Олег Шовкуненко – Бегство (страница 57)

Некоторое время все оставалось по-прежнему ― сплошная неразбериха из рокочущих, следующих друг за другом ударов, но по мере того как Сергей вслушивался, они все чаще и чаще меняли свою высоту и тональность, становились не такими уж монотонными и похожими друг на друга. Теперь молодой новгородец мог различить нечто напоминающее ритмичную мелодию или клокотание воды, или рокот мотора, а может… Неужели? Неужели человеческую речь?!

Начиная с этого мгновения, Корн принялся жадно впитывать каждую нотку, каждую смену тональности, каждый едва различимый шорох. Эти старания уже очень скоро принесли свои плоды. На смену бессмысленной тарабарщине пришла первая более или менее членораздельная фраза:

— … а у этого пройдохи Слуцкого, там, оказывается, на каждом шагу видеосенсоров понатыкано. Прикиньте, мужики?! Так что за всем этим цирком он наблюдал с самого начала.

— Это вы с Бульдогом того… рисково сработали, ― откуда-то издалека прокомментировал тему видеосенсоров другой, достаточно молодой голос. ― А кабы Затвор свою жопу от стула так и не оторвал… Что бы тогда делали?

Окончание вопроса почти заглушил какой-то резкий удар, сращенный с негромким металлическим звоном. Как только эта странная какофония смолкла, еще один слегка запыхавшийся и подхрипловатый собеседник возмущенно возразил:

— Не-е, ну ты, Курт, уж совсем…! Слуцкий, конечно, тот еще фрукт, жмот и хапуга каких мало, но все равно он свой в доску. Ветеран. Говорят, службу по полной тащил… Такой боевых товарищей в беде не оставит.

Сразу после этих слов незнакомца наступила небольшая пауза, вызванная появлением нового действующего лица, о чем новгородца оповестил звук приближающихся шагов. К этому моменту Корн уже достаточно оклемался, чтобы понять ― он в казарменном модуле. Главным доказательством тому служил висящий в воздухе ни с чем не сравнимый коктейль из человеческого пота, электронейтральной оружейной смазки ИТМ, озонированного воздуха и штатного армейского дезинфектора «хвойный лес», который в реальности больше смахивал на «подгнивший лимон». К запахам, как и положено, прилагались соответствующие акустические эффекты: голоса, возня, скрип коек, гул климаторов, сигнальное пиликанье информационных панелей.

Повезло, что я здесь, а не в какой-нибудь гнилой яме, ― пронеслось в голове у Сергея. ― А ведь вполне могли и туда зашвырнуть. Хотя черт его знает, может, в конце концов, все этим и закончится. Корн хотел было незаметно пошевелить руками и проверить, не примотаны ли они к ободу койки, но прозвучавший невдалеке голос заставил юношу напрочь позабыть об этом намерении.

Этот голос, было сложно не узнать или спутать с каким-либо другим. Услышав его, Сергей мигом затаил дыхание и сжался в комок. А как же иначе, ведь рядом стоял тот самый человек, которого эксжестянщик совсем недавно держал на мушке, и даже более того, которого на полном серьезе собирался откомандировать в мир иной.

— Солома, а ты, блин, делаешь успехи! ― между тем пророкотал Бульдог. ― Правильно диагноз поставил. Затвор наш человек, хоть и гнильцы порядком поднакопил за годы-то прозябания в тылу. А, между прочим, двадцать лет назад мы с ним в 105-й бригаде служили простыми солдатами. Тогда все по-другому было, и он был другим.

— 105-я бригада? Это та, что в Эр-Рияде отличилась? ― в голосе задавшего вопрос послышалось нешуточное уважение.

— И в Эр-рияде, и в Эль-Кувейте, ― уточнил гвардии сержант. ― Жаркий был год. Мы тогда по всему Ближнему востоку отметились. Энергетический кризис начинался. Запасы нефти подходили к концу, и ее требовалось во что бы то ни стало сохранить для биохимического сектора, для будущего всей Земли, так сказать. А эти узколобые шейхи, несмотря на все предупреждения, продолжали гнать нефтянку на топливную переработку. Вот и пришлось срочно перекрыть краник, а заодно и проредить весь этот зажравшийся коронованный огород.

— Да-а… веселые были времена … Эх, жалко не застал! ― с сожалением протянул Виккерс, голос которого Сергею удалось идентифицировать с вероятностью в девяносто девять процентов.

— Теперь понятно, как старине Затвору удалось так ловко сработать. Опыт, блин, его просто так не пропьешь! ― боец с характерной хрипотцой перевел разговор с прошлого, на самое что ни на есть настоящее.

— Хорошо, что у Слуцкого под рукой нейростанер оказался. А то, в самом-то деле, не убивать же конченного придурка! ― выкрикнул голос, который Сергей уже успел промаркировать именем Курт. Кроме того, благодаря своему умению ориентироваться и острому слуху, охотник теперь окончательно укрепился в уверенности, что этот субъект расположился где-то чуть поодаль: справа и метрах в шести-семи от всей остальной компании.

