Олег Уланов – Операция "Золотой Будда" (страница 21)

В ответ Исаев отрицательно покачал головой.

– Отставить, майор! Мы сейчас летим сначала в бухту Отличную. Это единственное место на юге, откуда нарушитель может безопасно и скрытно уйти. Если в этой бухте нет иностранной шхуны, будем действовать по вашему плану.

– Есть, товарищ подполковник!

Майор поднялся со скамейки и прошёл в кабину пилотов, чтобы сообщить о корректировке маршрута полета.

* * *

Филиппинская шхуна "СуперСикс" незаметно подошла с юго-востока к Онекотану и встала в дрейф в пяти километрах южнее мыса Ракуший, напротив бухты Отличной.

Капитан шхуны Кен Янг отдал последние указания выстроившейся перед ним команде. После этого экипаж судна спустил запасную моторную лодку вдоль борта. Все ждали, когда в неё отправится один из матросов – Кэндзи Кобаяси по прозвищу Малыш. Это был шустрый малый, единственный из членов команды неоднократно бывавший на острове вместе с Лео Ченом и посвящённый в детали операции.

– Вот рация, – обратился к Кэндзи капитан, протягивая ему тяжёлую кожаную сумку, – она работает на открытой волне. Как только заберёшь Лео, сразу выйдешь на связь со мной. Понял?

– Да, сэр.

Малыш закинул сумку с портативной рацией за плечо и стал спускаться в шлюпку. Через несколько секунд навесной мотор "Хонда" вспенил воду за кормой резиновой лодки, и она понеслась к берегу, оставляя белый след на воде.

Обширный антициклон, установившийся в середине июня в районе Курильских островов, делал погоду солнечной и почти безветренной. Океан после полудня был спокойным, полностью оправдывая свое название Тихий.

Войдя в бухту, Кэндзи сбавил обороты мотора. Он стал медленно кружить вдоль берега, всматриваясь в его очертания. Лео пока нигде не было видно. Малыш посмотрел на часы. До окончания отведённого времени оставалось еще около трёх часов.

Чтобы не тратить горючее, Кэндзи заглушил мотор и стал медленно дрейфовать вдоль прибойной полосы. Примерно через полчаса он, наконец, заметил движение на верхнем краю сопки, склон которой спускался в основание бухты. Наведя резкость в бинокле, Кэндзи увидел в окуляры спешащего Лео Чена.

Спуск с сопки занял у Лео минут двадцать. Малыш запустил мотор и, насколько это было возможно, приблизился к берегу.

– Привет, Лео! Мы ждем тебя, – крикнул Кэндзи китайцу.

– Привет, – устало ответил Чен.

– А где Масахиро?

– Он погиб.

Лео снял рюкзак с плеч и, расстегнув клапан, запустил туда руку. В ладони блеснул жёлтый слиток.

– Вот результат нашей работы. Теперь мы богаты, Малыш.

Кэндзи заворожённо смотрел на золото. Чен снова опустил слиток в рюкзак и, зайдя по колено в воду, крикнул приятелю.

– Я сейчас кину свой мешок, смотри, не упусти его.

– Может, я ближе к берегу подойду?

– Не надо рисковать. Здесь очень много подводных камней, ещё, не дай бог, повредим мотор.

Лео раскачав рюкзак, сильно швырнул его в сторону лодки. Но вместо этого он полетел совершенно по другой траектории, плюхнувшись в двух метрах от её борта. Кэндзи растерянно смотрел на Чена.

– Мы потеряли золото, Лео.

– Не беспокойся, здесь не так глубоко. Мы обязательно его достанем.

Китаец полностью зашёл в ледяную воду и поплыл к Кэндзи. План, который он придумал, начал реализовываться.

"Теперь Малыш подтвердит Фаррелу, что видел в моих руках золото. А дальше посмотрим, как будут развиваться события".

Кэндзи помог Лео подняться из воды в резиновую лодку и расстегнул чехол рации. Включив тумблер, он крикнул в микрофон.

– Я – Малыш, приём.

Рация сразу же ожила.

– Я – галера, прием.

– Сэр, мы потеряли мешок с образцами. Как поняли? Он упал в воду в бухте. Приём.

– Понял. Достать сможете?

– Нет, сэр. Нам нужен акваланг. Как поняли?

Рация на мгновение замолчала.

– Малыш, ты видел образцы? – послышался голос капитана из динамика.

