Олег Урюпин – Раскрытие тайн «Апокалипсиса» (страница 13)

Именно против этого упадка и оставления великого делания Иисусовой молитвы и идёт укорение (то есть порицание, выговор) церковным людям от Господа в следующем 4-м стихе.

Бриллиант: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, благость наша, обрадуй нас».

Бриллиант: «Душе Святый, Эммануиле, благость наша, обрадуй нас».

Песня первой любви (стих 4)

Откровение 2: 4: «Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою».

Матфея 22: 37–39: «Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим: (Второзак. 6: 5) сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя; (Левит 19:18)».

Марка 12: 29–31: «Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею, – вот первая заповедь! Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя…».

Луки 10: 27–28: «Он сказал в ответ: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя (Левит 19: 18. Второзак. 6: 5). Иисус сказал ему: правильно ты отвечал; так поступай, и будешь жить».

Римлянам 8: 35–39: «Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? как написано: за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обреченных на заклание. Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас. Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем».

Достаточно внимательно и вдумчиво прочесть приведенные выдержки из Священного Писания, чтобы уразуметь то, что же такое есть первая любовь, о которой идет речь в «Откровении». Как же на деле осуществляется эта любовь? Святые отцы Церкви поясняют, что достижение этой высшей и первой любви происходит посредством внутреннего, непрестанного, внимательного и сосредоточенного призывания имени Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, то есть Иисусовою молитвою. Когда эта великая молитва (святые отцы только её и называют молитвой, а всё прочее – псалмопением или молитвословием) достигает уровня, на котором Дух Святой явно и зримо (осязательно) входит в душу и сердце человека и вследствие этого соединяет уже несколько очищенный ум с уже несколько очищенным сердцем, то в сердце человека изливается неизреченная любовь Божия, которая делает его (сердце человека) храмом Божьим и храмом Любви. Это умно-сердечное благодатное действие, или пробуждение духовной жизни внутри человека, или воскресение первое, святой Апостол Павел называет путем превосходнейшим (1 Коринфянам 12: 31): «Ревнуйте о дарах больших, и я покажу вам путь еще превосходнейший».

Этому блаженному и благодатному состоянию человека сопутствует множество духовных даров, добродетелей и качеств, одно из которых – неотпадаемость от Бога. Это очень важно, так как другие благодатные состояния и дары Божьи не гарантируют стояние в истине и благодати и могут быть отняты, что мы наблюдаем в историях и жизнеописаниях святых Божьих людей.

Слово «первая» можно понимать не только в смысле порядка (1, 2, 3… и так далее), но и в смысле важности или высоты. В этом смысле «первая любовь» означает «высшая и самая главная любовь». А это никак не может быть по отношению к пище, питию или одежде, ибо, по слову Апостола, Царство Божие не есть пища и питие, а радость о Духе Святом.

Как раз наоборот, забота о столах может быть препятствием к высшей любви. Вспомним и слова Господа в адрес Иуды Искариотского, когда тот укорил женщину, помазавшую драгоценным миром голову и ноги Спасителя, что, мол, лучше продать миро и деньги раздать нищим (Иоанна 12: 8): «Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда».

И действительно, церкви всегда благотворили нуждающимся, а вот Господа и благодать Духа Святого имели и имеют не всегда.

Обратимся к 4-й главе Деяний Апостолов, где описано дивное воодушевление среди христиан того времени, и выясним, что же было причиной этого состояния, а что следствием?

Деяний 4: 32: «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа;».

