Олег Шелонин – Корабль призраков (страница 35)

Капитан с бортмехаником покинули кухонный блок. Джим закрыл за ними дверь, честно поставил ее на защелку и мрачно посмотрел на кухонное оборудование. Покушать он любил и частенько сам себе готовил, оставаясь один дома. Дома это было очень просто. Оглашал вслух меню, и через пару минут шел на кухню, где его уже ждал заказ, но тут оглашать меню было некому.

– Э-э-э… Нола… стандартный обед на шесть персон в кают-компанию, – кинул пробный шар юнга. Ответом была тишина. – Ладно, попробуем иначе.

Парень сдернул с полки плотно запаянную металлическую банку, попытался прочесть на ней надпись, но, так как она была на «древнеэпсанском», ничего не понял. Однако жующая травку тучная корова, изображенная на этикетке, говорила о том, что внутри мясо. Джим осмотрел банку со всех сторон, прикидывая, в чем тут секрет, однако жестянка ни одной подсказки не дала. То, что ее можно просто вскрыть при помощи консервного ножа, юнге даже в голову не пришло. Это были давно утраченные технологии. Джим двинулся вдоль ряда кухонных приборов, в поисках технологий посовременней. Дверца одного белого шкафчика оказалась приоткрытой, а справа на панели виднелись разноцветные кнопки и зелененький дисплей.

– Это другое дело, – обрадовался юнга, сунул банку в шкафчик, закрыл крышку и начал долбить по кнопкам наугад.

Минуты не прошло, как агрегат включился, заурчал, внутри вспыхнула лампочка и через матовое стекло дверцы аппарата Джим увидел, как банка завращалась на стеклянной подставке, а зеленые цифры на панели дисплея начали обратный отсчет. «Лазером ее, что ль, вскрывать будут?» – удивился юнга и тут заметил, что мелкие волосики на его руках зашевелились.

– Не понял…

И тут банка на его глазах начала раздуваться, раздуваться, а затем… бабах!!! Свет внутри шкафчика и цифры на панели дисплея потухли. Резко завоняло паленой изоляцией. Джим осторожно открыл дверку и сунул внутрь свой любопытный нос. Ошметки говяжьей тушенки из взорвавшейся банки заляпали все внутренние поверхности прибора. Юнга тяжко вздохнул, пошевелил ноздрями, принюхиваясь к запаху паленой изоляции, и задумался. Времени у него мало. Всего четыре часа, а накормить надо аж шесть рыл. Джим покосился на непонятные приборы и понял, что с ними лучше не связываться.

– Ладно, подойдем к делу творчески. – Юнга соскреб пальцем со стенки микроволновки пару мясных волокон тушенки, попробовал на вкус. – Будем импровизировать!

– Кэп, но это же бред! Антигравы есть, скачковые есть, а маршевых двигателей нет. Так не бывает!

– Ты фиксируй давай. Потом разберемся.

Гном вогнал перевод надписи под последней кнопкой в свой коммуникатор и уставился на созданную ими виртуальную панель пульта с надписями на интерлингве.

– Ну, и что у нас получается? – бодрым тоном спросил Блад.

– Полная фигня получается, – сердито буркнул гном. – Кэп, я вообще-то бортмеханик, но не думаю, что таким кораблем можно управлять. Тут все как-то по-дубовому. Везде ручной режим. А каждая операция на такой громаде должна сопровождаться точным математическим расчетом. Без аппаратно-программной поддержки здесь не обойтись, а я ее не вижу!

– Спокойно, Гиви. Ведь летим пока. Давай начнем с экранов внешнего обзора. – Блад вдавил нужную кнопку на пульте, однако ни один экран не ожил. – Инфопанель. – На эту кнопку пульт тоже не отреагировал. – Облом, – подвел итог капитан. – Знаешь что, Гиви, я, пожалуй, лучше сам здесь поколдую. От тебя в этой рубке толку нет. Найди лучше свою каюту, вооружись нормально, не забывай, что злые киски бродят, потом двигай до ближайшей лестницы и просканируй хотя бы пару этажей до обеда. Найди их схемы у щитов, вроде того, что мы нашли на этом ярусе. Если сумеем составить подробную карту корабля в объеме, возможно, сумеем найти движки. К обеду возвращайся. Пассажиров не надо понапрасну волновать.

– Есть, кэп! – Гиви поспешил на выход.

После его ухода Блад еще часа два бился над пультом впустую. Ни одна кнопка не работала. Сплюнув с досады, капитан решил заняться более полезным делом – поискать каюты пассажиров. На плане схемы эвакуации их было столько, что поиски помещений, в которые перенеслись вещи штурмана и ученых, могло занять немало времени, и еще не факт, что они находятся на этом ярусе. Однако он здраво рассудил, что раз корабль так лихо подстраивается персонально под него, то… капитан пошел в сторону своей каюты. Интуиция его не подвела. Корабль воспринял Лепестковых как членов экипажа, и их так до сих пор и не разобранные после экстренной загрузки на Селесте вещи нашлись в каютах старшего и младшего помощника капитана.

