Олег Шаст – Обиженный вампир (страница 54)

— Жестко. Но вы все равно не успокоились и стали борцами за свободу?

Виктор снял очки и протер запотевшие стекла. Он перестал жадно хватать ртом воздух, но дыхание еще оставалось сорванным после бега.

— Нам предложили. Среди должников много недовольных своей судьбой. Какие-то зачатки движения уже были, а тут появились два идиота, которые осмелились открыто пошатнуть имперскую систему. Выдвинули идею гуманности и остались живы. В лагере мы стали знаменитостями и постепенно оказались во главе сопротивления.

— Связи. Не громко звучит? Или у тебя есть сторонники в крепости?

Виктор кивнул.

— Найдутся. Одиннадцать «героев» и семь прогрессоров. Они поддержали идею гуманности, когда о ней было заявлено, но открыто об этом не кричали и смогли сохранить положение.

— Уже неплохо, — потер я подбородок. — Кажется, ты еще говорил, про людей за пределами города?

— Да, — кивнул Виктор.

Он немного отдохнул и оживился.

— Наше движение постепенно разрастается. Постепенно из Переправного удается по одному выводить должников, которые организовали в лесу лагерь. Там сейчас несколько вольных охотников, пятеро «героев» и около двух десятков должников из бывших солдат империи.

— Кстати, а почему город так глупо назвали? — уточнил я. — Прибрежный было бы логичнее и красивее.

— Такой у нас уже есть в Постимперии а добавлять номер к названию, как делали в довоенных странах не красиво, — впервые за весь разговор улыбнулся прогрессор.

— Понятно, — ударил я по коленям.

Это было довольно удобно сделать, после приземления пятой точки тела на поваленное дерево. В отличии от своих спутников сидеть на холодной земле я не стал, а стоять надоело. Забочусь о потенции, между прочем, вдруг у вампиров от холода могут проблемы начаться? Мы таких экспериментов не ставили.

— Кстати, прогрессор, а в случае необходимости из твоих людей в лагере получиться ударная группа?

Виктор покачал головой и поправил очки.

— Их слишком мало. Но если найти хорошее место и ресурсы, смогу еще вывести сотню должников из города.

— Неплохо, — присвистнул я. — А что нужно для вывода?

— Время, — улыбнулся прогрессор. — Выводить придётся постепенно, чтобы стража не хватилась. Должников не особо считают и смертность никто не отменял. У нас как раз сотня мертвых душ по записям имеется. Сжиганием трупов тоже должники занимаются, поэтому если не спешить, никто даже не пойдет проверять, что мы сожгли. Мешок с дерьмом или тело.

— Понял. С местом для размещения людей и ресурсами для них постараюсь решить вопрос. Но максимум к весне будет нужна ударная группа. Чем больше, тем лучше.

— Если будет снабжение, отряд можно подготовить даже до сильных морозов. Среди должников много солдат, которые не забыли, как держать в руках оружие и что такое дисциплина. Ты ведь на крепость напасть собираешься?

Я кивнул, следя за реакцией догадливого прогрессора.

— Тогда до весны ждать нет смысла. В начале декабря лед на реке встанет и у крепости появляется уязвимость. Со стороны воды она защищена хуже, — поделился Виктор.

Сучий имперец. После таких разговоров его уже не хочется убивать. Ладно, посмотрим, что у нас получится сделать. Может, еще передумаю.

Мысленно я уже представлял, как «обрадуется» моя новая знакомая. Алина не особо охотно пустила в бункер Саню и Ваню, а тут сотня бывших солдат Постимперии и прогрессор-мятежник с немым «героем» в придачу. Эта сумасшедшая меня убьет.

Или мне придётся убить ее и занять бункер.

На удивление мысль не вызвала отторжения. А что? Вариант. С мутанткой мы знакомы недавно, поэтому ради достижения результата можно пойти на крайние меры. Действовать придётся наверняка. Если попытаться забрать бункер силой и не трогать девушку, она сбежит и начнет мочить моих союзников поодиночке и развешивать их кишки по елкам. Учитывая ум и хитрость Алины, оставлять ее в живых в случае конфликта будет большой глупостью.

Впрочем, будем надеяться, что до противостояния не дойдет. Вроде как у Алины тоже зуб на Постимперию, и она почти добровольно участвовала в нападении на их обоз.

— Все, надо идти дальше, — сказал Виктор, поднимаясь на ноги.

— Уже отдохнул? — уточнил я.

— Не особо, но, если долго сидеть, мне вообще перестанет хотеться куда-нибудь идти.

Какая здравая мысль. Удивил.

— Ох, — выдохнула Соня, вставая.

Ливси выпрямился с широкой улыбкой на лице. Если честно, с его страшной харей бойца довоенного клуба ММА, такая жизнерадостность немного пугает. Он там в своей башке случаем не представляет нас жаренными с яблоками во рту?

