Олег Сапфир – Инженерный Парадокс 9 (страница 21)

Пленник в ответ, покрывшись испариной, замотал головой, с ужасом смотря на прибор.

— Какой ты молчаливый, — не без иронии отметил Алексей. — Лучше бы ты, щ-щ-щенок, молчал, когда я делал вам щедрое предложение. И не корчись: десять процентов — огромные деньги. По сравнению с их отсутствием и тратами на лечение… Если, конечно, выживешь, — ухмыльнулся Дуров.

Подошёл к предусмотрительно зафиксированной ладони пленника и начал рассказывать. Не для самого мальчишки, который, похоже, почти свихнулся от страха, а для его дядюшки.

— Этот прекрасный прибор чистит грязь под ногтями. Может чуть глубоковато, конечно… Но эффект потрясающий. И я очень надеюсь, когда мы его с тобой проверим, ты станешь разговорчивее. А то я так до сих пор не знаю, какие чудесные ощущения испытывает человек, с которым работают этим маникюрным прибором. Кстати, гордись: ты вошёл в когорту избранных, которым делал маникюр сам барон Дуров! — маньячно оскалился Алексей, вонзая иглу.

Правда эффектом стало то, что бешено дёрнувшийся, несмотря на фиксаторы, парень сорвал ноготь целиком. Всхлипнул и обмяк, явно потеряв сознание.

— С каким мусором приходится работать? — риторически спросил Алексей, посмотрев на потолок. — О, отец, полюбуйся… — обернулся он на звук открывшейся двери.

А в допросную буквально вкатился невысокий, полный человечек средних лет. На лице у него читалось родство с Алексеем, вот только это лицо было искаженно бешенством.

И с шипящим криком «с-с-сука!» он… наотмашь ударил Алексея по уху, для чего ему пришлось слегка подпрыгнуть. И несмотря на, казалось бы, смешной удар, который должен бы откинуть самого бьющего, Алексея буквально снесло с места, кинув к стене.

— За что, отец?.. — вскричал он с пола, придерживая ухо, но тут же короткий и на вид не серьёзный пинок по животу подкинул его над полом.

— «За что?», говоришь, сучёныш⁈ За что?!! — приговаривал старший Дуров, нанося удары, следы от которых стали появляться на его сыне — рассечения, багровеющие гематомы. — Зря это… — вдруг остановил избиение он.

— Са фто ы так⁈ — чуть не плача, спросил Алексей, шепелявя прорехами вместо зубов и смотря на отца на удивление схоже с недавним взглядом своего пленника.

— Ты, недоумок, угрожал Фёдоровым на неделе, — закрыв глаза, ровным тоном произнёс Дуров, но вдруг открыл глаза, бешено взревев: — Какого дьявола ты грозил спалить их производство?!!

— Я… шпалить не опещал… гофорил что хрупко всё…

— Договорился. Завод Фёдоровых вчера сгорел до основания. И знаешь, чья гвардия штурмует поместье⁈

— Но это не я…

— Я это знаю. Ты это знаешь. Хочешь объяснить это Фёдорову? — как бы в дополнение к словам Дурова свет мигнул, а стены низко завибрировали.

Избитый Алексей же только помотал головой, пытаясь придти в себя и понять, что делать. Избиение было жёстким, но Дуровы были крепкими — Дар физической силы и крепости.

— Што телать, офец? — взяло он себя в руки, начав подниматься.

— Не трепать языком поганым, головой думать! — рявкнул Дуров, но вздохнул. — Ничего не сделаем. Уходим из особняка: гвардейцы долго не продержатся, если ещё остались.

— А этот? — указал Алексей на пленника, обмякшего в кресле.

Из уголка рта последнего сочилась тонкая струйка крови, голова обессиленно висела. Дуров-старший бросил взгляд и махнул рукой.

— Сам сдохнет. Уходим!

И через минуту в подвале оставалось только прикованное тело, вызывающее сомнения в том, живо ли оно. Но вдруг оно дёрнулось. Распрямилось, изогнулось по-новому и… вывернуло руки и ноги из фиксаторов зажимов.

Таким образом, что конечности должны были непременно сломаться — но этого не происходило. А гротескно и невозможно изогнутое тело энергично поднялось.

И мало того, что оно было не похоже на человека, так ещё и лицо его начало буквально перетекать в другое! А это существо скинуло на пол окровавленную одежду, и открыло сумку… в собственной плоти!

— Кажется я облажался, — произнёс сам себе этот всё-таки человек, протирая ставшее нормальным, хотя и явно отличным предыдущего, более крупным и мускулистым, тело. — Правда, непонятно в чём. И что докладывать? — задумался он. — Вроде и хорошо: эти Дуровы в бегах и проживут недолго. Но полгода работы псу под хвост! И дело-то… — а вот на последнем метаморф замер, задумавшись.

