Олег Таругин – Дорога домой (страница 33)
Вскоре Александр Юрьевич уже припарковал автомобиль во дворе, предусмотрительно не загоняя в гараж. Ершов вполне мог неожиданно разродиться очередным поручением. Поднявшись на свой этаж, он отпер дверь и прошел в прихожую, с удивлением услышав доносящиеся из кабинета голоса. С удивлением, поскольку оные звучали явно излишне эмоционально, в аккурат так, как звучат голоса пребывающих в изрядном подпитии людей. Заинтригованный, Кулькин торопливо разулся и заглянул в кабинет, мысленно присвистнув. Все три космолетчика развалились на диване перед журнальным столиком, на поверхности коего в живописном беспорядке располагались рюмки, бутылка минералки и тарелки с какой-то немудреной закуской. Ершов сидел напротив, весьма недвусмысленно держа в руке почти пустую бутылку водки. С открученной пробкой, между прочим.
– О, вернулся уже? Быренько ты, – обернулся к нему товарищ, незаметно подмигивая. Впрочем, Александр Юрьевич слишком давно его знал, чтобы и без этого намека с ходу просечь, что генерал-полковник лишь старается казаться хорошо выпившим, на самом же деле оставаясь абсолютно трезвым. Гости же, наоборот, выглядели совершенно окосевшими – что тоже вполне понятно, после столетнего-то воздержания! Интересно, это что? Старый друг пытается эдаким немудреным образом еще больше втереться в доверие? Или не мудрствуя лукаво использует народное сорокаградусное средство в качестве отсутствующих в наличии спецсредств из фармарсенала родной конторы? Поскольку в их нынешнем состоянии и обычная водка ничуть не хуже самой современной «сыворотки правды».
– И по какому поводу надрались?
– Да по поводу близкого знакомства, конечно, – Ершов потряс бутылкой. – Будешь?
– Если разъезды по городу на сегодня закончились, то можно. Так, чисто символически.
– Закончились, закончились, присаживайся. Как шофер ты меня сегодня больше не интересуешь. Кстати, Юрич, а мы контейнер нашли.
– Какой еще контейнер? А, ты об этом. И где нашли? – Генерал принял из рук товарища рюмку.
– На мелководье лежит, а вместе с ним еще три космических скафандра. Место известно, да и маячки работают. Так что нужно будет по-быстрому все это добро со дна изъять да припрятать до поры до времени. Хотя скафандры можно пока и на дне оставить, они достаточно громоздкие, как я понял, незачем лишний раз светиться. Вот тебе и еще одно вполне конкретное задание. Ну, а после уж то, о чем мы утром говорили, сделаешь: посылку укомплектуешь и сбросишь, где укажут. Ясненько?
– Вполне. Так за что пьем? – Пить не хотелось совершенно, однако Кулькин уже понял нехитрую игру товарища и не собирался ему мешать.
– Так за знакомство же… – неискренне «удивился» Ершов. – Я ж говорил… Ну, давай…
Дождавшись, пока товарищ «употребит», Сашка неожиданно протянул ему какой-то странный прибор, размерами с современный нетбук, только без верхней крышки-экрана и клавиатуры. Просто пластиковый с виду прямоугольник толщиной сантиметра в два. Единственная утопленная в корпус клавиша с непонятным значком на ней да толстенькая трубка на шарнире, напоминающая антенну радиотелефона, ровным счетом ни о чем Кулькину не говорили. Весил непонятный «девайс» от силы грамм триста, вряд ли больше.
– Ну и?
– Да вот наши гости с собой прихватили. Электронный планшет называется. Нечто вроде индивидуального портативного компьютера. Типа нашего ноутбука, короче, только на триста лет более продвинутый. Видишь там кнопочку, зелененькую такую? Нажимай, не бойся.
Кулькин пожал плечами и нажал. Можно подумать…
Над поверхностью инопланетного прибора развернулся объемный экран, размерами соответствующий самому планшету. По поверхности скользнули какие-то обозначения – Кулькин чисто интуитивно понял, что это загружается местная операционная система. Одновременно поверх корпуса развернулся второй экран, на сей раз плоский и горизонтальный, превратившись в подобие более-менее привычной клавиатуры, виртуальные клавиши которой покрывали буквы терранского алфавита. Вглядевшись в основной экран, демонстрирующий какой-то вполне пасторальный пейзаж, Александр Юрьевич неожиданно понял, что это ему напоминает – в прошлом году он сподобился-таки посетить модный ныне «3D», не столько из интереса к не таким уж и новым технологиям (в отличие от большинства современников, он помнил, что те же стереоочки и «объемное» изображение были изобретены еще при Советском Союзе), сколько ради самого кинофильма. Летающие острова его откровенно поразили, как и хвостатые синерожие аборигены, луками и стрелами успешно борющиеся с миром капитала в лице добытчиков драгоценного минерала. «Аватар», ага. Короче, ему понравилось, заплаченных за билет денег он нисколько не пожалел, хотя идиотские пластиковые очки на лице откровенно раздражали.
