Олег Сапфир – Инженерный Парадокс 9 (страница 20)
И уже через три часа из Гаража выдвинулся отряд. Без опознавательных знаков, прекрасно вооружённый. Ну и миновавший границу с Верхним городом через техкоммуникации, и добравшийся до места проведения операции… на общественном транспорте. Вообще — наглость, конечно, но уж очень красиво подставлялась одна из корпораций, с важнейшим складом готовой продукции.
А тяжёлое оружие и броня нам были просто не нужны, лица скрывали маски — помнится, была с ними забавная история, которую рассказывал дядюшка Карл. А именно: чиновника, ввёдшего указ штрафовать подданных за сокрытие лица, повесили за шею. Даже не за то, что он подвергал опасности подданных — маски-то, как понятно, скорее носят защитно-медицинский характер.
А за то, что он огульно перечислил ВСЕХ подданных Империи к преступникам, требуя от них «предъявлять» просто потому, что ему так удобно. Подобное допустимо к осуждённым или хотя бы прямо обвиняемым преступникам, а никак не к честно платящим налоги подданым, наставительно вещал дядька. И в общем — был прав.
Я же в рейде фактически не участвовал, будучи занят… арендой складов в том же складском комплексе, что мы собирались атаковать. Хотя для того, чтобы сделать всё чисто — без работы Икси не обойтись. И в результате, к моменту атаки, защитные системы складов были выведены из строя. А бункер охраны со стрелковым оружием (условие владельца складского комплекса, насколько я понял) были… просто заперты. Банальными стальными засовами — теоретически автоматика их бы просто сломала, но она не работала.
А складские работники поняли, что происходит нападение, только тогда, когда водителей из разгружающейся колонны бойцы стали просто вырубать и выкидывать из машин. Вообще «захват» занял две минуты и заключался в запирании работников, которые даже не пытались сопротивляться (корпораты, а за сопротивление им не платили) в ими же очищенном от товара складе.
В общем, время было чертовски удачное: месячный результат производства достался нам. Да ещё и транспорт… который нам не достанется. И металл, и металлоконструкции… не покинут складской комплекс. Пользуясь тем, что запись на территории комплекса не велась, а праздных зевак не нашлось, мы просто перевезли грузовики на пару сотен метров и разгрузили их в свежеарендованном складе.
Подозревать владелец складов это место, конечно, может. Но вламываться и проверять девяносто девять процентов не станет: контракт об аренде типовой, ну и если с угоном транспорта (а не ограбления складов, важный момент) репутация владельца справится, то с «вскрытием» им же сданного в аренду склада — однозначно «нет». Не станет он копаться у нас, подвергая весь свой бизнес опасности.
А с самого складского комплекса, управляемые бойцами, в разные стороны разъехались пустые грузовики. Которые были просто брошены на улице, а бойцы через час были в месте сбора. А через два — мы уже были в Гараже.
Ущерб мы нанесли миллиона на полтора. И хотя воспользоваться добычей мы не сможем ближайшие месяцы, но она не пропадёт и принесёт прибыль.
А вот дальше начались чистые диверсии: везения с погрузкой-разгрузкой больше не подвернулось, так что мы начали бить даже не в склады, а именно в производство металлоконструкций. Взрывы на автоматизированных производствах, аварии имеющие вид техногенных на производствах с людьми.
И через дюжину часов в Новгороде просто не осталось рабочего металлообрабатывающего производства, кроме нашего. Не вообще, само собой: были и Имперские Кузни, были и собственные производства корпораций, но вот металлоконструкции в Новгороде стало можно заказать только у нас.
Да и просто стали и металлы после литейных становились если не дефицитом, то взлетали в цене ощутимо. И из-за естественного ценообразования, ну и из-за транспортных расходов. При этом прямо обвинить Гараж, очевидный выгодополучатель, никто не сможет: следов мы не оставили, сработали чисто. Да и почти без жертв, что очень даже неплохо: работяги, приносящие прибыль врагу, конечно, не друзья.
Но убивать именно их совершенно не этично. Не говоря о том, что они высоковероятно потеряют доход и, как следствие, работу: во всех контрактах прописывался форс-мажор и отпуск «за свой счёт». Оплата простоя была разве что в Имперских кузнях, ну и у нас, в Гараже.
С чего у Империи — в общем понятно. А у нас — обеспечить работой сотрудников задача корпорации. И если работы нет — то это не вина работников и честную ставку они получат.
— Марк, звонил глава жандармского управления, — сообщил мне уже ближе к ночи Федя.
— Обвинял?
— Нет, — хмыкнул он. — Просил прекратить эту хрень. В том что это мы — он не сомневался…
— Ну это довольно очевидная вещь. Хотя он тот ещё козёл… Хотя может и сменился, не следил. Но чего звонил то? Просто «перестаньте»?
