Олег Сапфир – Инженерный Парадокс 6 (страница 11)
И вроде всё хорошо… Но слишком. Схемы показывали золотыми линиями то, что все мои задумки, даже не самые на мой взгляд правильные, осуществимы. А учитывая то, что делал я, мягко говоря, нестандарт…
— Не нравится мне это, — вслух сообщил я.
— И что же, Марк? — поинтересовалась Икси. — Кстати, могу вас поздравить: улучшение физиологических параметров в базе можно считать доказанным фактом.
— Замечательно, — поликовал я, потирая особо ноющие детали организма. — Просто праздник какой-то, Икси. Но не нравится мне не только это.
— Не только улучшение ваших кондиций?
— Именно. Я разрабатываю принципиально новую модель мобильного вооружения. По крайней мере ходовые элементы — не имеют аналогов. И мои золотые схемы выдают полную осуществимость всех идей!
— Это… полагаете что осуществимость создания и практика применения будут находиться в противоречии?
— Я уверен в этом. И знаешь… позови Андрея.
— Хорошо, Марк.
Просто я, конечно, гениален. И вообще замечательный инженер и прочее… Вот только манией величия я не страдаю и не наслаждаюсь, прекрасно понимая, что не знаю и не умею всего. Этот недостаток временный, но количество времени на его устранение требует как минимум бессмертия, к которому я стремлюсь.
А значит, мне нужен относительно узко специализированный специалист, способный проконсультировать именно в прикладных аспектах применения. Ну, на крайний случай, будет у меня ещё один виноватый, кроме меня самого.
— Привет, Марк, чего хотел? — благоухая перегаром дорого спиртного вошёл главный автомеханик Гаража.
— Присаживайся. Смотри, — развернул я к нему терминал, набрасывая схемы и узлы ходовой танков.
— А интересно. Но нихера не нужно.
— А почему?
— Смотри, поворотные опоры колёс в такой конфигурации уменьшат остойчивость конструкции…
— Хм-м, а у меня ещё и пушка. И не безоткатная. Это, выходит, что он от выстрела грохнется. Причём от собственного, а не вражеского.
— Ну да. Но только в этой конфигурации. Так-то идея…
— Хреновая идея, Андрей, — сам признал я. — Танк — это сильная заваруха. Стрелять будут много и мощно. Он, конечно, сам может подняться — но выйдет из бой минимум на минуту. Нахрен эту схему, дорабатывать. И смотри дальше…
Показал ещё несколько узлов, и моделей новых бронеавтомобилей. С последними — вообще «по адресу», потому что ими Андрей и автомеханики и займутся. К моему внутреннему удовлетворению больше косяков Андрей не обнаружил. Это, конечно, не гарантия что их вообще нет, но уверенность в отсутствии критических ошибок появилась.
А мелкие можно поправить. Или напильником, или Напильником, в зависимости от объема работ. Так что направил я в цеха задание на производство танковых деталей и элементов бронеавтомобилей. Андрей раздухарился и пригрозил сделать дюжину — так я совсем не против, скорее даже «за».
Бригадир осматривал зону строительства. Какие-то придурку вчера порвали ограждение из листового металла вокруг будущей стройки, полегли, конечно… Но добавили головной боли. И боевики ещё эти под ногами у бригады стройонов путаются… Впрочем не до них. Главное, что вокруг будущей стройки была возведена металлопластовая стена.
Которую, если и пробьют своими дурными головами всякие бешенные, то только вместе с головами. А сейчас, оглядел Бригадир бригадирским взглядом потрёпанную четырёхэтажку, надо начинать работу, а не подготовку.
— Осмотрим объект, — распорядился он.
— Так позавчера же осматривали, Бригадир!
— Во-первых, вчера был бой. Во-вторых — Марк что-то говорил о сюрпризе…
— Мне, почему-то, это заранее не нравится… Но я не уверен, — хмыкнул Сергей, заместитель бригадира.
— А в-третьих?
— А третьих — не хрен языком трепать! — ехидно ответил Бригадир. — Пошли на объект, осмотрим и — за дело! Стройка сама себя не построит!
И, под хмыки бригады, они направились к дому. И замерли на пороге.
— Мда-а-а… — протянул Бригадир, любуясь сотнями роботов-крабов, деловито обкусывающих клешнями мусор и старые покрытия стен, пола и потолка…
— Они меня как-то пугают, Бригадир.
— Не боись, в обиду не дадим, — хмыкнул он.
— Да нет. Я к тому — не оставят ли они нас без работы?
— Нет, — покачал головой начальник стройонов. — Зрелище конечно непривычное. Но они сильно сократят время работы, да и мелочами не придётся заниматься.
— И всё-таки…
— Хорош нудеть. И тихо — начальник звонит, — извлёк Бригадир телефон.
