Олег Уланов – Операция «Феромон» (страница 6)
* * *
На утреннем оперативном совещании в Службе по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом, которая также была известна как «Вторая служба», или «Двойка», обсуждался комплекс мер федерального и регионального уровня, связанных с участившимися фактами попыток проведения диверсий и терактов в регионах России.
Несмотря на эффективную работу региональных управлений по выявлению и нейтрализации завербованных иностранными спецслужбами граждан России, руководство ФСБ на последней коллегии указало руководству «Двойки» на усиление мер по раннему выявлению контактов российских граждан с украинскими и британскими спецслужбами.
На коллегии также было отмечено, что британская MI-6, которая наиболее активно работала в России и на постсоветском пространстве, стала менять подходы к вербовке россиян, поскольку классические методы перестали эффективно работать.
Присутствовавший на оперативном совещании в «Двойке» приглашенный сотрудник Центра информационной безопасности (ЦИБ) привел свежие данные мониторинга российского сегмента Интернета, даркнета и соцсетей.
По данным, полученным специалистами ЦИБ ФСБ, в даркнете британская разведка MI-6 начала тестирование специальной платформы под кодовым названием «Silent Courier» («Молчаливый связной») для поиска информаторов и агентов по всему миру. Причем для пользователей из России британцы создали специальный русскоязычный раздел на платформе, где уже были выложены инструкции, как безопасно держать связь с британскими кураторами.
Сотрудник ЦИБ не исключил, что британцы после успешного тестирования платформы могут начать ее публичную рекламу в западных СМИ для активного привлечения на территории России еще б
Подводя итоги оперативного совещания, первый заместитель руководителя «Двойки» акцентировал внимание своих подчиненных на том, что созданная в даркнете британская платформа «Молчаливый связной» является вызовом для их Службы.
– Очевидно, что из части вербуемых россиян британцы намерены создавать не только агентов-информаторов, но и террористов, которым ничего не стоит за сотую часть биткойна устроить провокацию или даже бесплатно поработать против интересов своей страны – ради, например, иллюзорной возможности получить политическое убежище. Поэтому поручаю ответственным за работу с регионами в сжатый срок разработать циркуляр для региональных управлений для реализации дополнительного комплекса мер по выявлению лиц, склонных к сотрудничеству с иностранными спецслужбами, или лиц, уже вступивших в контакт с британской разведкой через платформу «Молчаливый связной», – подытожил первый заместитель руководителя Службы.
Генерал окинул взглядом починенных.
– Вопросы есть?
Сотрудники, участвующие в совещании, внимательно слушали руководителя.
– Тогда все свободны.
* * *
Ракитин проснулся от звука хлопнувшей входной двери и щелчков закрывающегося замка.
Присев на кровати, он потянулся к прикроватной тумбочке и, взяв смартфон, набрал номер жены.
– Да, любимый.
– Ты почему меня не разбудила? Я бы тебя отвез на работу.
– За мной ребята заехали. Мы сразу на Стрелку погнали, – Татьяна имела в виду съемочную группу, которая должна была делать репортаж о строительстве новой Ледовой арены.
– За тобой после работы заехать?
– Я тебя ближе к вечеру наберу.
– Хорошо. Я на связи, – Ракитин, завершив звонок, положил смартфон обратно на тумбочку.
Сварив кофе, Олег подошел к окну и, глядя на летнюю изумрудную зелень, покрывшую газоны двора, сделал глоток обжигающего утреннего напитка.
«Что же все-таки делала ночью странная машина на пустыре?» – вопрос, который вертелся в его голове, пока он ночью ехал из Дзержинска до Нижнего Новгорода, вновь разжег его интерес.
Посмотрев на часы, Ракитин прикинул, что он успеет съездить в промзону Дзержинска, чтобы при дневном свете осмотреть место, где он заметил машину.
Мелодия входящего вызова отвлекла Ракитина от навязчивой мысли.
Это звонил Дорошкевич.
– Олега! Привет! – голос Сергея, звучащий из динамика, был бодрым.
– Привет.
– Как добрались?
– Практически без приключений.
– ГИБДД остановила? – Дорошкевич расценил ответ Ракитина как намек, что в дороге что-то произошло.
– Нет. Просто, когда ехали через дзержинскую промзону, я на пустыре машину заметил. Решил посмотреть, что там водила в половине третьего ночи делает, а Танюха уперлась. Говорит – вдруг там кто-то сексом решил заняться, а мы им весь кайф своим любопытством обломаем, – Ракитин решил поделиться с Сергеем информацией о ночном эпизоде на пустыре.
– Так чем дело-то закончилось?
– Да, в общем-то, ничем. Я притормозил напротив пустыря, где машина стояла. Ни света фар, ни шума от работающего двигателя, ничего такого не было. Татьяна на меня наехала, ну, мы и поехали дальше.
