Олег Суворов – История одного поколения (страница 48)

— Ну?

— Я тут случайно разговорился со знакомым оперативником из собственного РОВД, и он вдруг вспомнил, что недавно, во время очередного рейда, задержал проститутку, которую звали Полина Василенко!

— Неужели? — разволновался Михаил. — Ну и что дальше? Мы сможем ее найти?

— Найти-то несложно — она работает в гостинице «Рэдисон-Славянская», но ты напрасно радуешься. Судя по его описанию, она не старше двадцати пяти лет и, кроме того, блондинка.

— Блондинка — это ерунда, всегда можно перекраситься, однако возраст… Тридцатисемилетнюю женщину, как бы она за собой ни следила, трудно принять за двадцатипятилетнюю.

— Вот и я о том же. Что думаешь делать?

— В том-то и дело, что не знаю! Придется поискать эту путану, поскольку не хотелось бы упускать ни малейшего шанса.

— Ну, действуй. Кстати, если возникнут какие-то сложности, обратись к любому бармену и скажи, что ты знакомый старшего лейтенанта Голощапова. Это тот самый оперативник, который гоняет местных путан. Они там все его знают.

— Путаны или бармены?

— И те и другие. Желаю успеха.

— К черту!

Чтобы не снижать темпов своего частного расследования, уже вечером следующего дня Михаил сидел за стойкой бара при гостинице «Рэдисон-Славянская» и, лениво потягивая виски, внимательно приглядывался к девушкам, изображая из себя заинтересованного клиента. Так и не увидев никого, хотя бы отдаленно напоминавшего Полину, он подозвал бармена, жестом попросил наполнить свой бокал, после чего спросил:

— Слушай, старик, ты тут всех местных девушек знаешь?

— Да нет, конечно, — равнодушным тоном отвечал бармен, бросив на него внимательный взгляд, — тем более что они часто меняются.

— Меня интересует Полина.

— Вон там, за столиком, одна из трех, по-моему, Полина. Но я не уверен.

— Ладно, пойду проверю.

И Михаил с бокалом в руке направился к указанному столику, за которым, потягивая коктейли, сидели три «разноцветные» девушки примерно одного возраста — брюнетка, шатенка и блондинка.

— Простите, вас зовут Полина? — вежливо осведомился Ястребов, обращаясь к блондинке.

— Нет, — отвечала она.

— Полина — это я, — тут же отозвалась шатенка, оглядывая его с головы до ног. — А что?

— Можно вас на минутку?

— Да, пожалуйста. Для вас — хоть на всю ночь.

Остальные две засмеялись.

Михаил привел ее обратно к стойке и только здесь, закурив сам и предложив сигарету даме, обратился с вопросом:

— Давно перекрасились?

— А что — плохо?

— Не знаю, блондинкой я вас не видел. Ваша фамилия Василенко?

— Да, а откуда вы узнали?

— Это не важно, — разочарованно выдохнул Михаил и, припав к бокалу, сделал большой глоток. — Кстати, это ваши настоящие имя и фамилия?

— Да, а что?

— А у вас случайно нет вот такой родственницы? — Михаил показал девушке заранее припасенную фотографию Полины, правда сделанную довольно давно — года через три после окончания школы.

— Нет, никогда ее не видела.

— Чертовски жаль.

— И это все? — разочарованно спросила девушка.

Михаил понял ее вопрос и грустно улыбнулся.

— Увы, да. Сегодня я просто не в настроении. Может быть, как-нибудь в другой раз.

Девушка сердито передернула плечами и молча направилась обратно к подругам. Михаил проводил ее взглядом, после чего допил свой бокал и, немного поразмыслив, снова подозвал бармена. В конце концов, почему бы ему сегодня как следует не выпить? Не прошло и трех дней с момента начала поисков, как оборвалась последняя нить…

— Привет!

Задумавшийся Михаил недоуменно вскинул голову. На соседний табурет присела красивая, хорошо одетая дама примерно одного с ним возраста.

— Добрый вечер, — приветливо отвечал Ястребов, тщетно напрягая память.

— Судя по твоей растерянной физиономии, ты меня не узнаешь?

Подобное обращение явно подразумевало достаточно близкое знакомство в прошлом, но когда, черт подери, и при каких обстоятельствах?

— Пока ты будешь думать, я себе возьму что-нибудь выпить, — невозмутимо заявила дама, делая знак бармену. И тут, стоило Ястребову увидеть ее строгий профиль, как его мгновенно озарило:

— Анна!

— Узнал-таки, — довольно усмехнулась она, — ну, как поживаешь?

Да, это действительно была Анна — одно из самых ярких и вместе с тем досадных впечатлений его студенческой юности. Михаил даже засмеялся от удовольствия, вспомнив подмосковный дом отдыха, поход на станцию за пивом, танцы в холле под магнитофон и красивую, модно одетую девушку со строгим лицом, доведшую его своей неуступчивостью до белого каления. «Забавно получается, — подумал он про себя, — ищешь одну — находишь другую».

Анна прекрасно сохранилась, только вместо прежней девичьей строгости появилось оценивающе-насмешливое выражение.

— Замечательно выглядишь, и я очень рад тебя видеть! — чокаясь с ней, радостно заявил Михаил. — Подумать только — ведь это же почти лет двадцать прошло… Но неужели я сам так мало изменился, что ты меня сразу узнала?

— Да, ты мало изменился, но я тебя неоднократно видела раньше — и фотографии в газете, рядом с твоими статьями, и по телевизору.

— Ну, а сама-то как? Замуж вышла?

— Давно уже. — Она показала ему руку с дорогим обручальным кольцом. — Сейчас, правда, мой дорогой муженек пребывает в бегах за границей, опасаясь угодить в тюрьму за неуплату налогов.

— А кто он?

Анна произнесла фамилию одного известного предпринимателя и банкира из числа тех, кого журналисты любят называть олигархами.

— В самом деле? — удивился Ястребов. — Однако ты сорвала солидный куш. Насколько я знаю, его состояние составляет несколько сот миллионов долларов.

— Возможно. — И она равнодушно пожала плечами. — Кстати, а что ты здесь делаешь — за девочками охотишься?

— Нет, что ты. — Ястребов засмеялся. — Провожу частное журналистское расследование.

— А я тебе не мешаю?

— Разумеется, нет. Допрос свидетельницы ничего не дал, точнее сказать, она оказалась вовсе не свидетельницей, так что теперь я совершенно свободен. Что, если мы сходим куда-нибудь поужинать?

— Я хотела предложить тебе то же самое. — Анна допила свой бокал и выложила на стойку крупную купюру. — Только поедем в какое-нибудь другое место, осточертела мне эта гостиница!

Ястребов хотел было попросить объяснений по поводу последней фразы, но Анна уже слезла с табурета и ленивой походкой направилась к выходу из бара. Стоило выйти на улицу, как к ним тут же подкатил серебристый «Мерседес», за рулем которого сидел водитель-охранник.

— Неплохо, — заметил Ястребов, открывая перед ней заднюю дверцу, а затем садясь рядом. — Подарок от мужа?

— А ты знаешь, сколько имущества он на меня оформил, чтобы избежать уплаты налогов? Да если я с ним разведусь, то буду богаче, чем он!

— Ты собралась разводиться?

— Пока не решила. Эта сволочь, мой муженек, уже наверняка завел себе молодую любовницу, да и когда он теперь вернется в Россию? С какой стати я буду изображать из себя Пенелопу?