Олег Шеин – Астраханский край в годы революции и гражданской войны (1917–1919) (страница 80)

Одной из первейших задач стало обеспечение блокады города со стороны реки. Две батареи были поставлены у Соленого Займища, еще несколько орудий – непосредственно вблизи Черного Яра. Активным артиллерийским огнем белые стремились прервать работу красной флотилии и сил снабжения, спешивших доставить в гарнизон боеприпасы.

Один из снарядов попал в катер, на борту которого находился начальник рейда Желиховский. Взрыв для него оказался смертельным. Были потоплены баржа – артсклад «Унжа», еще одна баржа с нефтью, буксир «Россиянин», тральщик «Бергзундт», повреждены плавбатареи № 1 и 2, тральщик «Матвей», госпитальная баржа «Русь».

Три канонерки – «Лезгин», «Коммунист» и «Товарищ Маркин» – без особого успеха пытались подавить эффективную работу белой артиллерии.

26 сентября противник, продолжая вести прицельный артобстрел, потопил баржу со снарядами и три небольших катера. Два буксира – «Матвей» и «Братья Сарафоновы» – вынуждены были выброситься на берег. К Черному Яру прорвался только катер «Калмычонок».

В районе Грачей – Никольского краснофлотцы сформировали речные силы деблокады: вооруженные пароходы «Коммунист», «Володарский», «Спартаковец», плавбатарею № 5 и штабное судно «Токарев».

26 и 27 сентября белыми были предприняты новые попытки штурма Черного Яра.

Нестеровский спокойно и хладнокровно руководил обороной, не упуская момента показать свою личную храбрость. В ночь на 27 сентября, после очередной неудачной кровопролитной атаки белых, Нестеровский взял всего 15 всадников местной караульной роты и с гиком помчался за проволочные заграждения на колеблющегося противника. Несмотря на сильный ружейно-пулеметный огонь, красный отряд заставил врага сдаться, взяв в плен 250 человек (!) при 2 пулеметах. Красные потеряли одного человека убитым и двух ранеными. Тем временем 30 сентября вспомогательная группа перешла в наступление из Никольского на Грачевскую. Преодолевая сопротивление противника, она заняла Грачи и Соленое Займище и 4 октября вышла на соединение с Черноярским гарнизоном. Казаки отступили, бросив пушку[1312].

На следующее утро, 5 октября, белые применили снаряды с удушливыми газами и повели контратаку. Им удалось отбросить 7-ю кд и 304-й сп 34-й сд к Грачам, вновь захватив Соленое Займище и в третий раз сомкнув кольцо вокруг Черного Яра. На этом активные действия прекратились до конца месяца.

Красный гарнизон снабжался по воде, а белоказаки разместились полукольцом, так и не сумев взять непокорный городок.

Астраханская казачья дивизия понесла большие потери и была сильно потрепана. Ее боевой состав сократился до 1600 сабель, 500 штыков, 40 пулеметах и 9 орудий[1313]. Пополнения не поступали, а немногие вновь прибывшие стремились дезертировать до первого боя.

30 октября красные части из Черного Яра и Грачей перешли в наступление. В течение суток блокада города была прорвана, а 1 ноября под Зубовкой был разгромлен и пленен 3-й кубанский пехотный полк белых. В плен было взято 835 человек, включая генерала, а трофеи пополнились пятью орудиями[1314].

Пленных отправили в Астрахань. Они выглядели как оборванцы, и все без исключения были босы[1315].

Война в воздухе: Черный Яр

Белое командование активно использовало авиацию. За штурвалами аэропланов сидели британские пилоты 47-го дивизиона RAF, прибывшие сюда с далекого Македонского фронта. Их аэродром был обустроен в Бекетовке. В группу входили пять летчиков и восемь летных наблюдателей (летнабов).

Первый вылет на Черный Яр состоялся 30 июля. Три самолета прошли вдоль траншей, побросав бомбы, после чего вышли на второй круг для фотофиксации результатов. Находившиеся на земле люди открыли огонь, в том числе из пулеметов. Самолет лейтенанта Эллиота и летнаба Лэдлоу был сбит и приземлился в 5 км от Черного Яра. Из города к месту посадки сразу же устремился отряд довольных кавалеристов.

На выручку оказавшимся в опасности коллегам пришел командир группы лейтенант Эндерсон.