Что же это была за такая великая благодать, что у множества людей было одно сердце и одна душа? Это была та благодать, которая проявится на Церкви в Царствии Божьем Небесном. Пока же она была дана как образец и стимул, а для нас, охладевших потомков, это еще и обличение в греховности и несовершенстве. Это была благодать дивного единодушия и единения с Духом Святым всех верных, как подобие Божьего единства в Пресвятой Троице и единства нераздельного и не слитного во Христе Божества и человечества. Это было также подобием проявления множества и многообразия во едином Христе. Это было также союзом совершенства, то есть любовью, что наглядно свидетельствовало о том, что все люди могут быть истинно соединены в одно человечество только во Христе и в Церкви Его! О, как хотел Господь Бог, чтобы это блаженное состояние удержалось в людях! Ведь оно соответствует Божьему промыслу о людях, что человечество (или «человек») есть одно, но во множестве лиц. Но, увы, это в реальности оказалось невозможным, и именно со стороны людей. Невозможным именно для множества людей. К тому же и «плевелы», посаженные сатаной, давали о себе знать. Для единиц же, произволяющих (то есть искренне желающих) спастись, возможность создать союз совершенства всегда была доступной. Однако, чтобы сохранить такую великую благодать, облагодетельствованным людям надо было дать Богу от себя соответствующее этому союзу внутреннее состояние человека, которое проявляется на высоком уровне благодатного умно-сердечного действия в Иисусовой молитве. Это должно было быть со стороны каждого человека из множества людей, входящих в союз. Увы, для большинства верующих людей это было практически недостижимо. Лишь Апостолы и немногие другие освященные Богом люди могли пребывать в подобном состоянии большую часть своей жизни. Для сохранения этого состояния каждому из них надо было всю жизнь трудиться над своим сердцем и непрестанно молиться. Вот почему непрестанная молитва, которая предписана нам Богом Иисусом Христом в виде Иисусовой молитвы, и есть то состояние, которое именуется первой любовью, ибо только оно поддерживает совершенный духовный союз каждого человека, как с Богом (то есть любовь), так и между учениками Христовыми.

Как же может верующий человек быть в единении любви к Богу и ближним, если внутри себя он разъединен и разделен грехом: ум омрачается греховными помыслами и не видит божественного, дух, именуемый сердцем, наслаждается греховными чувствами и не чувствует Бога, а душа спит смертным сном? Никак. Вот почему удержание этого благодатного состояния первой любви оставлено на произвол человека, ибо человек может оставить ее, через оставление пребывания в Иисусовой молитве (Откровение 2: 4): «Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою».

Что же делать? Господь отвечает (Откровение 2: 5): «Итак вспомни, откуда ты ниспал, и покайся, и твори прежние дела;».

Ниспасть можно с высшего духовного состояния в низшее. Вот почему нужно опомниться, то есть преодолеть лютого демона забвения, затем неведения, затем злого уныния или разленения, как об этом пишет преподобный Марк подвижник. А достигается это опять-таки посредством Иисусовой молитвы. А что касается способа сбора средств для поддержки неимущих и нуждающихся, который практиковался в Иерусалимской общине (кстати сказать, на всю Церковь переносить его нельзя – это ошибочно), то, несмотря на всю самоотверженность и красоту поступков со стороны богатых и имущих, он не имел достаточного основания для будущего. Это были порыв и благочестивое увлечение из-за сильнейшего действия благодати. Люди переживали совершенно новое и ни с чем не сравнимое чувство благодати, мира Божьего и свободы во Христе и по этой причине продавали всё имущество и приносили деньги, складывая их у ног Апостолов. Они избавлялись от имущества, причем не задумываясь, как от обузы, передавая его Церкви, а не сознательно заботились о нищих и нуждающихся. Выбранные диаконы с помощниками занимались перераспределением общего имущества нуждающимся членам Церкви за послушание Церкви. Этот благородный порыв не мог иметь будущего и по чисто земным причинам. Ведь то, что перераспределяется и затем «проедается» всеми поровну, всё равно заканчивается, рано или поздно. А дальше что? Все станут равно неимущими, и всем надо будет идти работать за поденную зарплату, на которую уже не сможешь благотворить.

И Господь, когда призывает ради достижения совершенства раздать всё имущество нищим, заботится, в первую очередь не о нищих, а о желающих совершенства, то есть любви, и не вменяет это раздающим в большую добродетель. Он предписывает это лишь как средство к достижению совершенства на пути к Богу, и лишь во вторую очередь следует забота о нищих. Не пропадать же имуществу, тем более если есть нуждающиеся. Перестановка акцентов в этом совете недопустима, ибо она убивает духовную суть совета и само достижение совершенства.