Просто он, несмотря на досаду из-за потраченного времени (риск агент не считал — это было нормой в его ремесле), не «провалился». Дуровы лишились своего бандитского логова, даже если и выживут, то их сможет задержать обычная жандармерия.

Ну а если покинут Империю, то, как говорил его начальник — «кобыла из возу — толкать легче». Просто «месть», как её ни назови, возмездие или справедливость, не была задачей Имперских служб. Им нужно было поддерживать стабильность здесь и сейчас, и покинувший Империю преступник был, в общем-то, успехом.

— Одно обидно — кроме звиздюлей, от этого урода я ничего за работу не получил, — наконец, хмыкнул метаморф, решительным шагом направляясь из допросной.

Федя после моего заявления о найме пришёл ко мне с выпученными глазами и вопросами, не надо ли мне к Эскулапу.

— К Эскулапу не надо не только мне. Эскулапу я тоже не сдался, — хмыкнул я. — Просто, Федь, корпорация не может быть «союзником рода», по закону.

— Сословные ограничения, понимаю. Но как можно нанять свою корпорацию?

— Элементарно. Вот я, как граф Мехов, союзник баронов Вятских, беру и нанимаю. Мой статус как основателя корпорации Гараж в данном случае совершенно не важен. При этом есть возможность дать по шее нападающему на Вятских, не нарушая законы, постановления губерний, а главное: не вступая с ним в объявленный военный конфликт.

— Так сам нападающий объявит конфликт. И когда тебя это волновало, Марк?

— Вообще-то всегда, Федя. Мне и корпорации совершенно не нужны лишние неприятности — у нас дел куча. И всегда, когда мы действуем жёстко — это происходит вынужденно. Либо нужно в конкретной ситуации, либо нужно в целом, для отпугивания идиотов… Ну, почти всегда и в идеале нужно, — уточнил честный я. — Сейчас же ситуация такая: у Вятских не осталось имущества в Новгороде, но это для них и торгового дома некритично. Кстати, войну им никто не объявлял, вот только старые враги активизировались, стремясь захватить имущество вне столицы. И в таком раскладе Гараж выступает как гарант безопасности и охрана. При этом претензии могут быть только ко мне, причём только у кровников Вятских. У губернских чиновников их быть не может даже теоретически, ни ко мне, ни к корпорации. А при найме были бы стопроцентно.

— Странно. А почему этой лазейкой не пользуются корпораты?

— Пользуются, вообще-то. Просто крайне редко: зачем защищать род и Торговый Дом, когда его можно поглотить, интегрировать в свою структуру? Это и выгоднее и, скорее всего, вообще не будет никакого конфликта.

— Ну да, нам поглощать Вятских смысла нет.

— А они, как транспортный партнёр и посредник — крайне выгодны. Так что пусть будут, — кивнул я.

Самое забавное, что никаких конфликтов в Новгородской губернии не случилось: небольшим мобильным (на хорошей технике, конечно) отрядам Гаражных достаточно было «побряцать оружием».

Запросы в Геральдическую Палату насчёт Меховых посыпались дождём, но это были единственные последствия. Даже формально вражды мне никто не объявил. И, в идеале, вся эта благотворительность закончится через пару недель: товары Вятских прибудут к покупателям, будут реализованы, и Стальная Вязь займётся восстановлением порушенного.

Но наиболее важным моментом является то, что хотя потери у Стальной Вязи не маленькие, это даже не пять процентов имущества Вятских, а меньше. Основные ценности вложены у них в товары и средства их доставки.

Впрочем, чёрт бы с ним: у меня на очереди была очередная, чтоб её, разработка. Диверсионные действия показали свою крайнюю эффективность, я даже не ожидал. Хотя и сердце кровью обливается от того, что приходится разрушать то, что можно затрофеить.

Но тем не менее, нужны наработки для того, чтобы именно нанести максимальный ущерб малыми силами. При этом не подставляясь и, в идеале, вообще не оставляя следов. А это не просто кусок мощной и труднообнаружимой взрывчатки.

Это кусок мощной и труднообнаружимой взрывчатки с методом её доставки куда нужно, системой ориентирования и связи — а то занесёт платформу диверсионного заряда на какой-нибудь утренник в честь тезоименитства Его Величества, он и подорвётся. В смысле заряд, а не Император. Неловко получится, придётся даже мучиться муками совести, минут пять, а то и все четверть часа!

Чего мне делать категорически не хочется, так что пришлось дорабатывать взрывделей, брать платформу камнегрызов и упрощать-уменьшать, доделывать паучка… Да и обычные беспилотники допиливать. Причём требований куча, и даже не всегда в базах находилось оптимальное решение — ну это когда я находил его в своём могучем интеллекте, и выходило лучше, чем из баз.

Что случалось нечасто, но было, внушая законную гордость. И несколько смиряло с тем, что я опять занимаюсь какой-то хренотенью, которую в космолёте даже теоретически не применить. Ну разве что как особо утончённый способ массового самоубийства: для не особо утончённых будет куча гораздо более простых и эффективных способов.