После отдыха, мы двинулись быстрым шагом. Погони вроде не было и тратить силы своих спутников на бег, чтобы потом слушать их нытье я не хотел.

Когда впереди показалась дорога, ведущая от реки к Запретному городу, все заметно приободрились. Наш отряд поднялся на заросшую насыпь и побрел к повороту на Заповедный поселок.

Только туда нельзя было тащить прогрессора и «героя». Их спалят. И если Виктор снял с себя метку должника, то у Ливси черное тату расколотой шестерни занимало пол хари. Надо ему тоже немного крови выделить.

Еще имперцам придётся купить новую одежду. В идеале бы достать пару довоенных комплектов пятнистой формы из бункера. Тогда парней можно представлять как очередных представителей Запретного города. Почему бы в его окрестностях не жить и людям, которые являются частью вампирского клана?

Кстати, почему я не додумался до такого варианта раньше? Идея замечательная. Поселить под боком людей и в обмен на защиту и помощь в возделывании земель получить от них донорскую кровь. Дерьмо, такая возможность пропала, ну ничего, вот разберусь с Постимпериям и построю новый дом с учетом открывшихся перспектив.

За формой для прогрессора мне идти стало тупо лень. Это надо переться к бункеру, огрести от Алины, и возвращаться назад. Долго. Не хочу. Посидят в лесу маленько, ничего с ними не случится.

Виктор не стал возражать. Если надо подождать — подождут.

За пару километров от поселка мы свернули с дороги и углубились в лес минут на двадцать неспешного хода. Соня решил вопрос с временным убежищем для имперцев и показала небольшую землянку. По словам девушки тут иногда ночевали охотники, которые не успевали вернуться домой, поскольку ворота в поселок открывали только днем. На этой неделе в землянке никто не должен появиться, а потом начнется перелет птиц на юг, и охотники выйдут стрелять отожравшиеся за лето тушки. Неподалеку как раз имелось подходящее место с большим прудом и широкой поляной. Самое то, чтобы стая усталых птиц приземлилась на ночевку под боком у хитрожопых охотников.

Землянка представляла собой кособокое строение, наполовину закопанное в землю. На крыше лежал толстый слой мха, а стены оказались утеплены еловыми ветками. Внутри простой стол из грубых досок, печка и два лежака. На полке нашлась чайная заварка, мешок вяленого мяса и немного меда. На перекус хватит, а потом, что ни будь придумаем.

Убедившись, что наши союзники устроились с «комфортом», мы с помощницей вернулись на дорогу и продолжили путь к поселку. Соня уже буквально валилась с ног от усталости, поэтому тихонько прижалась ко мне.

Серое небо над головой быстро светлело, ночь уходила, и приближалось утро. Раздались крики первых петухов со стороны поселка.

Когда мы вышли к воротам, уже рассвело. Я свистнул, привлекая внимание охотников. На стене встрепенулся задремавший часовой и, увидев, кто пришел, дал сигнал своим товарищам. Вскоре створки распахнулись, и мы с девушкой оказались в поселке, окруженные десятком охотников.

— Ты куда Сюню водил? Чего с ней удумал, вампир? Сейчас мы тебя тоже на кол посадим, будешь знать, как нашим девчонкам голову кружить! — посыпался ворох угроз и вопросов.

Охотники выглядели сонными и злыми, а на их харях отчетливо просматривалось желание мне наподдать.

— Не ваше дело! — вмешалось Соня.

Не ожидавшие такого поворота охотники удивленно на нее вытаращились.

— Задрали уже со своей опекой! Гуляли мы, я взрослая теперь. И не нужна ни кому. Меня же не хватились, наверное, пока сейчас не увидели, да? А как вчера выпускали наружу уже и забыли.

Забавно, но здоровые мужики начали прятать глаза, отворачиваться. Раздались неловкие покашливания, и пара крайних охотников тихонько смылась на стену.

— Так, мать же волнуется… — неуверенно пробасил один из сторожил.

— Это тебе приснилось или она сама сказала?

— Не дерзи! — пригрозил мужик пальцем, потеряв все аргументы. — А то выпорем!

Я хотел вставить свои пять копеек, которые бы точно разожгли конфликт, но Соня показала мужику язык, а потом схватила меня под руку и увела от ворот под ворчание охотников.

— Забей на этих придурков. Им обычно дела до меня нет, а тут вдруг решили заботливых куриц изобразить. Аж блевать потянуло.

Я ответил кивком головы. Что тут еще скажешь? Устала девушка.

Мы шли по поселку, который еще только начал просыпаться. Сонные женщины спешили накормить скотину, мужики рубили дрова, чтобы затопить печь, или просто курили, сидя на крыльце. Прямо идиллия, если не обращать внимания, что дома наполовину сделаны из хлама, который остался от городов прошлого.

Соня не захотела идти домой и попросилась переночевать у меня в избе. Она сказала, что не желает видеть мать, которая наверняка снова напилась и устроит скандал.