Олег Стеняев – Беседы на Евангелие от Луки (страница 5)

В Библии об очень немногих людях сказано, что Бог избрал их от чрева матери. Как такое может быть? Например, Господь говорит; Ибо, когда они еще не родились и не сделали ничего доброго или худого <…>: Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел (Рим. 9,11,13). Разве это справедливо – возненавидеть или возлюбить того, который еще не родился и не сделал ничего ни хорошего, ни плохого? Для Бога это вполне справедливо. Потому что природа Бога такова, что, будучи вездесущим, Он вездесущ в каждом мгновении времени и в каждой точке пространства. У Бога нет прошлого и нет будущего. У Бога всегда настоящее. Для Бога наш первый вздох и наш последний выдох – это настоящее. Как вездесущий он одновременно присутствует в каждое мгновение времени и в каждой точке пространства. Как Христос Сам говорит о Себе: Я есмъ Альфа и Омега, начало и конец (Откр. 21, 6). Но мы-то существуем во времени и пространстве. Поэтому свой выбор также делаем во времени и пространстве. А в Боге все уже объято Его всезнанием. Поэтому ничего несправедливого здесь нет.

И сказал Захария Ангелу: по чему я узнаю это (что такое может произойти. – О. С.)? ибо я стар, и жена моя в летах преклонных. Ангел сказал ему в ответ: я Гавриил, предстоящий пред Богом, и послан говорить с тобою и благовестить тебе сие; и вот, ты будешь молчать (он допустил как бы сомнение, а как это будет; такое ему знамение дается, то есть станешь немым. – О. С.) и не будешь иметь возможности говорить до того дня, как это сбудется, за то (то есть в наказание за то. – О. С.), что ты не поверил словам моим, которые сбудутся в свое время (Лк. 1,18–20).

Блаженный Августин, сравнивая поведение Захарии и Девы Марии, пишет: «Не поверил тот, у кого должен был родиться Иоанн, и сделался немым отец; поверила Мария, что должен родиться Христос, и по вере зачался Он. Сперва возникла вера в сердце Девы, и последовала за ней плодовитость во чреве Матери. И, однако, почти одни и те же слова произносит Захария, когда ангел возвестил об Иоанне: По чему я узнаю это? Ибо я стар и жена моя уже в летах преклонных; и святая Мария, когда ангел возвестил о грядущем рождении Христа: Как будет это, когда я мужа не знаю? – почти одинаковые слова. <…> Наконец, Иоанн рождается, когда уже уменьшается свет и начинает расти ночь, а Христос рождается, когда ночь уменьшается, а день возрастает» (Проповеди. 293).

Но мы прочитали, что Захария и Елисавета были праведны пред Богом, поступая по всем заповедям и уставам Господним беспорочно. А тут, когда Захария начинает расспрашивать, как это будет, проявляется его сомнение. Но ведь Дева Мария, когда ей является архангел Гавриил, тоже спрашивает, как это будет, ведь Она мужа не знает… Обьяснение очевидно: Дева спрашивала об этом не потому, что сомневалась, а потому что Она дала обет девства и стремилась исполнять его вместе с Иосифом. Любая еврейская девушка или женщина, услышав, что от нее родится Христос, от радости забыла бы все, а Дева Мария со смирением спрашивает: как будет это, когда Я мужа не знаю? Ангел сказал Ей в ответ: Дух Святой найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя; посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим (Лк. 1, 34–35). Она дала обет девства, но не проявила никакого сомнения. И когда Ей было сказано, что Ее девство сохранится, Дух Святой найдет на Нее, Мария со смирением отвечает: се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему (Лк. 1,38).

Между тем народ ожидал Захарию и дивился, что он медлит в храме (то есть ему должно уже было выйти из храма после совершения каждения. – О. С). Он же, выйдя, не мог говорить к ним; и они поняли, что он видел видение в храме; и он объяснялся с ними знаками, и оставался нем. А когда окончились дни службы его, возвратился в дом свой (Лк. 1,21–23).

Когда священники заступали на свою чреду, они не могли покидать храм или сопутствующие его пристройки. И хотя Захария был нем, он все равно выполнял обязанности священника. Только когда его чреда окончилась, он возвратился в свой дом. Таким образом, Евангелие научает нас, несмотря на какую-то немощь, продолжать служение или совершение послушания, которое нам определила Святая Церковь. Блаженный Феофилакт пишет: «Видишь ли, как иудеи дожидались и оставались, пока (не. – О. С.) вышел первосвященник (или замещающий его на службе человек. – О. С.). А мы, христиане, лишь вошли в храм, как и думаем уже, что с нами дурно случится, если мы не выйдем. Захария делал знаки народу, вероятно, вопрошавшему о причине молчания; но как он не мог говорить, то и объяснял ее знаками. Приметь, что Захария не пошел в свой дом, пока не окончились дни его служения, но оставался во храме. Ибо нагорная сторона действительно далеко отстояла от Иерусалима (то есть там, где жила его жена Елисавета. – О. С.). Да священнику, если он имел дом и в самом Иерусалиме, не позволено было уходить во время его чреды из двора храма. А мы, увы, как пренебрегаем божественными службами! Что Захария не мог говорить, а употреблял знаки, это указывает на неразумную жизнь иудеев. Ибо, умертвив Слово (то есть Логос-Слово. – О. С.), они не могут дать отчета ни в делах, ни в речах своих. Если даже спросить у них о чем-нибудь пророческом, то они не отверзают уст и не могут дать тебе ни слова, ни ответа» (Толкование на Евангелие от Луки. Гл. 1).

