Олег Сапфир – Правила волшебной кухни 8 (страница 36)
— Я отправлю к вам одного человека, который в таких делах действует максимально эффективно.
— Психолога?
— Ну-у-у-у, — протянул я. — Можно и так сказать. Однако этот психолог очень узкого профиля. И этот специалист в некотором роде разбирается в криминальном мире и его порядках, поэтому не переживайте. Они с вашим мальчиком будут на одной волне. Главное! — тут я перешёл непосредственно к делу. — Главное, чтобы у моего специалиста был доступ к вам домой и ваше разрешение.
— Разрешение на что?
— Чистая формальность, — заявил я. — Смотрите, как мы поступим: прямо сейчас вы пойдёте в префектуру и найдёте там моего заместителя, синьора Аугуриели.
— Так, — кивнула синьора Росси.
— Объясните ему суть проблемы, а потому подпишете бумажку о том, что вы согласны на вмешательство в ваши дела, проникновение в дом, и так далее и тому подобное. При всём уважении, хотелось бы снять с себя ответственность.
— Да-да-да, — закивали София. — Я согласна. На всё согласна.
«Марину» синьора покинула чуть ли не бегом. Я же вернулся на кухню. Буквально с утра нам привезли новую паста-машину с объёмом чаши, — на минуточку! — в двадцать литров. Эта красотка в скором времени должна была уехать в заготовочный цех, но пока никакого заготовочного цеха нет, я не удержался от того, чтобы поиграться с ней. Насадки! Сколько же тут насадок! Я теперь за редким исключением могу вообще все виды пасты крутить!
Однако… не успел я даже распаковать моя чудо-машинку, как мне позвонил Аугуриели.
— Приходила синьора Росси, — сказал мой зам. — Все нужные документы оформили.
И ничего себе, как говорится. Она бежала, что ли? Или каким-то образом проехала по всем мостам и ступенькам на велосипеде? Ладно…
Спустя примерно полчаса в «Марину» зашла моя сестрица, и именно она-то мне и было нужна.
— Родители больше не появлялись? — уточнила Аня. — А то у меня что-то сегодня настроение бить отца наличествует. После вчерашнего разговора до сих пор осадочек остался.
— Нет, — ответил я. — Не появлялись. Но есть у меня работёнка, которая поможет тебе снять стресс. Интересно?
— Ну-ка, ну-ка…
— Нужно вразумить одного товарища. Он с чего-то вдруг решил, что он гангстер. Решил податься в криминал, стать преступников, рубить бабки и пугать людей. Мать вся в слезах.
— Та-а-а-к…
— А ещё он в какую-то игру постоянно играет. Как там синьора Росси говорила? «Военная Зона», что ли…
— «Зона Войны», — поправила меня Аня.
— Точно! А ты откуда знаешь?
— Так у нас Артёмка в неё рубился, — сестра пожала плечами. — Долго, между прочим.
— Знаешь… я как-то не особо сильно следил за его увлечениями.
— Хорошо тебе. А вот меня родители заставили его отучивать, когда тот вместо занятий артефакторикой начал в ней с утра до ночи пропадать. Помню, злым он тогда стал, нервным каким-то. На игроков, которые его убивали, проклятия насылал. Короче говоря, крыша у него тогда знатно потекла.
— А знаешь, что-то такое припоминаю, — согласился я, вспоминая Артёма Эдуардовича в самый расцвет пубертата. — Ну так что насчёт работы? Справишься?
— А ты сомневаешься? — улыбнулась Аня.
Деметрио — двадцати семи лет отроду, коренной житель Венеции и по совместительству мамин пирожок, прямо сейчас разложился звездой на своей кровати и пытался провалиться в сон. Всю ночь он играл в «Зону Войны», а потому малость бредил и всё никак не мог заснуть. Что плохо. Поскольку сегодня ему было нужно встретиться со своими друзьями и обсудить собственную роль в группировке.
Прямо сейчас Деметрио находился на самом дне иерархии и по факту являлся мальчиком на побегушках. Однако парень был уверен: ещё немного… ещё чуть-чуть, и он обязательно поднимется. И станет боссом мафии. Или вообще боссом боссов мафии! Однако сперва ему нужно выспаться.
— Вот… чёрт, — выругался Деметрио, когда у него зазвонил телефон. — Опять мать… алло?
— Сынулечка, тебе через час уже пора выходить на работу, ты же помнишь?
— Конечно помню.
— Это твой последний шанс, Деметрио, я тебя предупредила.
— Да-да, последний, — парень зевнул. — Я помню.
А следом сбросил звонок, переустановил телефон на беззвучный режим и отбросил его подальше. Идти на работу он, разумеется, даже не собирался. И как же здорово, если этот «последний шанс» действительно окажется последним в отличии от двадцати предыдущих. Ведь если он действительно будет последним, мать наконец-то отстанет от него со своей работой. Навсегда.