Кэндзо повернулся к Чену. Тот пожал плечами.

– Да, сэр. Я видел образцы.

– Возвращайтесь на галеру! Всё, отбой связи! Как поняли?

– Вас понял, сэр.

Выключив рацию, Кэндзи прислушался, то же самое сделал и Лео. Откуда-то издалека нарастал стрекочущий рокот.

– Это вертолёт! Давай быстрее к шхуне! – закричал напарнику Чен.

Кэндзи до отказа открыл заслонку газа, и мотор, мощно взревев, потянул в океан резиновую лодку.

* * *

Капитан шхуны снова напряг слух. Сомнений не оставалось – это был звук вертолёта. Он заскочил в рубку и громко крикнул рулевому и радисту:

– Полный вперёд! Курс – открытый океан! На приказы пограничников "остановиться" – не отвечать! Лодка нас догонит.

После этих слов Кен бегом спустился в свою каюту. Нагнувшись под спальную полку, он нервно извлек оттуда толстый кожаный кейс. Открыв его, он достал пистолет-пулемет "Беретта" и коробку, похожую на полицейскую рацию с длинной антенной.

Затем он вернулся на палубу и увидел в океане приближавшуюся моторную лодку на расстоянии не более двух километров.

Из-за мыса показался пограничный вертолёт, который, сделав боевой разворот, направился наперерез к моторной лодке. Кен включил тумблер на коробке, которую держал в левой руке. На дисплее зажёгся индикатор, показывающий, что зарядка была полной.

– Извини, Лео, – тихо произнёс он и, высоко подняв руку над головой, нажал красную кнопку.

Мощный электромагнитный импульс полетел навстречу лодке, где в корпусе рации был замаскирован заряд двух килограммов пластида с детонатором. Через мгновение чудовищной силы взрыв поднял в воздух лодку, на которой находились Лео и Кэндзи. Капитан выкинул дистанционное управление за борт и вставил обойму в пистолет-пулемёт.

Вертолёт сделал круг над местом, где мгновение назад прогремел взрыв, развернулся и полетел к шхуне, стремительно настигая её.

Кен вернулся в рубку и посмотрел на приборы. Скорость шхуны была сейчас пятнадцать узлов, а до нейтральных вод оставалось пять миль. На палубе никого не осталось, все спустились в машинное отделение и трюм. На мостике были только капитан и радист, который выполнял функции рулевого и одновременно следил за радиолокационной станцией.

– Сэр, на дисплее пограничный корабль в двадцати пяти милях южнее, – доложил радист и нанес на планшет координаты пограничников.

"Максимальная скорость пограничного корабля – двадцать пять узлов в час, – быстро соображал Кен. – Это, конечно, быстрее, чем у шхуны, но не настолько, чтобы успеть перехватить нас в территориальных водах Советов. Как только шхуна выйдет в нейтральные воды, мы сразу же подадим сигнал «SOS». И даже если потом русские настигнут нас в открытом океане, они не решатся задержать судно, подавшее сигнал бедствия. Иначе может быть международный скандал".

Между тем вертолёт уже догнал шхуну и, низко пролетев над ней, пошёл на очередной разворот. После этого маневра он резко сбросил скорость и, пристроившись рядом, полетел тем же курсом, которым шла шхуна. Дверь вертолёта была открыта, в проёме сидел бородатый мужчина с автоматом Калашникова. Когда винтокрылая машина опустилась ещё ниже, он выстрелил короткой очередью. Пули вошли в воду впереди по курсу шхуны, оставляя тонкий пенный след.

Кен решил идти ва-банк. Он выскочил из рубки и, почти не целясь, выстрелил в сторону вертолёта из "Беретты", которая за две секунды выплюнула с десяток пуль.

Сидевший у проема Исаев, почувствовал, как две из них чиркнули по корпусу "вертушки" снизу.

– Ну, суки! Вы мне ещё за Мальцева ответите! – крикнул он и дал длинную очередь из того самого автомата, который вчера забрал у Умелова.

Первая же пуля вошла Кену Янгу в правый глаз, откинув его обратно в рубку. Радист, увидев окровавленное тело своего капитана, сразу же застопорил ход судна. Подняв руки, он осторожно выбрался на палубу и начал кричать на японском языке:

– Не стреляйте! Не стреляйте!

Вертолёт завис над остановившейся шхуной, дожидаясь подхода пограничного корабля.

США. Штат Пенсильвания. Филадельфия. 22 июня 1985 года