– Я думаю, ты все правильно сделал, что уехал. Сам знаешь, какое время сейчас, – голос Дорошкевича стал серьезным. – Я недавно статью делал для федерального канала с обзором работы нашего УФСБ. Так вот. Наши эфэсбэшники чаще всего задерживали тех, кого завербовали украинские спецслужбы для совершения терактов или диверсий, именно на пустырях или в промзонах, когда они пытались изъять приготовленные для них закладки с оружием или взрывчаткой.
– Ты думаешь, я сегодня ночью на пустыре таких украинских агентов видел?
– Не факт. Это я тебе лишь в качестве примера привел. А в твоем случае там вполне мог быть любой вариант. У человека много естественных надобностей, которые требуют экстренной остановки на дороге. Ты мне лучше скажи, что ты решил по вчерашнему предложению, – Дорошкевич сменил тему разговора.
– Тебе же Татьяна за меня ответила, – Олег решил свести все к шутке.
– А если серьезно?
– Если серьезно, то я, в принципе, согласен.
– Вот и отлично. Тогда я согласую дату и время встречи в минспорте и дам тебе знать.
– Хорошо.
– Тогда до связи, – попрощался Дорошкевич.
– До связи.
Олег не стал говорить Сергею о своем решении съездить в промзону Дзержинска, где он ночью видел автомобиль, потому что после услышанной информации он справедливо предположил, что Дорошкевич будет против такой самодеятельности Ракитина. Он наверняка предложит сначала связаться с Соколовым из местного УФСБ.
«Нет, Соколову звонить рано. Нужно сначала самому съездить и осмотреть все при дневном свете», – решил Ракитин.
* * *
Юрий Чуриков в свои двадцать два года мог бы стать вполне приличным саксофонистом, тем более что его преподаватели в музыкальном училище прочили ему успешное развитие музыкальной карьеры. Но, обладая талантом и недюжинной энергией, он попал под влияние тех деструктивных сил, которые манипулировали максималистскими настроениями молодежи, вовлекая их в свои политические секты.
Забросив свой саксофон, он решил для себя, что самый быстрый способ решения своих возрастающих потребностей – это политическая стезя. Начало его политической карьеры как раз совпало с временами, когда исход из страны лидеров несистемной оппозиции уже начал превращаться в повальное бегство за границу.
Тогда Чуриков наивно предполагал, что сбежавшие в Прибалтику, Грузию или Европу вожаки оппов освобождают место для свежей поросли оппозиционных политиков, которые найдут легальные и, главное, законные способы найти свою нишу в политической системе России.
Особые надежды Чуриков связывал с последним оставшимся в России соратником Чубайса, который официально выдвинул свою кандидатуру на недавних выборах президента. Тогда Юра Чуриков чувствовал прилив сил и уверенность, что Кремль (как это бывало не раз) создаст в представительных органах власти очередную «резервацию» для несистемных оппозиционеров, которая будет выполнять роль свистка в чайнике для выпуска пара, если недовольство в обществе будет нарастать в связи с началом СВО.
Но Юра в очередной раз ошибся.
Их партийный босс, который мечтал, чтобы его фамилия попала в один избирательный бюллетень с Владимиром Путиным, так и не прошел регистрацию кандидатом в президенты и, не дожидаясь проблем от правоохранительных органов, слился за границу.
Все соратники Юры Чурикова после такого «кидка» приуныли и начали разбредаться по своим норам.
Но деятельная натура Чурикова не могла смириться с тем, что он должен отныне подстроиться под новые реалии и стать одним из тысяч латентных оппов, удел которых – строчить анонимные комментарии в соцсетях с критикой власти и искать разовые подработки.
Узнав через своих знакомых аккаунт нижегородского оппозиционера Андрея Потугина, скрывающегося с 2022 года от российского правосудия в Грузии, Чуриков написал ему в Telegram, что хочет уехать из России и спросил совета – как это лучше сделать.
На удивление, Потугин отреагировал очень быстро и предложил Чурикову для начала приобрести ноутбук и установить на него специальную программу с браузером для работы в даркнете.
Юра последовал совету, и дальше все пошло как по маслу.
В даркнете он вступил в анонимный чат, который порекомендовал ему Потугин, и там он нашел то, что так долго искал. Анонимные участники чата поделились с Чуриковым, как можно было быстро получить вид на жительство в Британии. Важным условием была регистрация в приложении «Silent Courier».
Юрий успешно прошел регистрацию на этой платформе, и над ним тут же взял шефство бывший соотечественник Михаил Барышев, который рассказал Чурикову, что сам в прошлом году воспользовался услугами платформы «Silent Courier» и уже получил вид на жительство в Британии.