Олег Ржешевский – Сталин, Рузвельт и Черчилль. Встречи. Беседы. 1941-1945 г. (страница 3)

«Я имел две продолжительные и удовлетворительные беседы со Сталиным, и я сообщу вам лично то, что он передает через меня. Однако уже теперь я хотел бы сказать вам, что я очень уверен в отношении этого фронта. Моральное состояние населения исключительно высокое. Здесь существует безграничная решимость победить».

Одновременно Гопкинс и британский посол в Москве С. Криппс рекомендовали созвать в ближайшее время в Москве конференцию трех держав по вопросам распределения ресурсов. Рузвельт эту рекомендацию поддержал и направил Сталину соответствующее предложение, которое было принято.

Еще большее значение имели первые серьезные результаты военно-политического сотрудничества Великобритании и СССР. В конце августа 1941 г. по согласованию между двумя правительствами советские и британские войска были введены в Иран и в начале сентября вступили в Тегеран, предотвратив вовлечение страны в войну на стороне Германии. 8 сентября того же года в Тегеране было подписано соглашение, положившее начало англо-советско-иранскому сотрудничеству в годы войны. Иранское правительство обязалось не допускать каких-либо действий в ущерб борьбе СССР и Великобритании с гитлеровской Германией, содействовать транспортировке через иранскую территорию военных грузов союзников, что имело в последующем большое значение для поставок в СССР по программе ленд-лиза. СССР и Великобритания со своей стороны решили оказывать Ирану экономическую помощь. В октябре СССР и Великобритания совместно потребовали от правительства Афганистана прекратить прогерманскую деятельность различных группировок на своей территории. В ответ созванный 5 ноября королем Захир-шахом высший законодательный орган страны Большая джирга одобрил политику строгого нейтралитета. Аналогичный демарш, предпринятый ранее Великобританией и СССР по отношению к Турции, также дал возможность нейтрализовать или, по меньшей мере, ослабить германское влияние в этой стране дипломатическими средствами.

Между тем, военное положение Советского Союза было крайне тяжелым. С началом войны немецкие войска в короткие сроки продвинулись в северо-западном направлении на 400–450 км, в западном – на 450–600 км, в юго-западном – на 300–350 км, захватив территорию Латвии, Литвы, часть Эстонии, Украины, почти всю Белоруссию и Молдавию, вторглись на территорию Российской Федерации, вышли на подступы к Ленинграду, Смоленску и Киеву. Вскоре войска Юго-Западного и Южного фронтов оставили Киев, Одессу, Донбасс. Противник прорвался в Крым, подошел вплотную к Севастополю и в ноябре достиг Ростова-на-Дону. На главном, московском направлении советские войска еще в конце июля оставили Смоленск. Дивизии вермахта приближались к Москве. 20 октября в Москве и прилегающих к городу районах было объявлено осадное положение. Обстановка достигла критического рубежа, когда противник форсировал в ноябре канал Москва – Волга и на какое-то время достиг Химок (ныне в городской черте Москвы). Потери советских войск были огромны. С июня по декабрь 1941 г. Красная Армия и Военно-морской флот потеряли убитыми, умершими от ран, оказавшимися в плену и пропавшими без вести 3 млн 138 тыс. человек, лишились более 6 млн единиц стрелкового оружия, 20 тыс. танков и САУ, 100 тыс. орудий и минометов, 10 тыс. самолетов. Только под Киевом и Вязьмой около 1,2 млн бойцов и командиров Красной Армии были окружены, погибли или оказались в плену.

Постепенно в развернувшейся до крайнего ожесточения борьбе все большее значение приобретали твердость духа и единство советского народа, его самоотверженность на фронте и в тылу. Стойкая оборона Бреста, Лиепаи, Таллина, Могилева, Ленинграда, Одессы, Севастополя и, наконец, Москвы способствовали срыву гитлеровского плана «молниеносной войны» – расчета завершить ее в 1941 г. до наступления зимы. Советские войска учились искусству ведения войны, оказывали противнику все более решительное сопротивление. По немецким данным, с июня по ноябрь 1941 г. сухопутные силы вермахта без учета потерь союзников Германии потеряли убитыми, ранеными и пленными около 750 тыс. человек. Потери немецкой авиации за тот же период достигли 5,5 тыс. самолетов. 5–6 декабря войска Красной Армии перешли под Москвой в стратегическое контрнаступление, кардинально изменившее обстановку на фронте и оказавшее большое влияние на военно-политическое положение в мире.

Московская конференция трех держав – СССР, Великобритании и США – проходила в Москве 29 сентября – 1 октября 1941 г. (английскую делегацию на конференции возглавлял министр снабжения лорд Бивербрук, американскую – личный представитель президента посол А. Гарриман, с советской стороны переговоры вели И. Сталин и В. Молотов). В ходе конференции были приняты первые конкретные решения по вопросам оказания западными союзниками помощи СССР. За содержанием переговоров и их итогами внимательно следили в Лондоне и Вашингтоне. Публикуемые ниже документы характеризуют начальные позиции сторон и нервозную обстановку на конференции: немецкие войска приближались к Москве.

