Олег Шеин – На астраханском направлении. Хулхута – неизвестный участок Сталинградской битвы (страница 50)

С этой целью с фронта была сформирована ударная группа в составе 2‑го и 3‑го батальонов 60‑го мп, причем 3‑й батальон снят с линии фронта. Мотопехоте были приданы 116‑й тбат Теббе, легкий артиллерийский дивизион и саперы. В этот раз выход в степь был совершен через Цаган-Усун южнее Яшкуля.

Фон Шверин поехал вместе с войсками.

2 декабря дважды, с фланга и тыла, были атакованы части 152‑й осбр в районе Шалда.

В 12:00 немецкая мехколонна в составе пяти танков, четырех буксируемых тягачами орудий и нескольких машин с пехотой вышла в советский тыл в Утте, к сборному пункту вышедших из строя машин Кричмана.

К несчастью для немцев, оснащенных одним Т-IV и четырьмя Т-III, здесь стояли три тридцатьчетверки. Ходовая у них не работала, но с орудиями и поворотным механизмом башен все было в порядке. Экипаж лейтенанта Мамася, ремонтировавший свою машину, срочно занял места. Мамась воевал на астраханском направлении еще в составе 565‑го отбат и обладал приличным опытом, что и не преминул продемонстрировать. Первым же выстрелом он сумел подбить передовой Т-IV, а затем и шедшую за ним «тройку». Два угодивших в Т-34 немецких снаряда никакого вреда советской машине не причинили. Однако броня внутри башни покололась и смертельно изрешетила механика-водителя Дмитрия Куницына. Тем временем на шум боя подоспело еще два советских танка, с хода подбившие один немецкий. Этим бой и закончился – в 13:30 немцы погрузились в машины и уехали в юго-восточном направлении, то есть… в тыл советских войск⁴⁷⁷!

2 декабря в 16:00 примерно 50 немецких пехотинцев при поддержке пяти танков совершили налет на Сянцик. В опорном пункте было всего 11 бойцов, старшим из которых оказался ветврач. Трое бойцов погибло, восемь автомашин было сожжено, после чего немцы отошли в степь⁴⁷⁸.

Перекусив, в 14:30, они атаковали 152-ю осбр. Здесь пехоту прикрывал одинокий КВ, к которому было срочно переброшено еще два танка, скорее всего, тридцатьчетверки. К 15:00 немцы были вынуждены отказаться от своих намерений, и повернули назад в Яшкуль⁴⁷⁹. Впрочем, их передовая часть осталась в 4 км юго-восточнее Бор Худук, где и окопалась. В результате боя 152‑я осбр потеряла 19 человек убитыми и 42 ранеными, а также подбитый противником танк, у немцев было подбито 5 танков и повреждено 15 автомашин⁴⁸⁰.

Немцы отчитались об уничтожении 3 Т-34, 5 легких танков, 31 грузовика в Утте – Сянцике, а также гужевой колонны из 40–50 повозок и захвате еще примерно 50 лошадей и около 400 коров⁴⁸¹. Если повозки и скот они могли перехватить где-то в степи, то информация о потерях нашей бронетехники никакими источниками не подтверждается. Скорее всего, был проведен быстрый обстрел ремонтируемой техники и в список пораженной техники включено все, что немцы успели увидеть на рембазе в Утте.

Получив отпор у Утты, ударная группа 60‑го мп заночевала частью в степи южнее Утты, а частью прямо на дороге Астрахань – Элиста.

3 декабря моторизованные части немцев появились у зимовья колхоза им. Ширяева, в оперативном тылу 28‑й армии. Полковник Захаров в журнале боевых действий 28‑й армии фиксировал, что разведгруппы немцев силой от роты до батальона при поддержке 3–20 танков появляются в разных местах восточнее Яшкуля, разведуя местность.

Герасименко не стал рисковать направлять против маневренного врага какие-либо части и ограничился демонстративной активностью против ослабленного гарнизона Яшкуля. Этого вполне хватило, чтобы мехколонна противника ушла из-под Утты и вернулась за линию Тобрук.

В этот же день в 14:50 три наших самолета отбомбились и отстрелялись по позициям 899‑го сп. Из пяти бомб разорвались только две. Жертв, благо, не было⁴⁸².

Вообще, события отнюдь не напоминали триумфальное шествие. Несмотря на окружение 22-х дивизий у Сталинграда, вермахт держался достаточно уверенно. На юге 30 ноября 4‑й гвардейский Кубанский казачий кавалерийский корпус нанес удар в тыл моздокской группировки врага и к исходу дня 1 декабря вышел на дорогу Ачикулак – Моздок, 10‑я гвардейская кавалерийская дивизия овладела Новкус-Артезианом, Яманчой и завязала бои с противником южнее Ачикулака. 9‑я гвардейская кавалерийская дивизия вела бой за Иргаклы. 30‑я кавалерийская дивизия овладела Найко, Морозовским и вступила в бои за Сунженский. Но большего корпусу достигнуть не удалось. До 4 декабря казаки вели ожесточенные бои с моторизованными подразделениями немецкого корпуса особого назначения «Ф» (Фельми) и к концу дня 4 декабря отступили. Неудача постигла и 5‑й гвардейский Донской кавалерийский корпус. Опасаясь удара по своему правому флангу, корпус вынужден был также отступить.

Фронт на начало декабря 1942 года

Под Яшкулем положение также не упрощалось.

Силы 28‑й армии расположились следующим образом.