— Считай что «да». «Да вы достали подкидывать моему управлению „висяки“, имейте совесть!» — явно процитировал смеющийся Фёдор.
— Икси, глава управления менялся?
— Да, Марк. Прошлый глава, подписавший документы о вашем розыске, под трибуналом.
— Хм-м-м… ну то, что он взяточник — я почти уверен. Но есть у меня смутные сомнения. Ты с Артемием часом не приложили к этому руки?
— Исключительно в качестве тренировки, Марк! Я не посчитала возможным отвлекать…
— Да я, в общем, не против, — признал я. — Просто на будущее — «считай возможным».
— Хорошо, Марк.
— И кстати, Марк, шесть звонков от наших бывших клиентов.
— Неудивительно. Вот только знаешь, Федя…
— М?
— Перезаключай с ними контракт на полгода, с рыночной, не фиксированной стоимостью.
— А остальным?
— По нашему стандартному тарифу. Просто и деньги не помешают, но главное: лояльных клиентов надо поощрять.
— Удерживанием цены?
— А чем не поощрение?
— В общем — «да». Но цены сейчас взлетели в шесть-восемь раз.
— Нормально, Федь. В текущих реалиях проблем с клиентами не будет.
— А с Империей, как монополисты?
— А мы не монополисты. Вот если бы мы разнесли рудники, как делали совсем недавно — тогда «да», это стратегический важный для Империи ресурс, если без объявления войны — таких бы искали долго. Но пострадало именно производство, некритичное — обработка есть и у корпораций, и у Кузен. Да ещё почти без жертв: это не угроза безопасности Империи, а мы не получаем монополии даже регионального типа. Так ещё и расследования толком не будет. Недаром жандарм ныл про «висяки», Федь. Этим просто никто не будет заниматься, а такие дела будут портить жандармам отчётность.
— Хорошо, сделаем, — довольно потёр руки Федя. — Ближайшее время Гараж будет с хорошим профицитом, даже запасы возможно получится сделать. Получится же? — вопросительно взглянул он на меня.
— Скорее всего «да», — прикинул я. — Хотя сам понимаешь, агрессивных придурков хватает. Да и счастливчики ещё эти.
— Понимаю, — кивнул Федя и покинул мастерскую.
А я задумался. Вятские такими темпами просто перестанут существовать. Как торговый Дом — точно, а есть вероятность что и физиески. Но это удобные выгодные партнёры. А их атака явно связанная с нами. Это не вина или что-то такое, «просто бизнес». Но помочьвыгодному партнёру сам я велел. Нам их торговые связи огого как нужны.
Подумал и набрал личный номер Кирилла, младшего Вятского.
— Примите соболезнования, господин барон. И поздравления, что ваш отец идёт на поправку.
— Откуда вы… Впрочем, благодарю и приветствую, господин граф.
— У меня к вам, к роду Вятских, есть предложение, от которого вы вряд ли откажетесь.
— И какое же? — явно напрягся парень.
— Военный союз между родом Мехов и родом Вятских. Договор о взаимопомощи, официальный, с фиксацией в геральдической палате.
— Что вы за это хотите, граф? — резко спросил Вятский.
— В общем — ничего. Кроме того, чтобы Стальная Вязь продолжила работу.
— Но союз с корпорацией не фиксируют в Палате!
— Союз рода и рода, господин барон. Меховы и Вятские.
— Не понимаю зачем это вам… Но не откажусь. Помощь нам очень не помешает.
Через час Вятский подписал со мной договор-ряд, отказался от гостеприимства и уехал. Видимо занят в своём убежище тем, что спасает то, что осталось от их торгового Дома.
А я набрал Феде, обрадовав того новостью:
— Федь, я как граф Мехов желаю официально нанять Гараж, для защиты моих родовых интересов.
— Чего?!! — такой крик стал мне ответом, повеселив.
Глава 8
Алексей Дуров, одетый в щегольский кожаный костюм в обтяжку, брезгливо стирал с рукава капли крови. А на металлическом стуле сидел совсем молодой парень, лицо которого было окровавлено, а в глазах плескался ужас.
Удовольствия от избиения Алексей не получал: он любил, когда ему попадались считающие себя стойкими, несгибаемыми. Вот когда такие после нескольких часов начинали плакать и умолять — это было приятно. А тут — совсем мальчишка, сжался и трясётся.
Даже сил на крики у него нет, хмыкнул Алексей, бегло взглянув на показания диагноста. Убивать мальчишку было не только бессмысленно, но и вредно: от его наглого дядюшки нужно было получить подпись.
А для этого нужно продолжать, чтобы запись для демонстрации не вызывала никакого сомнения.
— Знаешь, что это? — извлёк Алексей из кармана устройство, созданное специально для устрашения: хищно выглядящий держатель для иглы.