Олег Таран – Хороший день, чтобы умереть (страница 71)
И тут к Массиниссе подъехала Роксана:
– Царь! Разреши, мы поможем нашей армии!
– Но как?
Царица похлопала по колчану со стрелами.
– А это для вас не опасно? – спросил царь.
– Ничуть! Наши луки бьют вдвое дальше, чем их пращи.
Расстроенные неудачной атакой нумидийские всадники увидели, как ведомые царицей капсские амазонки выехали вперед. Девушки дождались, пока перед их рядами упало несколько камней, выпущенных мавретанцами, поняли, какая дистанция безопасна, и с нее начали обстрел врага из луков. Мавретанцы были без доспехов, только с маленькими кожаными щитами, не спасавшими их от стрел. Амазонки выбивали их одного за другим, в то время как пращники не сумели ранить ни одну из девушек, так как их оружие просто не добивало до воительниц Роксаны. А когда кто-то из самых отчаянных выбирался из-за ограждения и пытался приблизиться к девушкам, те сосредотачивали на нем «огонь» сразу нескольких луков, и воин падал, утыканный множеством стрел.
Понеся большие потери, пращники бросили свои заграждения и стали отступать, несмотря на ругань царя Эльсида.
Под восторженные крики всей нумидийской армии лучницы-амазонки вернулись обратно.
– Рок-са-на! Рок-са-на! – стали кричать воины имя царицы.
Обрадованный Массинисса, не сдерживаясь, крепко поцеловал подъехавшую к нему жену.
– Рок-са-на! Мас-си-нис-са! – послышались довольные крики, причем к грубоватым мужским голосам присоединились и звонкие девичьи.
Тем временем Оксинта встревоженно смотрел на море. Счастливый царь едва оторвался от губ Роксаны и, заметив взгляд телохранителя, посмотрел туда же.
– О боги! Этого еще не хватало! – вырвалось у него.
В гавань Сиги входили карфагенские корабли.
– Что это может означать? Сципион со своими войсками уже вернулся в Италию, а пунийцы решили отомстить нам за то, что мы ему помогли?! – проговорил Массинисса и расстроенно посмотрел на Оксинту.
В это время звонкие радостные кличи раздались за стенами города Сиги. Услышав их, войско мавретанцев торжествующе заголосило и стало готовиться к наступлению.
– Что ж, видимо, малой кровью не обойдемся! – доставая меч, проговорил Массинисса. И, посмотрев на Роксану, добавил: – Любимая, держись рядом со мной!
Царица кивнула. Посмотрев на пустой колчан, она тоже достала свой небольшой меч.
Мавретанцы не спеша стали надвигаться на армию нумидийцев, все время поглядывая на ворота Сиги, явно ожидая помощи гарнизона и прибывших им на помощь карфагенян. Но неожиданно в Сиге раздались крики ужаса и звуки быстротечных схваток. Воины, что стояли на городских стенах, стали спускаться вниз, послышались звон мечей и новые крики. А через какое-то время ворота распахнулись, и из них вышел… Гай Лелий! Следом за ним из города начали выходить и строиться для атаки на мавретанцев римские легионеры. А на стены Сиги вытащили связанных царевичей Верику и Вермину.
– Царь Массинисса! Город Сига захвачен! Рим дарит его тебе как нашему верному союзнику и признанному правителю объединенной Нумидии! – крикнул римский флотоводец.
– Гай Лелий! Дружище! Опять ты выручаешь меня! – растроганно проговорил Массинисса и выжидательно посмотрел в сторону Эльсида.
Мавретанский царь остановил свою армию, раздумывая и прикидывая расстановку сил.
Внезапно за спиной армии Массиниссы раздался топот множества лошадиных копыт. Царь оглянулся и увидел, что к нему скачут тысячи массесильских кочевников с оружием в руках, ведомые его воинами-«испанцами». Он обрадованно выставил руку с «испанским» кольцом, и возглавлявшие подкрепление всадники повторили его жест.
Теперь превосходство нумидийско-римского войска стало подавляющим. К тому же массесилы, вставшие рядом с массилами, стали кричать мавретанцам на их языке, что они принимают своим правителем Массиниссу и будут защищать свою землю от чужеземцев.
Эльсид понял, что проиграл, и печально склонил голову.
Затем он крикнул Массиниссе:
– Царь Нумидии! Я признаю тебя правителем всех земель Массилии и Массесилии! Я уведу свои войска. Только отдай мне моих внуков! Это все, что осталось у меня в память о моей дочери, которая была первой женой Сифакса.
Массинисса отправился к римскому построению, обнялся с Гаем Лелием и поинтересовался:
– А почему ты приплыл сюда на пунических кораблях?
– Это наши трофеи, согласно договору с Карфагеном. И я подумал, что Верике с Верминой будет приятней увидеть их, чем римские корабли! – подмигнул Гай Лелий царю. – Они могли подумать, что пунийцы воюют с тобой и пришли им на помощь. Так все и вышло.
– Поздравляю, Гай Лелий! Отменная военная хитрость! Знаешь, я хочу просить тебя…
– Да я уже понял!