Блад очень вовремя успел покинуть каюту старпома, в которую «Ара-Белла» заселила Алису, так как из-за поворота коридора уже доносились голоса пассажиров, а скоро появились и они сами. Усталые, грязные, они распространяли вокруг себя такое амбре, что даже вентиляция не справлялась.

– Душ… мне нужен душ, – стонала на ходу Алиса. – Потом сауна, потом бассейн… потом корочку хлеба, и спать! Капитан, – крикнула она, увидев Блада, – это ужасно. Ни один дроид, ни один транспортер не работает. Нам пришлось чистить клетки вручную!

– Сочувствую, – улыбнулся Блад.

– Спасибо, – расцвела в ответ Алиса.

– Вашим зверям. – Питеру нравилось подтрунивать над девчонкой. – Если бы меня посадили в клетку, я бы обязательно сбежал, а если б не сбежал, то хотя бы в отместку тюремщикам нагадил. Кстати, звери все на месте?

– Вроде все. Дверцы клеток были заперты, – сказал Лепестков. – Конечно, нужна более тщательная инвентаризация. Там все клетки перепутаны…

– Ладно. Займемся этим после. Штурман, ваша каюта здесь. Запоминайте. Профессор, это ваша. Алиса, ты живешь здесь. Апартаменты у вас не такие шикарные, как у меня, я уже проверил, но ванна в каждой есть. Предупреждаю сразу. Вода сама собой из крана не пойдет. Для этого надо потрудиться – покрутить доисторические краны, которые откроют вентили, и, прежде чем нырнуть, желательно удостовериться, что в ванне нормальная вода, а не ледяная и не кипяток. Впрочем, давайте пройдем в любую каюту, и я вам там все покажу.

Ближайшей не занятой никем каютой оказалась пустующая каюта связиста. Это Блад так думал, что пустующая. Однако стоило ему открыть дверь, как оттуда выкатился клубок женских тел и беззвучно ушел в переборку противоположной стены коридора.

– Кто это? – выпучил глаза профессор.

– Одна из них точно Нола, – уверенно сказала Алиса. – Помнишь голограмму Гивиниана? Я ее узнала. А вот вторая – кто?

– А вторая ее глюк, – удрученно вздохнул Блад. – Возможно появление и третьей. Беленькой такой, с острыми ушками. Вместе с тыгыдымским конем из моей каюты ускакала. Ее я еще не проверял. Так что при встрече рекомендую станер. А вдруг она не глюк?

– О чем вы, капитан? – насторожился штурман.

– О глюках. Итак, пройдемте.

Объяснив, как люди в древности добывали из трубопроводов воду, Блад напомнил, что скоро обед, указал на их голограммах схем новую точку сбора для приема пищи и удалился, дав возможность штурману и пассажирам привести себя в порядок. Они управились в рекордно короткие сроки: буквально за полчаса, что говорило о том, что все изрядно проголодались. И скоро за широким столом кают-компании собрались все члены экипажа с пассажирами. Все, кроме Джима. Дневальный отсутствовал, и стол, соответственно, был девственно пуст.

– А где юнга? – спросил профессор.

– Сегодня он у нас на кухне за кока и по совместительству шеф-повара, трудовую повинность отбывает, – пояснил Блад. – Сейчас я узнаю, как там у него дела…

Подключиться к связи с юнгой через свой коммуникатор Блад не успел. Дверь в кают-компанию распахнулась, и в нее вкатилась сервировочная тележка, накрытая то ли маленькой простыней, то ли большой салфеткой. Тележку катил сам шеф-повар, и по его довольной физиономии Блад понял, что он со своей задачей справился.

– Ну, чем нас порадует корабельная кухня? – азартно потер руки капитан.

– Такого вы еще не пробовали, ручаюсь. Редчайший деликатес, – гордо сказал Джим, сдергивая с тележки простыню-салфетку, и начал выставлять на стол тарелки перед участниками будущего пира.

– Это что? – выпучила на свою порцию глаза Алиса.

Блад же лишь удрученно вздохнул, глядя на разрубленную пополам банку тушенки на тарелочке, из которой торчала вилка, стакан чистейшей водопроводной воды и банан.

– Чем буренку мочил? – грустно спросил юнгу Питер.

– Томагавком, – гордо сказал Джим. – Специально за ним в музей бегал. Такой тупой зараза оказался! Часа три его об кафель точил, пока рубить нормально не начал. Столько банок из-за него зазря перевел!

И только тут капитан заметил, что юнга чуть не с ног до головы забрызган соками порубленной тушенки.

– Я так понял, Джим, ты уже откушал.

– Ага, – сыто икнул юнга. – Чего добру напрасно пропадать? Все баночки подчистил.

– Тебя легче убить, чем прокормить, но я сегодня добрый, пока живи. Да, и иди, помойся.

– Где?

– Хочешь, в своей каюте, хочешь… – Блад высветил голограмму яруса над столом, нашел соответствующий блок и отметил пальцем нужную точку на схеме, – …в банном комплексе. Это здесь недалеко. Потом явишься в рубку для получения нового задания.

– Есть, кэп!

Джим рванулся выполнять приказание.