Олег Сапфир – Идеальный мир для Химеролога 9 (страница 23)

Твари там, в темноте коллекторов, не просто выживают, а размножаются в геометрической прогрессии, ведь у них есть неограниченная кормовая база. Их размеры растут, аппетиты увеличиваются… А потом, когда еды перестаёт хватать на разросшуюся популяцию, они выходят наружу, поднимаются всё выше, выше и выше… и убивают.

Я вспомнил сегодняшнюю ночь. Рядовая вернулась уже под утро, тяжело волоча за собой окровавленные катаны. Только за одну смену, зачищая сектор под промзоной, она уничтожила больше четырёхсот особей. И это была даже не капля в море — так, лёгкая рябь на поверхности. Обезьяна просто рухнула в углу подвала от истощения, её мышцы дрожали от перенапряжения, силы закончились.

Я мог отправлять туда Психа, мог снова и снова посылать Рядовую… да хоть до бесконечности. Но сколько времени это займёт? Месяцы? Годы? И всё это время твари будут продолжать плодиться, пожирая выброшенные ресторанами стейки.

Поэтому я решил бороться с этим системно. Этот Акванариум и был построен в том числе для того, чтобы стать гигантской прожорливой воронкой, которая вытянет из города всю лишнюю пищевую базу.

Как эти местные аристократы вообще собираются возвращать себе планету, отодвигать Стены и строить новые города, если они не знают базовых законов формирования стаи и действуют настолько глупо? Они могут сражаться до скончания веков, сжигая тонны боеприпасов и теряя гвардейцев, но они однозначно проиграют. Ведь я знал, что такое химеры, их повадки, как они действуют и как перебираются на новые территории. И самое главное, я знал, что такое Звериный Клич войны.

А вот местные жители, кажется, ещё даже не подозревали об этом. Но если я правильно считал энергетические завихрения в нижних коллекторах, то скоро узнают. Потому что у диких химер начали появляться Короли — настоящие Альфы, обладающие зачатками интеллекта.

И этих Королей отнюдь не интересовали мирные решения или сосуществование с людьми. Их интересовала только сила, новые охотничьи угодья, власть, свежая кровь и хрустящие кости. И если не перекрыть им кормовую базу прямо сейчас, этот город захлебнётся в крови быстрее, чем Император успеет издать свой очередной указ.

Глава 10

Часы на стене показывали половину первого ночи, когда у клиники зашуршали шины.

Я открыл дверь. На пороге стоял Всеволод Светлов, выглядевший откровенно хреново — весь скрюченный, под глазами тёмные круги, кожа серого оттенка, а левую руку он держал согнутой, стараясь не шевелить плечом.

Его охрана — четверо крепких ребят, — осталась снаружи.

— Доброй ночи, Виктор, — произнёс глава рода Светловых. — Надеюсь, я вас не потревожил в столь поздний час. Арсений передал, что вы готовы меня принять.

— Для хороших людей у нас всегда открыто, — я отступил в сторону, пропуская его внутрь. — Проходите в кабинет.

Светлов тяжело опустился в гостевое кресло, стараясь не опираться на спинку. Я сел напротив, включил настольную лампу и чуть прищурился, переводя зрение в магический спектр.

Ну, картина была ожидаемо паршивой. Энергетические каналы в районе лопаток и левой руки были забиты гниющей дрянью — тем самым ядом, который проникает в кости и медленно, с садистским наслаждением разрушает структуру тела, имитируя естественное старение и невралгию.

— Выглядите неважно, Всеволод… как вас по батюшке?

— Просто Всеволод, — он выдавил слабую улыбку. — Давайте без лишнего политеса, Виктор. Я слишком устал для дворцового этикета.

— Договорились, — я выдвинул нижний ящик стола, где у меня хранился оперативный запас лекарств.

Достал пластиковый стаканчик для кулера и начал высыпать в него таблетки из разных банок.

— Так, значит, дела у нас обстоят следующим образом, — говорил я, попутно закидывая в стаканчик разные капсулы. — Вы мне рассказываете, как там ваша маленькая война с Горбуновыми, а я вас пока починю.

Я подвинул ему стаканчик. Светлов взял его, посмотрел на меня с удивлением, но без вопросов закинул пилюли в рот и запил водой из графина.

— Горбуновы беснуются, — ответил он, поморщившись. — Ваша мазь изменила правила игры. Их яды больше не работают на наших химерах. Они потеряли инициативу и теперь просто бросают мясо на убой. Мы держим периметр, перешли в контратаку на двух направлениях…

— Отлично. А теперь вот эти, жёлтенькие. Они кислые, не разжёвывайте. Три штуки.

Светлов послушно проглотил жёлтые.

— … мы перекрыли им кислород по поставкам реагентов с востока. Арсений молодец, взял на себя командование ударными группами. Но они упёртые, пытаются давить административным ресурсом…

— Ясно. Держите, вот эти синие. Пять штук. И две вот эти, красные. Они пахнут не очень приятно, но это нормально. Глотайте.

