Олег Сапфир – Правила волшебной кухни 4 (страница 4)
Дальше я включил духовку кочегариться на максимальную температуру, а сам пока что занялся маринадом. Варёно-копчёной колено «А-ля Тяп-Ляп» оставим для дешёвых пивных, а я должен отдать лепреконам настоящий кулинарный шедевр. А потому никаких кастрюлек! Только хардкор! Только фольга и многочасовое томление в собственном соку, чтобы ни капельки вкуса не ушло мимо.
Итак — в огромной миске я замешал оливковое масло, мёд, соевый соус и два вида горчицы. Плюс тимьян, чёрный перец, чутка копчёной паприки. «Но где же чеснок?» — спросит меня гипотетический наблюдатель, а я ему отвечу: «будет».
Чеснок уже стоит в духовке и запекается прямо в шкуре, разделённый на нечищенные зубчики. Времени у меня будет много, так что потом я просто выжму готовые зубчики, присолю их, размешаю в пюре и смажу этой красотой уже готовое изделие, чтобы… чтобы…
— Р-р-р-р, — я аж зарычал, представляя как это будет вкусно на выходе.
Последний штрих — дать руленькам корочку на гриле, замариновать и убрать в духовку. Всё.
— Всё ещё работаешь? — в дверях появилась заспанная лохматая Джулия в одной ночнушке. — Может, помощь нужна?
— Нет-нет, — отказался я. — Иди лучше спи.
— Сейчас, водички только попью…
Итого к трём часам ночи всё было готово. Мы с Женеврой собрали всю снедь по ланчбоксам, растолкали Петровича и отправили бородатого курьера в клуб. А у меня что-то сна вообще ни в одном глазу.
— Хм-м-м…
И тут мне пришла в голову гениальная затея. Я же хозяин чердака, верно? Верно. Так почему бы мне не сходить в «Джентльменский Клуб» на инспекцию? Интересно же!
Долго прикидывать все «за» и «против» я не стал, и уже через пару минут, осторожно приоткрыв вход в ресторан, выскочил на улицу. Ночной Дорсодуро встретил меня густым туманом, подозрительной тишиной и…
— Ой, — я аж назад отшатнулся.
Туманом, тишиной и статуей. Прямо у входа в «Марину» путь преградила огромная каменная статуя, изображавшая паукообразное чудовище с крылышками. Мерзкая тварь с множеством лап, панцирем и оскаленной мордой. Горгулья, короче говоря, вот только какая-то неправильная. Арахногулья.
— Интер-р-ресно, — вслух сказал я. — Ситуация.
Что интересно — тварь была абсолютно неподвижна. Камень как камень. Но я буквально кожей ощущал исходящий от неё рык. Глухой, низкий, угрожающий. И что-то мне подсказывало, что монстр передо мной не просто кусок мрамора.
— И с какого же здания ты сбежала, уважаемая горгулья? — спросил я как можно более миролюбиво. — И зачем собиралась залезть в ресторан?
Рык усилился, а статуя как будто бы стала ближе и больше. Или мне это только показалось? А я смотрел на неё и думал, как бы мне выйти из этой ситуации без потерь. Драться с каменной тварью? Успокаивать её? Убеждать? И тут меня осенило:
— Уважение, — вслух сказал я. — Всё нужно делать с уважением.
Тогда я поклонился статуе — не сказать чтобы низко, но вот прямо со всем почтение. Про себя просто признал её право стоять там, где ей хочется, бочком обошёл её, отвернулся и пошёл своей дорогой.
Рык пропал так же внезапно, как и появился. Обернувшись на секунду, я понял что статуя исчезла и добрым словом вспомнил дона Базилио. Всё-таки старичок понимает, о чём говорит, и маразм тут не причём. В Италии уважение действительно имеет большой вес. И даже с каменными статуями работает.
Итак. Можно было бы пройти на чердак через вход в палаццо по общей лестнице, но я решил пойти другим путём. По водосточным трубам на крышу, а дальше в разбитое окно. Хотелось до поры до времени сохранить инкогнито.
Интересный момент — снаружи окно без рамы зияло чёрной пустотой, но стоило мне пролезть в него, как я тут же оказался в эпицентре шумного веселья. Магия скрытности, магия шумоподавления и, по всей видимости, что-то от неведомой нечеловеческой пространственной магии. Ведь чердак внезапно стал куда просторней, чем я его запомнил.
И даже в таком вот растянутом состоянии он оказался полностью забит. Не людьми. Точнее… парочку человеческих фигур я увидел, но это ещё ничего не значит.
Атмосфера в «Джентльменском Клубе» царила поистине удивительная. Куда не посмотри — везде интересно. Вон крутится рулетка, вон за несколькими столиками нечисть режется в покер, а вон откуда-то бильярдные столы взялись. В воздухе стоит сигарный дым. Слышен хохот, стук кия об шары и нетерпеливое перебирание фише. Кто-то с кем-то спорит, кто-то с кем-то обнимается, всё как у людей.
И тут я понял, что лепреконы мне не соврали. Всё-таки это не казино. Это именно что джентльменский клуб, и азарт здесь не самое главное. А главное — пространство для общения с такими же, как и ты сам.
