Олег Суворов – История одного поколения (страница 55)

Чтобы пояснить это читателям, достаточно напомнить даты: Востряков угодил в тюрьму в середине девяносто второго года, когда рыночные реформы только начинались, а вышел с зоны в середине девяносто восьмого года, когда до августовского «дефолта» оставалось лишь полтора месяца. Таким образом, он оказался в положении двух советских космонавтов, пробывших на околоземной станции «Мир» свыше одного года, — в космос их запускал «великий и могучий» Советский Союз, а возвращаться им пришлось в изможденную рыночными реформами, но зато демократическую Россию.

Страна и общество радикально изменились, и нашему герою нужно было срочно искать свое место в новейшей российской действительности. Благодаря приобретенной на зоне репутации, подтверждаемой вышеупомянутой наколкой, Вострякову удалось сделать это достаточно быстро — разумеется, не без помощи обретенных на зоне «корефанов». Поиски своего места в жизни значительно облегчались его нынешним душевным состоянием. Если бы повторилась ситуация девяносто второго года, когда Анатолий отпустил Наталью Куприянову и не стал стрелять в Петра Демичева («Вместе же на выпускном вечере квасили, а теперь будем палить друг в друга!»), то теперь он бы действовал совсем иначе.

Ожесточение опытного рецидивиста пригодилось ему достаточно скоро — стоило только получить первое серьезное задание…

— Как же ты меня нашел? — не уставал удивляться Никита Дубовик.

— А в чем проблема? — невозмутимо отвечал Востряков. — Такие деятели, как ты, сейчас на виду.

Дубовик самодовольно усмехнулся:

— И поэтому ты решил наняться ко мне в телохранители?

— Да.

Этот разговор происходил вечером тридцать первого декабря, накануне встречи Нового, тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Место действия — загородная дача Дубовика, обставленная с типичной «новорусской» роскошью, на которую его неожиданный гость взирал с деланным равнодушием.

Три этажа, зимний сад, свыше двадцати комнат, несколько спален и туалетов, подвальная сауна с бассейном и, наконец, огромная гостиная на первом этаже с большим полыхавшим камином, имитировавшая помпезный стиль восемнадцатого века. Единственным современным украшением были две запаянные наглухо колбы — одна в виде пирамиды, другая — в виде шара — так называемые «вечные» аквариумы, содержащие замкнутые экосистемы, в которых безо всякого ухода могла обитать разная морская живность. В одном аквариуме среди водорослей копошились улитки, в другом по белому песку ползали креветки. Именно он вызвал интерес Вострякова, поскольку вид креветок всегда возбуждал в нем «пивной» рефлекс. Хозяин дачи уже приготовился к скорому отъезду в Москву на встречу Нового года, поэтому был одет соответственно случаю — великолепный белый костюм французской фирмы Rene Lezard, жемчужного цвета галстук итальянской фирмы Corneliani с золотой запонкой, нежно-голубая рубашка Hugo Boss и — что больше всего поразило даже невозмутимого Вострякова — светло-серые итальянские туфли Missouri с пряжками в виде драгоценных камней посередине.

Рядом с Никитой, глядя в телевизор, потягивая легкий коктейль и краем уха прислушиваясь к беседе мужчин, сидела его красавица-жена Изабелла. Как и муж, она была явно неравнодушна к белому — белые обтягивающие брюки, элегантные красные туфельки, белый с черными узорами пуловер — и все самое модное и дорогое, что подтверждалось сладковатым ароматом духов «Дольче & Габбана». Из золотых украшений был только небольшой, усыпанный бриллиантами крестик на тонкой цепочке, изящные дамские часики да пара колец.

— Ну что ж, старик, — заявил Никита, в очередной раз чокаясь с Востряковым дорогим французским коньяком «Луи XIV», — я думаю, это можно сделать. Давай выпьем «на посошок», и пора в путь, а то нас с Белочкой, — он с обожанием посмотрел на жену, — сегодня ждут на одном новогоднем мероприятии. А после праздников мы с тобой заключим договор по всей форме.

При этих словах Изабелла недовольно скривила красивые губы и, слегка привстав в кресле, что-то шепнула на ухо мужу. Востряков уловил неприязненный взгляд женщины и внутренне напрягся.

— Ах, оставь, я же его сто лет знаю! — чуть громче, чем следовало бы, отвечал Дубовик. — Ну что, дернули?

— Тебе уже хватит, — сердито заметила жена, на что Никита лишь виновато улыбнулся и слегка пожал плечами, как бы говоря: «Что делать, дорогая!»

Востряков с трудом наклонил свою могучую шею, после чего одним рывком вылил в луженую глотку столетний коньяк, даже не почувствовав его вкуса.

— Кстати, — заговорил он, осторожно ставя бокал на столик, — можно мне зайти в одно место?

— Валяй, — разрешил хозяин. — Ближайший туалет — в коридоре, неподалеку от входа.

