Олег Рой – Соратники (страница 21)

– Пятёрку, – усмехнувшись, поправил Левс. – Ты не хуже меня знаешь, что один из них уже на нашей стороне. Но не стоит их недооценивать. Не такие они уж и жалкие. Увидишь, нам ещё придётся немало повозиться, прежде чем мы сумеем их одолеть.

– Иначе было бы просто скучно! – расхохотался Ахас, обнажая огромные, больше человеческого пальца, клыки. – Недаром предки завещали нам украшать свои жилища черепами только самых достойных противников.

– Погоди развешивать черепа, – нахмурился Левс. – Их головы ещё прочно сидят на плечах. Пусть пока у нас всё идёт по плану, но расслабляться нельзя. Битва только начинается, и не надо быть вещей старухой, чтобы предсказать, что она будет непростой. А возможно, и долгой.

– Ты, Левс… – начал было Ахас, но правитель Монстров прервал его властным движением, заставив замолчать, поднял увенчанную роскошной гривой голову и поглядел в ночное небо. Оттуда, стремительно увеличиваясь в размерах, быстро спускался летающий остров с несколькими отрядами воинов. Ловко, не задев ни один из освещающих поляну факелов, летающий остров приземлился на специально отведённую площадку, и прибывшие поспешили спрыгнуть на траву.

Медведи, Львы и Волки вернулись после битвы у дуба-портала далеко не полным составом, зато с добычей. Один из Шакалов, сильно выделявшийся из группы воинов ярко-красными бархатными, расшитыми золотом штанами, явно добытыми в каком-то из царств Прави за пределами Боудики, с торжеством бросил под ноги Левса частую сеть, в которой билась пойманная у древнего дуба горлица. Появившийся из-за его спины Ягуар, командир отряда, коротко отчитался о проделанной вылазке, сообщив, что на этот раз справиться с Соратниками не удалось. Те дали решительный отпор и к тому же использовали свою магию, так что много воинов из разных кланов полегли в том бою.

Левс выслушал это сообщение спокойно, даже безразлично, ни один мускул на его морде не дрогнул. Ахас же, не дожидаясь приказа, мигом поднялся на ноги.

– Заберу тела наших воинов, – проговорил он и добавил со своей вечной усмешкой:

– Верно говорят старики: всё, что ни делается, к лучшему. Наконец-то и для менгира работа нашлась. А то сколько он уже стоит без дела!

Легко запрыгнув на летающий остров, Ахас по очереди указал когтистым пальцем на нескольких воинов и прорычал:

– Ты, ты, ты и ты – со мной!

Те мгновенно повиновались, остров взмыл в ночное небо, перекрыв на миг сначала Вещую звезду, а потом полную луну, – и вскоре пропал из виду. На поляне у деревни всё стихло. Воины разошлись, оставив рядом со своим царём только нескольких самых верных стражей из охраны. Левс знаком приказал одному из державших сеть с горлицей передвинуть добычу поближе к свету от костра и факелов и обратился к пленнице, которая уже утихла, видимо, поняв безнадёжность своего положения, сидела почти неподвижно и только, нахохлившись, сердито глядела бусинками глаз.

– Полно уже, оборачивайся, – буркнул Левс.

Горлица склонила маленькую головку в одну сторону, потом в другую, покрутилась, поворочалась и оборотилась человеком – молодой женщиной. Взглянув на пленницу, Левс от удивления прорычал что-то невнятное – перед ним была совсем не та, кого он ожидал увидеть.

– Василиса? – произнёс Монстр, когда к нему вернулся дар речи. – Ты? Как ты тут оказалась?

