тоже. Кто его знает: Эльза — персонаж, Мадам — персонаж. Сговорились. Непонятно только на кой им это нужно? Прибыток с подёнщиков хреновый, а шанс, что раскроют, высокий. Интересно, крестовые только за персонажей вписываются, или за подёнщиков тоже?
Вы получили внесюжетное задание «Раскрыть убийство подёнщика»
Судя по лицам танков, информация прилетела не только мне. Отклонить задание не получалось, функция отказа отсутствовала, но это значит, что и к выполнению оно не обязательно. Сможем раскрыть — раскроем, не сможем — никто за это предъявлять не станет. Да и задание, в общем-то, плёвое. Нечистоплотные руки принадлежат червивым и Эльзе. Чего их искать?
— Эльза виновата, — без раздумий выдал Дизель. — И Кот.
Курт с ним согласился.