Деметрио перевернулся с бока на бок, снова закрыл глаза и наконец-то начал проваливаться в сон, как вдруг услышал знакомый звук.
— Пип. Пип. Пип…
Опять бред! На сей раз перевозбуждённый мозг подкинул ему пиканье бомбы из игры — ну прямо точь-в-точь.
— Мне что, разминировать бомбу надо? — пробормотал Деметрио и улыбнулся. А затем слуховые галлюцинации перешли на качественно новый уровень.
— На твоём месте я бы остановила таймер, — буднично произнёс женский голос.
— Да не, зачем? — Деметрио даже глаза не открыл. — Это всё не взаправду. Мне это всё просто снится. Сейчас пройдёт…
Парень снова поёрзал на постели, и снова попытался уснуть. Однако звук…
— Пип. Пип. Пип.
…никак не желал исчезать. И такой он отчётливый был, что в какой-то момент в голове у Деметрио что-то перещёлкнуло. Парень резко сел на кровати, открыл глаза и тут же…
— Да ладно⁈ — замер с раскрытым настежь ртом.
На полу, в полуметре от его кровати, лежала бомба. Точная копия той, что он десять тысяч раз разминировал в своей любимой игре. Шашка тротила, чёрный прямоугольник таймера с двумя кнопками, провода — всё как в «Зоне Войны».
— ДА ЛАДНО⁈ — от такого у Деметрио чуть было глаза не вывалились. — Мать постаралась, что ли?
— Нет, — ответил женский голос. — Не она.
Тогда парень повернул голову и увидел, как на подоконнике сидит молодая красивая девушка в чёрной одежде. Волосы собраны в пучок, глаза волчьи, а на губах лёгкая усмешка. Она сидела, скрестив ноги в лотосе, и спокойно смотрела на него.
— Ты кто такая?
— Я та, кто смастерил эту бомбу. А предназначена она для того, чтобы тебя немножечко разбудить. Или нет? Или да? Кто знает? Но на твоём месте я бы нажала на кнопку деактивации.
Деметрио задумался. Перебрал в уме все возможные варианты, и остановился на том, что эту девушку всё-таки подослала его настырная матушка. Ну сколько же можно⁈
— Знаешь? — усмехнулся парень. — Такими детскими разводами меня не взять. Ты хоть знаешь, к кому ты пришла? — тут он наконец-то поднялся с постели и зашагал к подоконнику. — Слышишь⁈ Ты знаешь, к кому ты пришла⁈ Ты хоть знаешь, как меня называют в банде⁈ Не знаешь! Но если сейчас же не уйдёшь, то узнаешь не только «как», но ещё и «почему»! И будешь знать, что бывает с теми, кто мешает мне отдыхать! А теперь пошла отсюда! И игрушку свою забери!
Деметрио схватил бомбу и швырнул её в девушку. Та в свою очередь как-то невероятно лениво увернулась, и бомба вылетела из окна. Пролетела над узкой улочкой, булькнула в воду канала, а в следующий момент… взрыв! Мощный, громкий, такой что стёкла во всём здании задрожали.
— Да ладно⁈ — выпучил глаза Деметрио. — Это что такое сейчас было⁈
— Ну вот видишь, — пожала плечами девушка. — А ведь она могла здесь взорваться.
— Ты совсем безумная⁈
— Ну а что такого? — девушка соскочила с подоконника и начала расхаживать по комнате. — Ты же говорил, что ты практически босс мафии. И… кстати. Я этот фильм тоже видела. Мог бы свои собственные фразы придумать, а не передирать всё один в один. Ладно! Одевайся, собирайся, поплывём на работу.
— Чего⁈
— Твоя мать сообщила префекту, что ты очень плохо себя ведёшь. А я как раз из структуры, которая следит за такими вот непослушными детишками вроде тебя. За хулиганистыми мальчишками, которые норовят сбиться с пути. И хватит на этом. Давай-давай, вперёд, пора трудиться.
— Я⁈ — хохотнул Деметрио. — На работу⁈ Да никогда!
Росси понимал, что ничего ему не будет. Никто ему ничего не сделает, и не заставит идти ни на какую работу. Сон спугнули — это да, но не более. А потом он просто отмахнулся, сел за компьютер и начал включать «Зону Войны».
— Ты всё-таки плохо понимаешь, к кому тебя послали, — сказал он через плечо своей таинственной гостье. — Мне однажды один хам слово кривое сказал, так я от него живого места не оставил. Ты смотри, я нервный…
Деметрио включил загрузку, а потом повернулся на стуле и продемонстрировал свои татуировки.
— Я опасен! — заявил парень. — Ты знаешь вообще, что такое — четыре месяца заниматься боксом⁈ Ты знаешь, на какие вещи я способен⁈ А ведь я ещё две недели на капоэйру ходил! И три дня на карате!