Олег Сынков – Аллер (страница 46)

Слышал.

Ну так перестань прощения просить, ты теперь у меня на службе. До тебя дошло?

Теперь да.

Мы подходили к столовой уже, а по соседней дорожке шла моя ватага парней к ней.

Позавтракав, я взял под локоток Милиру, как бы останавливая её. Парни, ну что, давайте на службу, а мы на стрельбище, — сказал я. Бату показал рукой, чтобы занял чем-нибудь Берара по пути на стрельбище. Вивар убежал на склады, а Дивар и Гектор ускакали на стрельбище. Мы же пошли спокойным шагом.

Кем вы служите, Милира?

Я специалист по связи и не только.

Вам нравится служба?

Честно говоря, нет.

А почему вы служите тогда?

Она посмотрела удивлённо, но ответила:

Я должна отслужить десять лет, или…

А что, или?

Или выйти замуж за командира, и тогда моя служба будет считаться законченной. Но если мы расстанемся в течение пяти лет и у нас не родится дитя за это время, я снова должна пойти на службу и служить пять лет.

Он что, сделал вам предложение?

Да, но это была уловка с его стороны. Он повёл себя хуже любой женщины, фу, аж вспоминать противно.

И что же вы?

Я сказала, что расскажу брату всё, и он поколотил меня в первый раз.

А что, был и второй?

Он начал приставать, а я уже к нему была равнодушна и пригрозила рассказать всё начальству. И он снова меня побил, а на следующий день он, оказывается, уже перевёлся и уехал.

Вы хотите отомстить ему?

Да зачем мне это нужно, творец его накажет.

А ваш брат чем занимается?

Он пилот, летает на "Стрике Гавань", но он летает на всём, даже "Стриком" командовал в отсутствии командира.

А что случилось с вашими родителями?

Они утонули, даже не утонули, а их раздавила толща воды. Это случилось, когда мне было одиннадцать лет, мы не поехали с ними — у нас учёба. А они поехали на два дня, и когда они вдвоём опустились на том аппарате на дно, случилась поломка, после которой аппарат просто сплющило, и их тоже.

И у неё потекли слёзы.

Да, тяжело в таком возрасте родителей терять, но вам надо жить и просто помнить их.

Спасибо, — тихо сказала она.

Так мы прошли некоторое время молча, пока она не успокоилась.

А как получилось, что вы меня пригласили на танец, а не я вас?

Когда вы зашли на танцпол, я сидела возле дверей. Я сразу обратила на вас внимание, а вы пошли не в мою сторону, а в другую. А я за вами сразу и наблюдала, как вы идёте, как передвигаете ноги и как смотрите на окружающих. Вы были как хищник на охоте, и меня это сначала озадачило. Стоит ли подходить к такому? Ну, чем дальше вы двигались, ко мне пришло понимание, что это я — охотница. И я сделала первый шаг и пригласила вас, как только зазвучала подходящая музыка. А потом ко мне пришло счастье, и сразу после этого — такое несчастье, эта драка.

Да, — сказал я и потрогал нос, он как-то сразу заболел.

Я вижу, что вам больно, вам операцию сделали, да?

Ваш братец мне сломал нос с первого удара, но дальше я не позволил.

Вообще-то мой брат ни одной драки не проигрывал, это с ним сделали в первый раз в его жизни.

Ну да, когда-то приходится начинать.

Что начинать?

Проигрывать.

И она засмеялась, показывая белые зубки. Очаровательная очаровашка, я точно влюбился.

На стрельбище уже звучали выстрелы, мы подходили всё ближе и ближе. Обучение шло полным ходом. Бат, увидев свою подругу, пошёл к ней. И мне пришлось разговаривать с обоими Макив.

— А вас когда начнут обучать? — спросил я Милиру.

— Послезавтра.

— Вы двое начнёте сегодня и прямо сейчас, — Дивар, Гектор, — позвал я, — они подошли. — Обучите Берара и Милиру и через полчаса — на рубеж их.

— Сделаем, — в унисон ответили они.

— Милира, а когда ещё танцы будут?

— Через день.

— С вами все танцы за мной.

Она снова улыбнулась и пошла обучаться.

И тут, как из-под земли, на меня грянул голос дяди.

— Эй, кривонос, а ну покажись!

Я развернулся и увидел Ритара, сложившего руки на своей груди.

— Я не понял, а что мне доложили, что вместо носа у моего племянника каша? Тебе операцию сделали, да? А кто это сделал, ты знаешь?

— Павус.

— Павус делает носы, а не ломает.

— Ты спросил, кто мне операцию сделал?

— Я не так сказал, а я сказал, кто тебя уделал, ты знаешь?

— Ритар, в следующий раз запишу тебя на ежедневник и дам послушать, что ты говоришь.

— Ну ладно, кто? Фамилия или имя? Это я не понял, что мне доложили, какой-то Берар.

— Это имя.

— А фамилия какая тогда?

— Макив.

И Ритар аж побелел. Что случилось, Ритар?

— Ты не станешь его наказывать, — сказал утвердительно Ритар.

— Он уже наказан и на всю мою жизнь.