Олег Ткачев – По следам авантюристки. Часть 1. Выжившая (страница 2)

– Поздравляю! Я давно не видел такой жирной белки. Тебе повезло.

– Это не совсем белка, – тихо ответил Фима.

– Куница? Это ты ее? Ты с ума сошел? – загалдели все трое, подбежав поближе.

– У меня выхода не было. Давайте пойдем дальше, а ее лиса или волк по запаху легко найдут, – стараясь не сорваться на крик от такой атаки, предложил Фима.

– Вот-вот, дело как раз в запахе. От тебя ее кровью на версту разит, – протяжно произнес старший. – Не уверен, что этого хватит, чтобы спасти мирный договор, но тебя точно придется куницам отдать. Ребята, схватите его.

Фима по его испуганному голосу понял, что уговаривать бесполезно. Он резко развернулся и понесся вперед, не останавливаясь и не прячась. Судя по топоту сзади, старик отстал, а двое молодых охотников бежали слишком близко.

Когда молодежь подрастала, их первым делом водили в лес собирать все съедобное. Только понизу и под наблюдением учителя они собирали ягоды, личинок, улиток, вытряхивали семена из упавших шишек. С каждым разом путешествия становились все длиннее. Благодаря этому опыту Фима неплохо ориентировался в ночном лесу.

Быстро оценив, что с запахом крови куницы шансов на побег мало, беглец повернул к обрыву. Есть там овражек с тропинкой к водопою, но место узкое. «Там точно поймают, отмыться не дадут. Придется рискнуть», – решил он.

Собрав все силы и всю храбрость, Фима побежал поверху вдоль овражка. Он заметил мелькнувшую между кронами тень, но сейчас останавливаться нельзя. Он разогнался и прыгнул вперед с обрыва. Преследователи шумно затормозили на краю. «Теперь ты предатель», – крикнул вдогонку один из них.

Громко плюхнувшись в воду, Фима чуть не застрял в илистом дне. Немного подергав лапами, он быстро поднялся на поверхность и принялся жадно хватать воздух. Высоко в небе мелькали силуэты летучих мышей и голодных сов. До родного берега рукой подать, а возвращаться нельзя. Крыса устало погребла к середине реки, не очень надеясь дожить до утра.

Оставлять следы на чужом берегу тоже не хотелось. По поводу куниц трудно сказать, а свои, чтобы выслужиться, наверняка по всему лесу искать будут. Оставалось лишь отдаться на волю течения и иногда нырять, чтобы смыть запах крови и хотя бы временно скрыться от глаз голодных сов.

Речка несла беглеца все дальше в неизведанный мир. Русло петляло между скал и холмов. Наконец Фима добрался до середины реки. Он устроился поудобнее, чтобы нос оставался над водой, а лапы прижал к себе, чтобы сберечь тепло.

Летом вода теплая, а все равно можно простудиться, если долго мокнуть. Фима заметил, что начал замерзать, не говоря уж о том, что проголодался. Он погреб к берегу. Правда, там немногим теплее – августовские ночи прохладные, а мех промок.

Отряхнув воду, Фима быстро побежал вперед, надеясь и согреться, и найти какую-нибудь еду. К его большой радости, ветерок принес запах лесных яблок. Под яблоней валялось достаточно почти хороших яблок, чтобы набить живот.

За время плавания беглец успел о многом передумать. И об опасности, которую навлек на стаю, и о туманном будущем, и о том, что не зря тренировался до упаду. Он попытался убедить себя, что не все так плохо. Пусть придется зимовать неизвестно где, все равно ведь собирался мир посмотреть.

Да и стая, если охотники догадаются смолчать, не пострадает. Близким наверняка скажут, что Фиму сова унесла. Они, конечно, огорчатся, но это лучше, чем слухи, которые могут дойти до куниц.

Фима убедился, что рядом хищников нет, быстро вырыл норку, занес туда два маленьких яблока и уснул.

В конце лета лес щедро одаривает каждого, кому не лень забраться на дерево или наклониться к земле. Ночь за ночью Фима быстро продвигался вперед, пока не наткнулся на дорогу, проложенную людьми. Поздней ночью она вывела путника к заброшенной деревне с покосившимися и полуразваленными избами.

Лишь в одной из них через щели в стене, дыры в крыше и давно вывалившееся окошко пробивался слабый свет. Чуткий слух подсказал Фиме, что рядом пасется две лошади.

Подобравшись поближе, он заметил, что перекошенная дверь, хоть и закрыта, оставила внизу широкую щель. Крыса легко прошла бы, но Фима сначала осторожно заглянул внутрь.

В печи горел огонь, слабо освещая комнату. Один мужик спал, лежа на широкой лавке, другой – сидя у печки. В дальнем углу на ворохе соломы спала девушка-подросток. Фима не умел определять их возраст. Понял только, что она намного меньше взрослых. Важнее, что хищников не видно.

Когда-то учитель дал Фиме и другим ученикам понюхать сухарь, который удалось стащить у проезжих. Здесь к хлебному запаху примешивалось еще несколько незнакомых, но очень вкусных. А еще – запах крови.