Экран инопланетного «ноутбука» ему тоже понравился: выводимая на него картинка-заставка была глубокой и яркой, словно смотришь сквозь небольшое оконце на залитый солнечным светом горный отрог под огромным иссиня-голубым небом с парочкой легких облаков.
Глядя на лицо товарища, Ершов ухмыльнулся и, протянув руку, коснулся кончиком указательного пальца уголка экрана. И неожиданно растянул его до размеров среднестатистического ЖК-монитора, дюймов эдак двадцати двух – экран послушно следовал за пальцем. Заставка при этом нисколько не потеряла в качестве, скорее наоборот, стала более четкой и детализованной. Снова усмехнулся:
– Согласись, впечатляет?
– Весьма, – осторожно прокомментировал Александр Юрьевич. – Значит, вот такие у них компутеры?
– И получше есть, верно, Олин?
Компьютерный техник с трудом сфокусировал взгляд на Кулькине:
– Безусловно. Это довольно старая модель, входящая в стандартное оснащение судна. Если Алекс захочет…
– Да не слушайте вы его! – неожиданно подал голос Алексин. – Наш бравый комптех совершенно не умеет пить. Несет всякую чушь. Ибо молод еще. То ли дело я, бывший бравый пилот, только – тссс! – Он пьяно поднес палец к губам. – Об этом только капитан и судмех знают. Но они тоже бравые, да. Капитан и механик, в смысле… А наш салага? Вот, сами смотрите…
Подавшись вперед, навигатор легким тычком отправил окосевшего компьютерщика в горизонтальное положение. Последний, впрочем, и не спорил, мешком рухнув на диванную сидушку за спинами товарищей. Спокойной, как говорится, ночи. И пофиг, что на часах половина второго дня. Однако напоил их Ершов, определенно напоил!
– Другое дело я. Знаете, как меня прозвали на многих планетах? Бездонное… бездонная… кстати, у вас красивый язык, генерал! Певучий. А прозвали меня… да неважно, как именно! Прозвали – и прозвали… потому что завистники! Да, я люблю выпить – разве это такой уж грех после полугода в стазисе? Точнее, после ста долбаных лет? Мы ведь в нем вовсе не живем, понимаете? Мы в нем просто долбаные консервы, которые замораживают и размораживают по команде долбаной Компании, мать ее…
– А вы? – неожиданно осведомился Ершов.
– А что я? – искренне не понял собеседник.
– Насколько знаю, вы бывший боевой пилот, причем повоевавший… а тут клоуна из себя строите.
Алексин мгновенно насупился, похоже, даже протрезвев при этом:
– А вот это уж, простите, сугубо мое дело! И к нашему, гм,
– Спасибо, я понял, – сухо прервал генерал, не дослушав. – Вы правы, продолжим завтра. – И обратился к Олгмару: – Капитан, вы еще способны вести продуктивный диалог? В отличие от ваших товарищей?
– Вполне, – Олгмар искренне попытался выпрямиться на диване. – Я практически трезв и определенно готов… продолжать… – Судя по плавающему взгляду, он несколько приукрашивал истинное положение вещей. Значительно приукрашивал, если уж честно.
– Ясно с вами, – равнодушно ответил Ершов, гаденько ухмыляясь. – Вот что, капитан. Будем считать, что сеанс психологической релаксации экипажа после сверхдолгого анабиоза прошел успешно. А посему, давайте-ка переместимся в гостиную и проспимся. Саня, помоги гостей транспортировать.
– Ну, и к чему был весь этот цирк? – Убедившись, что вольготно развалившиеся на спальниках и диване астронавты благополучно уснули, оглашая комнату могучим храпом и исторгая в атмосферу скромной «двушки» не менее могучее алкогольное амбре, Кулькин, аккуратно притворив дверь, обернулся к товарищу. – Объяснишь или, как раньше бывало, сошлешься на оперативную необходимость? Это ж надо, так с одной поллитры укушаться!
– Ага, – непонятно ответил товарищ, отчего-то выглядящий чрезвычайно довольным, словно дорвавшийся до дармовой сметаны давненько не кормленный котяра. – В смысле, и да, и нет. Ты нормально съездил?
– Нормально. – На миг задумавшись, генерал до последнего слова передал товарищу ответную фразу Каменского. Тот удовлетворенно кивнул:
– Вот и славно.
– А зачем он нам нужен?
– Ну… старые кадры. Которые не ржавеют, помнишь, так раньше говорилось? Хорошо, отвечу подробнее: он один из тех, кому я склонен доверять. А зачем? При случае расскажу. Может, и вовсе не понадобится.