Глава рода послушно глотал.

Разговор тёк своим чередом. Мы обсуждали политику, цены на рынке артефактов, наглость некоторых инспекторов из Канцелярии… А я всё подкидывал и подкидывал ему таблетки. Зелёные, белые, в крапинку… Мелкие, как бисер, и здоровые, размером с фалангу пальца.

Светлов прервал свой рассказ о какой-то подковёрной стычке в министерстве, посмотрел на дно стаканчика, куда я только что высыпал ещё с десяток перламутровых драже, и слегка побледнел.

— Виктор… я, конечно, безгранично вам доверяю, но… я только что проглотил штук пятьдесят таблеток. Это точно безопасно?

— Пятьдесят четыре, если быть точным, — поправил я, закручивая крышку на последней банке. — И да, это абсолютно безопасно. Допивайте последние.

Он вздохнул и опрокинул в себя остатки, запил водой.

— Ну, вот и всё. Прислушайтесь к себе.

Светлов осторожно пошевелил левым плечом, ожидая привычной простреливающей боли. Но боли не было. Тогда он медленно выпрямил спину, прикоснулся к груди, где ещё пятнадцать минут назад давило так, будто там лежал бетонный блок. Дыхание стало ровным и глубоким. Серая бледность ушла с лица, уступив место здоровому румянцу.

Я наблюдал за его аурой — моя многокомпонентная «загрузка» сработала идеально. Те полсотни таблеток были биохимический конструктором. Каждая пилюля несла свою часть алгоритма. Одни расщепляли яд, другие выводили токсины, третьи строили новый костный каркас, четвёртые работали как катализатор. Попав в желудок, они собрались в единую систему и просто вычистили его организм до состояния «заводских настроек».

— Боже милостивый… — прошептал глава рода, сжимая и разжимая кулак левой руки. — Боль совсем ушла… Виктор, что это было? Что вы мне дали? Я лучшие клиники Петербурга объездил, меня смотрели магистры высочайшего ранга… Они говорили, что процесс необратим! Что это за чудо-препараты?

— Да ерунда, — отмахнулся я. — Обычные витаминки. Кальций, магний, рыбий жир, экстракт ромашки… Ничего сверхъестественного, не парьтесь. Просто дозировку нужно правильно подбирать.

Конечно, Светлов был слишком умным человеком, чтобы поверить в сказку про рыбий жир. Он прекрасно понимал, что я только что спас ему жизнь, причём сделал это между делом, болтая о политике. И он понял главное: я не пытаюсь выжать из этого спасения выгоду, не требую контрактов и не ставлю условий.

Глава древнего рода медленно поднялся. Он не стал кланяться — аристократы такого уровня не кланяются простолюдинам. Но в его позе и наклоне головы было столько глубочайшего уважения, сколько не вызовешь никакими титулами.

— Виктор… Я не буду задавать лишних вопросов. Но хочу, чтобы вы знали. Вы спасли мой род, когда дали нам мазь. Вы спасли моего сына. А сегодня вы спасли меня. Род Светловых в неоплатном долгу перед вами. Мой дом — ваш дом, в любое время дня и ночи. В радости или в самом мрачном горе — двери моего поместья всегда открыты для вас. Любые ресурсы, любые связи… Только скажите.

— Да ладно, Всеволод, — я улыбнулся. — Сочтёмся как-нибудь. Главное, чтобы вы Горбуновым шеи свернули, а то они слишком сильно мусорят в городе.

— Свернём обязательно! Но… я приехал сегодня не только за лечением. Я хочу отплатить вам хотя бы малой частью того, что вы заслуживаете, — он сел обратно, подался вперёд и понизил голос. — У меня есть для вас уникальная информация…

Я с интересом приподнял бровь.

— Вы слышали о строительстве нового района?

— Слышал, — я равнодушно пожал плечами. — Землю отжимают у Диких Земель, строят новые форпосты, расширяют жилой сектор у Восточной стены… Ничего интересного.

— Нет-нет-нет, — Светлов покачал головой. — Восточная стена — это ширма. Пыль в глаза для газетчиков и мелких родов. Вы не знаете о ТОМ районе.

— Заинтриговали. И что там за район?

— Это совершенно другое место. Далеко на севере, в так называемой «Изумрудной зоне». Там строят колоссальный фермерский и сельскохозяйственный кластер.

Светлов достал из кармана смартфон, набрал пароль и положил передо мной. На экране светилась сложная топографическая карта, усеянная пометками.

— Империя задыхается, Виктор. Обычного продовольствия не хватает, а то, что выращивают в теплицах, не имеет нужной энергетической ценности. Там, в Изумрудной зоне, аномально плодородные почвы, пропитанные эфиром. Там планируют выращивать модифицированные культуры, разводить особый вид пищевых химер… Это золотая жила. Закрытая экосистема, которая будет кормить всю столицу и армию.

— Звучит, как отличный бизнес-план, — заметил я. — И в чём проблема? Заходи и строй.