— Нейростанер у Затвора всегда под рукой, ― проинформировал подчиненных Бульдог. ― Придурков всяких кругом хоть пруд пруди, особенно теперь, а стрелять в арсенале, сами понимаете, самое последнее дело. Его ведь так, за нефиг срать, и на воздух поднять можно.

Разговор разведчиков плавно перетек от хотя и очень интересных, но все же отстраненных тем к одной, более чем конкретной, и именовалась она ― новобранец Сергей Корн. Последний, даже лежа с закрытыми глазами, моментально почувствовал это. Тело прямо-таки зачесалось от уколов чьих-то пристальных взглядов. Начиная с этого момента, изображать бесчувственное неподвижное бревно новгородцу стало невероятно сложно.

— Да он, кажись, оклемался! ― неожиданное восклицание подхриповатого Соломы оповестило, что охотник все же в чем-то прокололся и вся его маскировка пошла коту под хвост.

— Шура, а ну, глянь на диагностер, ― приказал Бульдог.

— Показания биоритмов мозга в норме. Нервные рефлексы тоже, ― через каких-то пару секунд отчитался Виккерс. ― Так что наш юный друг уже вполне…

— Э, подъем! ― довольно сильный удар сотряс койку, на которой распластался Сергей. ― Хорош под «двухсотого» косить! Мы таких артистов…

— Рева, отставить! ― приказ гвардии сержанта остановил Солому на самом интересном месте. ― В принципе пацан правильно среагировал, по-мужски. Уважаю.

— Откуда вы все знаете? ― Корн приоткрыл глаза и, щурясь от электрического света, попытался разглядеть обступившие его фигуры.

— Не, ну ты погляди на него! Опять за свое! ― осклабился скуластый мужик со светлыми слегка всклокоченными волосами и кривым, явно перебитым носом. Он поставил ногу на обод кровати, облокотился о свое колено, и теперь буквально нависал над Сергеем. Интерес, с которым эта колоритная личность разглядывала охотника, можно было квалифицировать как чисто профессиональный. Именно с таким увлечением ученый-энтомолог и наблюдает за только что пойманной редкой мухой.

— Откуда вы все знаете? ― новгородец принял вызов и, не мигая, уставился в мутные голубые глаза блондина.

— Упертый тип, я же говорил! ― хохотнул Виккерс. Он тоже наклонился над Сергеем и ободряюще подмигнул тому, мол, с возвращением, приятель! После этого Шура ловко сорвал с груди и висков вернувшегося к жизни новгородца миниатюрные клеммы полевого военно-медицинского диагностера «Ритм-2Б»

— А ну, в сторону, шантрапа! ― Бульдог бесцеремонно растолкал обоих солдат и сам занял их место.

К этому моменту Корн уже поднакопил достаточно смелости, чтобы гордо и непреклонно глянуть в глаза гвардии сержанту Лепсу, а затем в третий раз задать свой фирменный вопрос. Он бы непременно так и поступил, однако Бульдог успел первым:

— Ну, чего ты все заладил «откуда?» да «откуда?». Знаем потому, что положено. Имеются у нас кое-какие источники информации.

— Вернее имелись, ― поправил командира Виккерс и при этом заговорщически подмигнул блондину с перебитым носом. ― Верно я говорю, а… Солома?

Ах, вот он значит какой, этот самый Солома! ― пронеслось в голове у охотника. ― Именно о нем говорила Вика, и именно ему при случае Сергей намеревался переломать руки и ноги. Хотя сейчас с этим делом, пожалуй, можно и обождать. Сейчас основная задача ― выяснить и понять, что за чертовщина тут творится.

— Вик, а чё ты мне тут глаз плющишь? ― возмутился Солома уже откуда-то из-за пределов видимости. ― Как будто это я их гр-р-охнул?

Слово «грохнул» Солома произнес с явным напрягом, да еще и под аккомпанемент уже слышанного ранее громыхания металла. На этот раз Сергей безошибочно распознал в этом звуке рабочий ритм одного из силовых тренажеров. Пяток таких машин были размещены на небольших, очерченных толстой желтой линией участках прямо между рядами армейских коек.

— Ну, грохнул может и не ты, а вот в компост перемолол… ― не унимался Виккерс.

— Кого грохнули?! В какой компост?!

Корн рывком привстал на локтях, напрягся и принялся вглядываться в стоящих рядом с его койкой людей. Появись нечто недоброе в их лицах или взглядах, и Сергей это заметит. Обязательно заметит и тогда… А вот тогда будь, что будет! Может, он и сумеет кое-кого прихватить с собой на тот свет!

Все кто сейчас окружал новгородца, были далеко не из общества «Добрых самаритян». Повадки матерых хищников ощущались в каждом движении, жесте, взгляде. При желании эти волки способны растерзать любого за считанные секунды, но… только не сейчас и только не Сергея. Новгородец почувствовал это и даже слегка устыдился своих мыслей и подозрений.