Фима подумал, что это охотники. Не призыватели, но все равно очень интересно. Он осторожно вошел, забрался на стол, обнюхал сухари и котелок. Хотелось бы поесть, но он не стал, чтобы хруст никого не разбудил. Спустившись со стола, он обследовал сумки мужиков, но там из съедобного нашелся только черствый хлеб. Очень вкусный и почти не хрустит.

Тут раздался громкий шорох. Фима так в сумке с полным ртом и застыл. Сидящий мужик зашевелился, открыл глаза, подбросил полено в печь, снова уселся и закрыл глаза. Крыса доела, подождала, тихонько выскользнула из сумки и пошла в дальний угол.

У девушки сумки не было, зато руки связаны толстой веревкой. Ее одежда выглядела куда красивее и богаче, чем у мужиков. «Выходит, это разбойники, которые украли принцессу, как в сказках? Тогда нужно ее освободить. У нее наверняка найдется благородный волшебник, которому нужен фамильяр», – подумал Фима и быстро составил план.

Барон Спиридон готовил своих фамильяров в первую очередь для войны. Они прекрасно знали и передали потомкам, какие места у человека уязвимы. Первым, так и не проснувшись, от точного удара по голове погиб разбойник, спавший на лавке.

Со вторым вышла заминка. Он дремал, свесив голову. А ее защищала шапка, натянутая до бровей. Фима очень осторожно забрался на стену за его спиной, прыгнул на плечо и сразу ударил когтями по шее. Разбойник вскрикнул, вскочил, испуганно оглядываясь по сторонам, и схватился за шею. Пока он не понял, что произошло, Фима быстро пробежал на другое плечо, цепляясь за воротник, снова ударил по шее и спрыгнул на стол.

– Ах ты ж, зверюга! Вот я тебе задам! – злобно воскликнул разбойник и выхватил нож.

– Что случилось? – испуганно спросила девушка.

Ей никто не ответил. Фима спрыгнул на лавку, на пол, метнулся к двери. Рядом в пол вонзился нож. Не оглядываясь, Фима проскочил в ту же щель, через которую вошел, забежал за угол и замер. Внутри он услышал тяжелые шаги и возмущенный голос: «Эй, хватит ночевать, помоги перевязать рану». Приятель ему не ответил. Раздался грохот упавшего тела.

Фима помнил, что враг, потерявший сознание от потери крови, может и очнуться, а тогда беды не миновать. Он изрядно выждал, осторожно вошел в избу и прислушался. Там дышали только он и связанная девушка.

О том, что большинство людей крыс не любят, учителя тоже рассказывали. Фима предпочел не бежать к девушке.

В слабом свете из печи испуганная пленница увидела, как на погибшего прыгнула крыса, перекусила веревочку, на которой висел тощий кошелек, и вытащила его на грудь. То же она проделала и с кошельком второго убитого.

Только после этого Фима медленно забрался на стену и полез к пленнице, в ее темный угол.

– Обычно крысам деньги не нужны. Тебя прислали меня спасти? – с надеждой прошептала девушка, будто опасаясь разбудить разбойников.

– Пи, – ответила крыса и остановилась, думая: «Старшие правду сказали. Люди придают деньгам слишком большую важность».

– Меня тут к бревну привязали, – прошептала пленница.

Действительно, веревка уходила в щель между прогнившими бревнами стены и возвращалась из другой. Фима осторожно подошел и разгрыз веревку возле рук девушки, стараясь не поцарапать пленницу. Как только последнее волокно лопнуло, спасенная быстро размотала остатки, встала и недоверчиво произнесла:

– Кстати, меня зовут Жанна. Почему твой хозяин до сих пор не появился? Нам нужно поскорее убираться отсюда.

– Пи, – ответил Фима.

– Оба мои стражника погибли. Кучера послали в замок с требованием выкупа. Главарь разбойников поскакал с ним. Я не хочу, чтобы он меня снова поймал, – она глянула на крысу, на кошельки и добавила: – Ладно, если ты настаиваешь, деньги я заберу, но нам придется назад в город возвращаться.

То ли готовясь бежать без оглядки, то ли из лени, разбойники не распрягли лошадей на ночь, а привязали пастись у избы. Жанна вполне уверенно привязала одну к другой, села на первую, а своему спасителю велела ехать на второй. Фима запрыгнул на стремя и забрался в сумку, привязанную к седлу.

Слабый свет Луны едва позволял девушке рассмотреть дорогу. Волчий вой вдали не сулил ничего хорошего. Жанна вздрагивала от каждого хлопка крыльев или хруста ветки, а все же ехала вперед. Немного привыкнув к ночному лесу, она принялась болтать без умолку.

Фима узнал о том, что на самом деле она не принцесса, а всего лишь вторая дочь бедного барона. Через тот город она возвращалась от своей тети. Та тоже не может похвастать богатством, хоть и баронесса. Зато замок ее мужа стоит у небольшого городка на пересечении людных дорог. Знакомых у нее много.