Здесь Блаженный Феофилакт все время проводит параллели между христианами и иудеями. Он как бы говорит нам: «Он же долго не выходил из храма, а народ ждал. И мы, христиане, не должны спешить покидать храм, даже если у нас возникают мысли: а я себя плохо чувствую и так далее. Ведь он, онемев, не покидает храм, а оканчивает свою чреду и только потом идет домой». Храм и есть то место, где может исцелиться имеющий какую-то болезнь или недуг. Здесь совершаются врачующие таинства, обеспечивающие поддержку не только нашей души, но и тела.

После сих дней зачала Елисавета, жена его, и таилась пять месяцев и говорила: так сотворил мне Господь во дни сии, в которые призрел на меня, чтобы снять с меня поношение между людьми (Лк. 1,24–25).

Святитель Амвросий Медиоланский пишет: «Святые скромны настолько, что стыдливость их проявляется даже в молитве; так и в этом отрывке мы видим, что святая Елисавета, которая, без сомнения, желала иметь сыновей, таилась пять месяцев. Почему она таилась, если не из стыдливости? Потому что всякому делу приличествует свой срок, и что прилично в одно время, неприлично в другое, так что время способно изменить саму природу совершившегося. Та, что таилась, зачав сына, обрела гордость, родив пророка; красневшая прежде теперь благословляет, сомневавшаяся обрела уверенность. Когда голос приветствия Твоего дошел до слуха моего, взыграл младенец радостно во чреве моем, – сказала она. Она вскричала громким голосом, почувствовав пришествие Господа, поскольку поверила в божественное рождение; и не было уже причин для стыда, когда она приняла, что рождение пророка произойдет не по ее желанию, но по дару свыше» (Изъяснения Евангелия от Луки. Е43, 46).

В шестой же месяц послан был Ангел Гавриил от Бога в город Галилейский, называемый Назарет, к Деве, обрученной мужу, именем Иосифу, из дома Давидова; имя же Деве: Мария (Лк. 1,26–27).

Беда Достопочтенный размышляет: «“Гавриил” обозначает “мощь Бога”. Заслуженно сияет таким именем приносящий свидетельство о Боге, Который вскоре родится во плоти. О Нем пророк говорит в псалме: Господь крепкий и сильный, Господь, сильный в брани, а именно в той битве, для которой Он и пришел, чтобы победить воздушные власти и освободить мир от их тирании» (Беседы на Евангелия. 1.3).

Итак, Елисавета таилась пять месяцев, и в шестой месяц ее беременности архангел Гавриил отправляется к Деве Марии (см. Лк. 1,36). Значит, разница в возрасте у Иоанна Крестителя и у Христа полных пять месяцев.

Зачем Деве Марии надо было быть обрученной? Святые отцы объясняют, что это было сделано с целью, чтобы Иосиф был защитником ее девства. Иосиф, обручник Девы Марии, в то время был пожилым человеком, у него были дети, которые называются в Евангелиях братьями и сестрами Господа Иисуса Христа (см. Мк. 3,32).

Священномученик Игнатий Богоносец, равно как и Блаженный Иероним, говоря об обручении Богоматери, отмечают, что «таким образом способ Его Рождества был сокрыт от дьявола, думавшего, что Он родился не от девы, а от жены» (Цит. по: Фома Аквинский. Сумма теологии. 11.29.1.3). То есть дьявол в то время внимательно следил за всеми девами, потому что знал из Писания, что Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил (Ис. 7, 14), – и что должен быть зачат и родиться Христос. Обрученная дева – это как бы уже и не дева, и внимание у дьявола ослабло ко всем обрученным девам. Таким образом Господь скрыл до времени от него тайну явления Христа в этот мир от Девы.

Были и другие подобные объяснения, которые суммирует Беда Достопочтенный: «По поводу того, почему Он пожелал быть зачатым и рожденным не от простой девственницы, но от обрученной мужу, многие отцы Церкви привели разумные доводы. Наибольший из которых тот, чтобы Ее не обвинили в разврате, когда Она, не имея мужа, родила бы Сына. Затем, чтобы роженица поддерживалась заботой мужа в домашних делах. Поэтому следовало, чтобы блаженная Мария имела мужа, который явился бы как надежнейшим свидетелем Ее непорочности, так и вернейшим приемным отцом рожденного от него нашего Господа и Спасителя, и должен был согласно закону принести за младенца жертвы в храм. Он должен был, ввиду нависшей угрозы преследования, вместе с Матерью вывезти Его в Египет и вернуться обратно, а также помочь совершить немало другого: того, что требовала слабость принятого Им человеческого облика. Не было большим заблуждением, что в это время считали, что Он был его (Иосифа) сыном, ибо после проповеди апостолов после Его вознесения всем верующим стало ясно, что Он был рожден от девственницы» (Беседы на Евангелия. 1.3).