Под взглядами бригады он слушал, односложно отвечал в течение минут десяти. А потом, разорвав связь и хмыкнув, озвучил:
— Роботы-крабики закончат примерно через час, Бригада. И мы приступим. А пока у нас есть интересный ответ на твой вопрос, Серёга, — улыбнулся он.
— Это ты про «не заменят ли»?
— Про него самого. Марк говорит, что Бригаду надо расширять минимум в три раза, — под удивлённый присвист торжественно объявил Бригадир.
— Это ж какие стройки предстоят?
— Огромные, это — мелочи. И, народ, поговорите со знакомыми. Твой шурин, Сергей, вроде в Бригаду хотел, как узнал про условия?
— Да и не только он, Бригадир.
— Ну в общем все поняли. Только бригада — гнилья не надо ни нам, ни Марку, — веско озвучил главный стройон. — И неприятности будут, да и приведёте человека с гнильцой…
— И всё, — похоронно прошептал кто-то.
— Именно! Самим могилу ему копать придётся! — заключил Бригадир.
Дмитрий лежал в полевой узкой койке и ждал, пока ударная доза эксклюзивной алхимии подействует, сращивая трещины костей. Последняя операция была… Последней, сам себе пообещал он. Шеф, похоже, окончательно «потерял нюх», скоро кончится. Но уходить надо сейчас, потому что с таким шефом — сначала кончится Дмитрий и парни.
Да и Ворон, вряд ли, переживёт… Хотя Ворон — может. Ворон он такой: пирует не только на трупах врагов, хотя вслух этого лучше не говорить.
Но текущая операция… Полный провал. Ни разведки, ни подготовки… Нет, если бы у Дмитрия спросили, стоит ли опасаться маргиналов из трущёб, хоть десять раз «банду» — он бы только усмехнулся.
Но кидать отряд без подготовки, с целью зачистить… И ладно бы рядовые бойцы, полегшие все. Хотя Дмитрий знал некоторых и даже жалел парней. Но это — их хлеб. Но он — элитный, высококлассный снайпер, остался без второго номера. Потерял трёх из группы поддержки. Да сам чуть не сдох, в конце-то концов! Что это за жуткие железные монстры-роботы, из чего они, черт возьми, сделаны — непонятно.
Но они были в Нижнем, в зоне задания! Кремень, второй номер, сильнейший телекинетик — мёртв. И он ничего не мог сделать с робочудовищем, при том, что сжимал в блин танки! А сам Дмитрий выпустил в робота спецбоеприпас, который… оторвал лапу. А должен был разметать робота на осколки! И после — какой-то кошмар:
Удар пламени из пасти робота в лицо Кремню, после чего, из клубов пламени, выкатились плечи второго номера. Всё что ниже — было раздавлено чудовищем. Сомкнутые на подставленной винтовке зубы — а если бы не это, Дмитрий бы составил компанию Кремню!
А потом — лавина роботов. Поменьше, но они взрывались! Дмитрий чудом смог пробраться на удирающий транспорт. В общем — провал. И ведь надо было просто… Впрочем, неважно. Выздоравливаю, говорю с парнями — вытащу тех, у кого хватит мозгов. И в отставку. А там — отдых, может вольное плавание… Посмотрим.
— Бойцы, нам сегодня не повезло! — вдруг раздался карк.
Точнее голос, но в ушах Дмитрия он прозвучал как ликующее от добычи карканье. С улыбочкой в медотсек зашёл Ворон, неся… Откровенный бред, торжественным тоном. «Неудачное стечение обстоятельств», как же! А наполовину перекушенный ствол, из совершеннейшего металлического сплава — случайность. А сломанные рёбра — сюрприз. И куча трупов — недоразумение, так выходит, Ворон, мысленно спросил Дмитрий.
Но Ворон прокаркал свои слова и ушёл. А Дмитрий, смотря на окровавленное месиво, бывшее несколько часов назад элитным бойцом, негромко, но отчётливо произнёс:
— Ноги моей в этой заварушке и организации не будет. Встаю на ноги — и в отставку. И вам того же советую, — обратился он к занятым койкам медблока.
Глава 5
Этой же ночью я воплотил своё… неоднозначное решение в жизнь. В смысле навестил теневого, правда уже не наобум, а с чётким планом действий. Отдающим, как все визиты, кроме первого, кромешным мазохизмом… Но не использовать эту возможность, пусть и не столь больно в ощущениях, но мучительно больнее в другом смысле.
— А ты настырный, — хмыкнул теневой при моём появлении.
— Я — такой, — согласно покивал я. — Слушай, а ты можешь использовать раскалённый клинок?
— Ты ещё и псих? — послышалось в голосе теневого, да и его вечной улыбке проглянула растерянность.