В Чапчачи рота 34‑й гвсд обороняла передовой опорный пункт. Сама дивизия Губаревича стояла напротив Дед-Хулсуна и Олинга, занимая так называемые Синие горы – группу возвышенностей, вытянувшихся с севера на юг в 5–7 км восточнее линии немецкой обороны. Западный рубеж оборонял 107‑й гвсп, юго-западный 105‑й гвсп. 103‑й гвсп был выведен в дивизионный резерв. Чуть восточнее, оперируя против немецких позиций на Арце-Хартолга, расположился 899‑й сп, а на астраханской дороге – 152‑я осбр. В тылу 34‑й гвсд находилась бригада Кричмана. У Хулхуты и Сянцика стояли основные силы 248‑й сд – 902‑й и 905‑й сп.

Отсутствие сплошной линии фронта вело к различным казусам. Заместитель командира 6‑й гвтбр по тылу капитан Ф. Василенко едва не накормил немецких пехотинцев, с полевой кухней подъехав к боевому охранению 60‑го мп. Примерно за сто метров от окопов Василенко сообразил, что что-то выглядит неправильно, и развернулся назад. Разочарованные пехотинцы повели огонь, продырявив кухню и оставив танкистов Кричмана без чая⁴⁸³. Во избежание ошибок Герасименко распорядился установить в степи указатели – «хозяйство Кричмана», «хозяйство Губаревича» и др.

«Танки с полной заправкой и полным боекомплектом стояли в окопах, над земляным бруствером возвышалась только башня. Экипаж был в готовности к ведению огня. Рядом с окопом находилось укрытие – землянка, накрытая брезентом, в ней жил экипаж. В землянке стояла самодельная печка, сделанная из бочки или канистры, ее топили соляркой, и поэтому печка страшно дымила. Когда не хватало воды, на печке в котелках растапливали снег, чтобы получить воду для умывания и питья»⁴⁸⁴.

Немцы располагали двумя десятками танков (6 Т-II, 12 Т-III и два Т-IV), шестью 76‑мм САУ и всего двумя дюжинами орудий. Грузовиками и мотоциклами дивизия была оснащена неплохо, а вот доля бронетехники на ходу сократилась до 25 % от штатного расписания⁴⁸⁵.

4 декабря 10 немецких танков из 116‑го тбат вышли восточнее Олинга. Они попробовали вклиниться между 103‑м гвсп и 3‑м батальоном 152‑й осбр, атаковав высоту 2.9 и 2.6. Отличился расчет 45‑мм орудия сержанта Васина, повредивший два танка.

Утром наша разведгруппа обнаружила в зимовьях колхоза им. Ширяева в 16 км к югу от дороги летучую группу 16‑й мд в составе двух танков, пяти бронемашин и грузовика. В 12:00 по дороге на Хулхуту прошла уже боевая группа в составе 10 танков и 50 грузовиков. Спустя пять часов она вернулась назад, заправилась водой в колодцах и ушла на Яшкуль⁴⁸⁶.

Постепенно стороны смещали свои действия в сторону от Элистинской дороги.

Фон Шверин решил потревожить позиции гвардейцев 34‑й гвсд в районе Чапчачи (23 км северо-восточнее Яшкуля). С этой целью была сформирована боевая группа в составе усиленной мотоциклетной роты гауптманна Венцеля и 2‑й роты 116‑го тбат лейтенанта Лехера.

6 декабря в 14:00 передовой отряд 34‑й гвсд обнаружил немецкий разведотряд – 6 танков и роту пехоты – продвигавшийся от Нюкюна к Чапчачам и заградительным огнем вынудил немцев повернуть назад. В направлении Чапчачи, Нюкюн был выдвинут летучий отряд 6‑й гвтбр – три Т-34, три Т-60 и десантная группа, разместившаяся на борту машин. После того как местность была разведана, 6 декабря в Дорт Чапчачи был размещен небольшой гарнизон: стрелковый взвод, танк КВ и два Т-34. Под Олингом гвардейские артиллеристы уничтожили полевую кухню 3‑го батальона 60‑го мп, оставив немцев без обеда.

В холодное утро 7 декабря в 12:00 из Чапчачи (6 км северо-западнее Дорт-Чапчачи) появилась немецкая мехколонна, скорее всего выдвинувшаяся из Чилгира. В ней насчитывалось семь танков, 23 машины и до батальона пехоты (та самая рота Венцеля). Мехколонна провела разведку боем против правого фланга 34‑й гвсд, но встретив огневое сопротивление, спустя час отошла назад⁴⁸⁷. Артиллеристы по итогам боя сообщили, что расчеты старшего сержанта П. Колодязного и старшины М. Волкова из 416‑го зенитно-артиллерийского дивизиона подбили в этом бою три танка.

Настроение немцев падало. Артиллерист 146‑го ап Эрнст Шверер записывал в дневнике: «Эта чертова война перемалывает кости как мясорубка. Нам уже полностью разбили морду. Наша дивизия, единственное соединение в степи, сейчас подчинена 4‑й танковой армии. Что нам здесь на самом деле нужно? Нам нужно выбираться из степей живыми и здоровыми. Мы очень на это рассчитываем»⁴⁸⁸.

Южнее дороги 248‑я сд выдвинула оперативную группу в Харгату, юго-западнее Утты. Здесь разместился взвод автоматчиков, оснащенный пятью ПТР и несколькими станковыми пулеметами. Ему был придан Т-34. Из Астрахани медленно продвигалась 159‑я осбр полковника Цыганкова. К 6 декабря она достигла Давсны. Почему нельзя было перебросить ее на грузовиках 34‑й гвсд – неизвестно. От пешего перехода бригада испытывала большие трудности. У нее отстала артиллерия и обозы, а продовольствия оставалось всего на два дня⁴⁸⁹. За время марша из 5023 бойцов бригады вышло из строя по причине заболевания 48 человек, еще пять дезертировали⁴⁹⁰.