Марат Хайруллин, автор замечательной книги о воздушных боях Гражданской войны, описывает спасательную экспедицию в самых ярких красках: «Несмотря на то что самолет Эндерсона также получил повреждения, летчик, не раздумывая, приземлился рядом с подбитым “Де Хэвиллендом”. Эллиот и Лэдлоу за это время успели поджечь машину. Митчелл уступил им свое место в задней кабине, а сам встал на нижнюю плоскость, ухватившись за расчалки. Эндерсон начал разбег, когда всадники со звездами на фуражках были уже в двухстах метрах. Видя, что добыча уходит, они открыли яростную пальбу из винтовок. Одна из пуль пробила топливный бак. Митчелл, не растерявшись, заткнул дыру пальцем. “Де Хэвилленд” с двойным экипажем тяжело оторвался от земли и, медленно набирая высоту, пошел на запад. До аэродрома предстояло лететь почти час, и все это время лейтенант Митчелл, весь залитый бензином, стоял на крыле, одной рукой держась за стойку, а другой закрывая течь в бензобаке. Любая искра, вылетевшая из выхлопной трубы, мгновенно превратила бы его в факел, но обошлось… За этот подвиг Эндерсон и Митчелл были награждены британскими орденами Distinguished Servise Order (“За отличную службу”)»[1316].

Таким образом, красные бойцы уничтожили один самолет противника и еще один повредили.

5 августа звено «С» в полном составе трижды атаковало Черный Яр, сбросив 67 бомб и расстреляв 2300 патронов. Интенсивные налеты на город продолжались до конца месяца.

На выручку Черноярскому гарнизону из Астрахани было переброшено два изношенных «Ньюпора», которыми управляли молодые советские асы Щекин и Коротков. Получив сведения о появлении соперников, англичане решили устранить эту опасность. 27 августа пара «Хэввилендов» совершила налет на аэродром, где стояли аэропланы Щекина и Короткова. Капитан Эндерсон, разглядев на земле палаточный ангар и стоящий возле него «Ньюпор», сбросил на них 112-фунтовую бомбу. Попадание было удачным: самолет загорелся, и пламя сразу перекинулось на ангар, который сгорел дотла вместе с находившимся там запасом топлива и вторым «Ньюпором». В своем послеполетном докладе английский пилот написал, что «огонь все еще бешено горел и через 30 минут после падения бомбы». Результаты бомбардировки подтверждает телеграмма Короткова в Астрахань: «Был совершен налет на Черный Яр двумя самолетами противника. От сброшенных на аэродром бомб сгорели оба наших самолета. Подняться в воздух не успели, потому что слишком поздно было сообщено о налете».

Красные летчики на время остались «безлошадными», но в сентябре на замену их сгоревшим машинам в Черный Яр доставили два новых истребителя, а затем прибыли и основные силы 47-го авиаотряда, освободившиеся в Астрахани.

Красные авиаторы вели разведку и осуществляли бомбардировку противника. В ходе одного из вылетов на борту самолета побывал сам Валериан Куйбышев, решивший лично осмотреть с воздуха обстановку под Черным Яром. Полеты эти были рискованными.

К противнику тоже пришло пополнение: звенья «В» и «С» были усилены звеном «А» капитана Слэттера.

23 сентября три английских самолета отбомбились по Черному Яру. Вылетевший им навстречу красный летчик отогнал бомбардировщики, но в результате налета погибли 11 красноармейцев и семь были ранены[1317].

30 сентября британцы прямо над Черным Яром сбивают Даниила Щекина, того самого пилота, что создавал им множественные проблемы над Астраханью. Самолет Щекина, прошитый пулеметной очередью, пикирует мимо колокольни Петропавловской церкви и падает в Волгу. Вместе с крылатой машиной погиб и героический летчик.

3 октября англичане предприняли сильнейший авианалет на Черный Яр, сбросив до 100 бомб. Был потоплен буксир «Демагог» и причинены повреждения вооруженным пароходам «Бела Кун» и «Товарищ Маркин», а также плавбатареям.

5 октября на Черный Яр сбрасывается 30 бомб[1318]. Бомбардировкам также подвергается станция Владимировка.

20 октября погибает Анатолий Коротков. Двигатель изношенного «Спада» глохнет, и машина врезается в землю. Прах летчика перевезли в Астрахань, и сегодня на старом кладбище стоит установленный ему памятник, хорошо заметный по пропеллеру.

Однако Щекин и Коротков выполнили главную задачу. Они остановили противника. К середине октября наступательный порыв казаков уже выдохся, и позиции защитников Черного Яра были тверды, в том числе будучи надежно защищены с воздуха. Последние попытки противника штурмовать город просто вели к бессмысленным потерям.

«Из расположения белых двигалась конница, – писал очевидец, – широкая полоса по всему горизонту. Мы залегли в окопе. А конница мчалась и была уже хорошо видна. Но вот перед фронтом их атаки появилось три наших самолета. Одна, другая, третья… Десятки бомб посыпались на головы белоказаков. Это были авиационные 5–10-фунтовые бомбы со шпорами, специально по кавалерии. В это же время раздались залпы из красноармейских окопов. Трудно представить, что делалось в рядах белоказаков, лошади дыбились, падали, задние налетали на передних…»[1319]

Владимирско-Баскунчакское направление

Со стороны Киргизской степи угрозу железной дороги создавал отряд полковника Бородина, по оценкам красной разведки располагавший 1500 штыков, 500 саблями, шестью орудиями, пулеметами и даже небольшим бронеавтомобилем[1320]. Однако эта группа не проявляла особой активности.