Тут же я заметил ещё одну странность. Некоторых посетителей я… видел, но не видел. То есть знал, что они тут есть, чувствовал их присутствие, слышал голоса и смех. Но взгляд упирался либо в пустоту и парящий в этой пустоте бокальчик с виски, либо в клубок тумана, либо в сгусток чёрной энергии, из которой одни только глаза и мерцали. Кто-то представлял собой просто розовое марево, а кто-то переливающийся всеми цветами радуги силуэт. Сущности просто не хотели, чтобы их видели. Они не разрешали мне.
Хм-м-м…
А может дело в другом? Ещё раз обратившись взглядом к человеческим фигурам, я понял что это мои знакомцы. Те самые мычащие мокрые ребята, под стульями которых собираются целые лужи. Мужики с пресными опухшими рожами бродили вокруг бильярдного стола, потягивая пиво. И может статься так, что я вижу их исключительно потому, что уже знаком с ними.
Или да? Или нет? Не понимаю.
Стол с рулеткой полностью оккупировали домовые. А у камина — откуда тут взялся камин? — собрался просто кружок по интересом. Тёмные силуэты, затянутые дымкой неизвестности, неторопливо потягивали сигары и о чём-то общались.
— Свинячий сын! — вдруг услышал я.
Повернул голову в сторону крика и вдруг увидел за покерным столом феечку. Маленькую такую, красивенькую, в серебристом платье и с крылышками. С крылышек, к слову, обильно падала пыльца. Стопка фишек была выше неё самой, а рядом с ними в пепельнице дымилась сигара.
— Мать вашу! — выругалась феечка и подошла к сигаре.
Что есть мочи она раззявила рот и… ну не знаю. Курение в её исполнении выглядело так же, как если бы я попытался откусить жопку от целикового батона мортаделлы. Что-то из разряда альтернативной физиологии.
— Жёваный крот того казино! — феечка выпустила дым ноздрями, а потом в её руках откуда ни возьмись очутился нож-бабочка, которым она начала вращать. — Вы чо, дебилы⁈ Этот сидит, колоду чешет, этот говорит: «я тебе тоже сейчас раздам»… ты кто такой, чтобы это делать⁈
— Ну, — замялся сосед-лепрекон. — Я всегда это делал…
— У вас дилер есть, чтобы это делать на моих глазах, дурак ты грешный!
— Но ведь…
— Дурила ты гороховая! — всё шустрее вращая ножом, феечка зашагала в сторону лепрекона. — Как карты могут быть разложены в другом порядке⁈ Ты на моих глазах колоду распечатал! Вы где их берёте, черти⁈
И тут вдруг:
— Стоп! — феечка резко повернулась в мою сторону. — А что тут делает человек?
Тишина наступила мгновенно. Все, кто был в зале — и видимые, и невидимые — разом повернулись в мою сторону. Сотни глаз уставились на меня, а фея позабыв про горе-дилера теперь наставляла свой ножик на меня.
— Человек, — с омерзением выплюнула она. — Ты как сюда попал? Я тебя сейчас на фарш пущу!
Фея спрыгнула со стола и, смешно перебирая ножками, двинулась в мою сторону. Правда, не дошла… увязла в ковре с высоким ворсом и теперь грязно материлась прямо из него. Я же чувствовал, как ситуация накаляется. И потому надо бы разрядить:
— Джентльмены и феечка! — крикнул я. — Продолжайте заниматься тем, чем занимались! На меня не обращайте внимания, иначе останетесь голодными!
— А-а-а, — протянул кто-то. — Маринари, — по залу прокатился выдох облегчения и гул мгновенно вернулся.
Фея тем временем выпуталась из ковра, злобно зыркнула на меня, но нож убрала. Погрозила мне пальцем, мол, я за тобой слежу, и потопала обратно за стол разбираться с происхождением игральных карт.
А ко мне сквозь толпу тем временем уже приближался Шон.
— Здарова, начальник, — вместо рукопожатия он зачем-то похлопал меня по колену. — А ты чего припёрся-то? Не доверяешь? У нас всё на мази так-то.
— Доверяю-доверяю, — улыбнулся я. — Но проверяю. Считай, что к вам инспекция нагрянула. Проверка качества обслуживания, так сказать.
— Понял, — кивнул Шон. — Ну тогда давай проведу, покажу, как тут всё устроено…
И мы пошли. Шон бормотал что-то про оборот, рейк, новые столы и про то, что домовые требуют выделить покерный столик для игры в «мафию», а он против, и таких игр в его клубе не будет. Я же слушал вполуха, всё как-то больше доверяя собственным глаза, и просто наблюдал за жизнью клуба. Около одного из столиков заметил сгусток фиолетового тумана, который на скорость вкидывал в себя профитроли. Порция за порцией, порция за порцией — профитроли засасывало в невидимую мне пасть, а вокруг сгустка тем временем собиралась целая гора грязной посуды.
— Ничего себе аппетит, — прокомментировал я.
— Ага, — кивнул Шон. — Кстати! В следующий раз мы Петровичу в заказе пометку сделаем, чтобы все порции в корыто какое-нибудь скинул…
— Отставить корыто, — возмутился я. — Мы что, животных кормим, чтобы из корыта есть? Посуду помыть — помоем, не проблема. А эстетика должна присутствовать, это неотъемлемая часть поварской работы. Так что не разрешаю, уж извини.