Представители прибывших на совещание в Москву американской и английской делегаций 28 сентябрь 1941 года

Запись беседы председателя Совета народных комиссаров СССР с главами делегаций Великобритании и США на Московской конференции представителей трех держав

29 сентября 1941 г.

Бивербрук. Я позволю себе внести на Ваше рассмотрение предложение выступить в четверг на конференции, чтобы сообщить о достигнутых результатах и отметить роль Соединенных Штатов Америки. Такое выступление создало бы атмосферу триумфа, укрепило бы общий фронт и произвело бы сильное впечатление на Англию, США и даже Францию. Я добиваюсь наилучших результатов совещания в интересах всех трех стран.

Сталин. Я не вижу в этом необходимости. К тому же я очень занят. Я не имею времени даже спать. Я думаю, что будет вполне достаточно выступления товарища Молотова.

(На предложение Бивербрука привести делегатов конференции в Кремль Сталин вновь указывает на свою занятость. Бивербрук заявляет, что он еще вернется к этому вопросу.)

Бивербрук. С помощью Америки мы сможем доставлять 500 танков, из них не больше 50 % легких танков, а остальные тяжелые.

Сталин. Каковы вес легких танков и калибр пушек?

Бивербрук. 7–8 и 13 т, а калибр – от 37 до 40 мм.

Сталин. Согласны, если малые танки будут не меньше 7 т и пушки не меньше 37 мм. Но нельзя ли увеличить количество?

Бивербрук. Сейчас речь идет о снабжении в течение ближайших восьми месяцев. После этого мы сможем давать и больше. Мы в своем предложении дошли до предела возможностей. Конечно, необходимо будет держать Архангельский порт открытым.

Гарриман. Куда вы хотели бы, чтобы американские танки были посланы – в Архангельск, Владивосток или через Иран? Этот вопрос, конечно, может быть решен в комиссии, если мы не можем принять решение сейчас же.

Сталин. В Архангельск, поближе к фронту.

Бивербрук. Там, по моим сведениям, очень мало кранов.

Сталин. Число кранов может быть увеличено.

Бивербрук. Перейдем теперь к авиации. Мы будем посылать из Великобритании по 200 истребителей в месяц в течение восьми месяцев и большее количество после этого. Если мы не согласимся внести какие-либо изменения в типы истребителей, мы намерены посылать «Харрикейны», «Спитфайеры» или другие типы. Придется посылать их морским путем в Архангельск (воздухом посылать их невозможно), конечно, в разобранном виде.

Сталин. Не может ли лорд Бивербрук сказать, каков вес «Харрикейнов» и «Спитфайеров»?

Бивербрук. Сейчас сказать не могу.

Сталин. Какие моторы?

Московская конференция трех держав – СССР, Великобритании и США

Бивербрук. Моторы «Мерлен», «Роллс-Ройс» в 800 лошадиных сил. Эти истребители спасли Великобританию.

Сталин. Насколько мне известно из литературы, мощность должна быть 1050 лошадиных сил.

Бивербрук. Весьма возможно. Завтра смогу сказать точнее.

Сталин. Будут ли они снабжены вооружением?

Бивербрук. Да, пушками и боекомплектами.

Сталин. Желательно иметь боекомплекты для каждого самолета на 20 вылетов. «Томагавки» имели боекомплекты лишь на четыре-пять вылетов, что наши летчики считают весьма недостаточным.

Бивербрук. Мы послали для «Томагавков» из Англии боекомплекты на 1100 тысяч выстрелов, из Америки отправлено 3150 тыс. 10 октября прибудет 500 тыс., из них 200 тыс. бронебойных и 100 тыс. трассирующих. Я думаю, что этого будет пока достаточно, а если нет, мы дошлем. Мы не заинтересованы в том, чтобы самолеты оставались в бездействии.

Сталин. Наши самолеты берут с собой по 600 патронов для мелкокалиберных пулеметов, по 300 для крупнокалиберных и по 150 для 20-миллиметровых пушек. Эти количества надо помножить на 20. Самолет живет у нас месяц и пять дней, что равносильно 20 вылетам. Если не иметь указанного количества амуниции, то самолет может некоторое время оставаться в бездействии.

Уильям Максуэлл Эйткен, 1-й барон Бивербрук (1879–1964) – английский и канадский политический деятель, министр, издатель, предприниматель и меценат. Член Тайного совета Великобритании. Кавалер ордена Суворова 1-й степени

Бивербрук. Этот расчет правилен, если при каждом вылете самолет каждый раз израсходует все взятые запасы. Мы, во всяком случае, заинтересованы в том, чтобы от самолета было максимум пользы, и мы позаботимся о достаточном снабжении истребителей амуницией.