Востряков тяжелым шагом покинул гостиную. Но стоило ему оказаться вне поля зрения хозяев, как он резко изменил походку, двигаясь быстро, крадучись и почти бесшумно. Выйдя в коридор, в конце которого виднелась массивная входная дверь, он пошел на звук телевизора. Дойдя до комнаты, в которой скучал охранник, Востряков откинул полу черной кожаной куртки и достал пистолет с глушителем. Затем приблизился, осторожно взялся за дверную ручку и несильно толкнул ее от себя.

Охранник оторвал взгляд от телевизора и перевел его на Вострякова, но даже не успел испугаться. Негромкий упругий хлопок — и небольшой участок кожи на лбу резко провалился внутрь, а из образовавшегося отверстия появилась черная кровь. Когда тело охранника обмякло в кресле, Анатолий осторожно прикрыл дверь, спрятал пистолет и, мельком оглядев коридор, спокойным шагом вернулся в гостиную.

— А где твоя жена? — спросил он Никиту, лениво выпускавшего в потолок колечки ароматного сигарного дыма.

— Поднялась на минутку к себе, сейчас придет. Садись пока, подождем.

Анатолий вернулся на свое прежнее место — прямо напротив хозяина. Дожидаясь возвращения Изабеллы, бывшие одноклассники вели себя по-разному — Никита любезно улыбался и нетерпеливо посматривал на часы, Востряков хмурился, избегая встречаться с ним взглядами, и непрерывно ощупывал толстыми волосатыми пальцами одну из металлических застежек своей длинной кожаной куртки.

Наконец Изабелла появилась на галерее, опоясывавшей второй этаж. Окинув быстрым взглядом мужчин, она спустилась вниз и подошла к мужу.

— Присядь на дорожку, — улыбаясь, попросил тот, указывая ей на широкий подлокотник собственного кресла.

— Время уже, — недовольно заметила Изабелла, встряхивая запястьем с часами, однако все же села, и Никита тут же обнял ее за талию.

— Ты вызвала шофера?

— Разумеется.

В этот момент Анатолий совершенно будничным, каким-то даже неуклюжим жестом распахнул свою куртку. Молча, не делая резких движений, он извлек пистолет и, вскинув голову, нацелил его на хозяина.

Дубовик и его жена были так потрясены, что буквально оцепенели от ужаса, глядя на скучающе-равнодушное лицо Вострякова.

— Толик… Востр… Толик, ты чего, — с трудом прохрипел бледный как полотно Никита. — Что ты? За что?

— Мне поручено выполнить заказ, — вяло отвечал Востряков.

— Я тебе больше заплачу! — мгновенно среагировал Дубовик.

— Поздно.

— Жену не убивай! — за секунду до смерти успел попросить Никита, бросая взгляд в сторону Изабеллы.

— Не беспокойся, — усмехнулся новоявленный киллер, нажимая курок.

Бывший одноклассник резко откинулся назад, а затем начал медленно сползать на пол. Изабелла расширенными от ужаса глазами взглянула на мертвого мужа, после чего перевела взгляд на Вострякова. Ее губы тряслись, она дрожала всем телом, пыталась что-то выговорить — и не могла. В этот момент где-то в доме зазвонил телефон — и звонил долго, не менее трех минут.

А убийца, небрежным щелчком смахнув с дивана горячую гильзу, словно это была шелуха от семечек, откровенно наслаждался испугом женщины. Он вдруг понял, чего ему так страстно хотелось еще на зоне и чего он был лишен всю свою жизнь — семейного уюта с красивой, молодой, любящей женой, готовой беспрекословно выполнять все желания мужа. Как жаль, что, вот так легко убив Дубовика, он не сможет занять его места ни на этой вилле, ни на новогоднем празднестве, ни в постели с этой лязгающей зубами от страха красоткой! Впрочем, почему же не сможет?..

— Жить хочешь? — резко спросил Востряков.

Женщина судорожно кивнула.

— Ну, тогда ты щас сделаешь то, что я тебе прикажу. — Он поднялся со своего места и, опустив руку с пистолетом, подошел к ней, одновременно с этим расстегивая другой рукой молнию джинсов.

Изабелла поняла, встрепенулась и с ненавистью взглянула на Вострякова.

— Давай действуй, — скомандовал он, намереваясь проделать с ней то же самое, чем в свое время занимался в подъезде с Марусей.

Но тут произошло неожиданное. Изабелла наклонила голову, однако вместо того, чтобы ублажить цинично ухмылявшегося убийцу, яростно впилась зубами в запястье его руки, державшей пистолет.

Вскрикнув от боли, Востряков выронив его на пол. А Изабелла порывисто сунула руку в сумочку и одним движением выхватила оттуда газовый баллончик. Однако ничего другого она сделать не успела: рассвирепевший Востряков мгновенно выкрутил ей руку, — женщина закричала, — после чего с такой силой ударил в голову, что она рухнула навзничь.

— Ах ты сука, — пробормотал он, быстро опускаясь на колени рядом с Изабеллой и задирая на ней свитер, — не захотела добровольно, тварь…