Гай Лелий махнул рукой, и легионеры вывели из города обоих царевичей и развязали им руки. Подавленные и опустошенные, царевичи пошли к мавретанскому войску. А через некоторое время, сняв свои шатры, армия Эльсида стала уходить к мавретанской границе.
– Ну вот и все, верный союзник Рима, царь Нумидии Массинисса! Вот ты и получил свое царство! Правь на славу! Вот тебе экземпляр мирного договора с Карфагеном. Там четко не определены пуническо-нумидийские границы. Сделай это сам, как посчитаешь нужным… – напутствовал его с хитрой улыбкой римский флотоводец. Потом он глянул в сторону амазонок. – И передавай привет жене! Эх, не будь ты моим другом, точно отбил бы у тебя Роксану!
И, обняв на прощание царя, Гай Лелий поспешил к своим войскам. Передав город воинам Массиниссы, римляне погрузились на корабли и отправились в море.
– Что ж, любимая! Границы на юге и востоке у нас определены. А вот где они теперь пролягут на севере и востоке, мы еще посмотрим! – сказал царь Роксане, и та понимающе улыбнулась. – Едем в Цирту, моя царица!
Прошло несколько лет.
В сенате Карфагена стояла долгая зловещая тишина. Наконец слово взял Канми Магонид, видя, что оба престарелых суффета никак не могут собраться с духом и начать заседание. Обсуждать предстояло только неприятные новости: ничего хорошего Столицу мира больше не ждало.
– Массинисса не просто женился на дочке Иехавиелона, а стал владельцем огромного количества золота, которое правитель Капсы утаивал и от Гайи, и от других царей Массилии, и от нас. А эта влюбленная дура просто так отдала ему богатства, сопоставимые с казной некоторых больших государств! – возмущался главный разведчик Карфагена. – Его человек в Капсе, Мелай, оказался верным царю и неподкупным. Мои люди так и не нашли к нему ключик, чтобы он работал если не на нас, то хотя бы на себя! Он послушно шлет караваны с золотом в Цирту, и Нумидия пухнет от богатства!
Сенаторы стали возмущенно переговариваться.
– Царь Массинисса замирился с гетулами, отменив пошлины на их караваны. Теперь их число возросло, они шныряют через Нумидию туда-сюда! Гетулы довольны, граница с ними спокойна. Мавретанского царя запугали римляне, и он старается не досаждать Массиниссе, хотя придерживает у себя наследников Сифакса до лучших времен. У гарамантов нумидийцы покупают крепких и сильных рабов, отправляя их работать на свои шахты и золотые прииски. После нескольких лет работы рабы получают свободу и живут в Нумидии, женятся, растят детей. За счет этого малонаселенная провинция Капса и сам город стали гораздо многолюдней. Теперь гараманты опасаются атаковать южную границу, потому что вместе с нумидийцами-капсианцами ее защищают и эти самые бывшие рабы, люто ненавидящие воинов пустыни. Массинисса все верно рассчитал, когда ввел на юге эту практику.
Магонид походил по залу и продолжил:
– Царь Нумидии развил в Чевесте производство оружия и снаряжения, и этот городишко теперь вырос и получил неофициальное наименование – Железный город. А знаете, для кого они куют мечи и наконечники дротиков, а также делают доспехи и щиты? Для тех, кого сейчас обучают в Городе воинов – восстановленном Ламбаэсси. Массинисса пригласил из Рима несколько отставных центурионов, и они готовят из нумидийцев тяжеловооруженных пехотинцев-легионеров, как когда-то это делал царь Сифакс. Кроме традиционной легкой конницы у него теперь появилась и многочисленная тяжеловооруженная кавалерия, способная на равных сражаться с нашей! И это еще не все…
Канми сделал паузу и поразил всех:
– Массинисса усилил свою армию боевыми слонами! Ему доставили из Индии опытных наставников, которые обучают африканских элефантов для нумидийской армии. Представляете?!
Возгласы ужаса раздались под сводами зала заседаний сената. Нумидийский царь лишил Карфаген его главного преимущества на поля боя!
– Он даже завел себе любимца-слоненка, которого вырастил до большого, крупного зверя, назвал Аркаром и теперь везде катается на нем!
– Спасибо за подробный рассказ об армии нашего врага, Канми. Но неужели только на золоте Капсы держится все благополучие Нумидии царя Массиниссы? – поинтересовался Абдешмун Ганонид.
– Разумеется, нет! Перестав покупать у нас зерно, он привез опытных земледельцев из Италии, Египта и Греции. Они помогли ему перевести часть кочевого народа на оседлый образ жизни. Становища степняков превратились в деревни, где возделывают землю и выращивают пшеницу. Плодородная степная земля стала давать богатые урожаи. У них теперь столько зерна, что, когда нужно, они поставляют его римской армии!
Массинисса всячески развивает торговлю. Про гетулов я уже говорил, но он также разрешает пересекать территорию своего царства и торговать у себя всем караванам: ливийским, мавретанским, гарамантским, египетским… Всем, кроме наших! Мы несем страшные убытки, поскольку ни за какие пошлины он не допускает к себе карфагенских купцов!