– Не твоего ума дело, чудище, – звонко ответила та, что стояла перед ним. Даже несмотря на сковывающую её заговоренную сеть, держалась Василиса с достоинством, выглядела гордой, непокорной, величавой. И – что невозможно было не заметить даже в свете факелов – очень красивой. Высокая, статная, ясноглазая, румяная и белокожая, в ярком голубом шёлковом сарафане с переливающимися складками, она сразу приковывала к себе взгляды. Даже всегда сдержанный и суровый Левс – и тот невольно залюбовался ею. А уж его стражи, – те, что держали сеть, и остальные, что стояли поодаль, на почтительном расстоянии от царя, – и вовсе уставились на пленницу во все глаза, жадно и хищно оскалившись. Так уж вышло, что на Боудике женщин было гораздо меньше, чем мужчин, ценились они чуть ли не выше всех богатств, и во всех битвах кланов всегда становились главными трофеями Монстров. Пока ещё при нападениях на другие царства Прави Левс сдерживал сексуальные порывы своих воинов и запрещал брать в плен женщин из других миров, но обещал, что вскоре всё будет по-другому. Неудивительно, что все Монстры с нетерпением ждали этого часа и рвались в бой.

– Вот как ты теперь заговорила, – хохотнул Левс в ответ на слова Василисы. – А ведь, помнится, ещё не так давно была ко мне куда как благосклоннее.

Очень не понравилось пленнице подобное напоминание. Вспыхнула от злости Василиса как маков цвет, а отсветы пламени в её глазах, казалось, так и обожгли Левса. Но того уж чем-чем, а женским гневом точно было не испугать.

– Или ты забыла о том нашем уговоре? – с издёвкой продолжал он. – Ну, ничего, зато я помню. Всё помню. И как ты обхитрить меня пыталась, вокруг пальчика своего нежного обвести, и как быстро я тогда раскусил твой обман…

– Хватит! Прекрати! – не сдержавшись, выкрикнула Василиса и тут же добавила ехидно:

– Ты, помнится, тоже мне в своё время с три короба наврал, когда на свою сторону пытался сманить. Только не вышло у тебя ничего.

– Вышло, не вышло, это как посмотреть, – снова усмехнулся Левс. – Ты-то, может, и отказалась мне помогать, да другие охотники нашлись. И Перуна твоего, этого старикашку, что стоял на моём пути, я одолел без особого труда. А ты, я смотрю, не сильно-то убиваешься по нему. Знамо дело, волос у женщин долог, а память-то коротка.

Василиса поглядела на него исподлобья, с ненавистью и с подозрением. Помолчала немного, потом спросила сердито:

– Тебе-то, чудище, откуда знать, что у меня на душе?

– А то я по тебе не вижу, – ухмыльнулся Левс. – Другая бы на твоём месте дома сидела да горькими слезами смерть любовника оплакивала. А ты, хоть и времени-то прошло всего ничего, на убитую горем совсем не похожа. Опять за свои затеи хитрые взялась… Признавайся, что удумала на этот раз?

– Не твоё дело, – упрямо повторила Василиса, и Левс, неожиданно для неё, не стал больше спорить.

– А не скажешь, и не надо. Теперь ни ты, ни Соратники твои меня уже не остановят. Ещё немного – и я получу всё, что хотел.

– Тебе никогда не найти нового Повелителя! – сверкнув глазами, крикнула пленница. – В твоей кошачьей голове не хватит ума, чтобы его отыскать!

Но Левс только рассмеялся в ответ:

– Глупая баба, ты действительно думаешь, что мне так уж нужен этот щенок? Да плевать я на него хотел. Попадётся на пути – подберу, а не попадётся, тоже беда невелика. Хотя наверняка попадётся, никуда не денется…

– Ничего у тебя не выйдет! – яростно перебила Василиса, но в её голосе уже не чувствовалось прежней уверенности, скорее, тревога и страх.

– Увидим, – самодовольно ухмыльнулся предводитель Монстров и задумчиво, явно размышляя вслух, произнёс:

– И что ж мне с тобой делать-то?

Он и правда не знал пока, как лучше поступить с пленницей. Отдать на потеху своим воинам, что глядят на неё с таким вожделением? Это стало бы весьма щедрым подарком, который ещё больше повысил бы престиж царя среди его подданных. Но всё же лучше отказаться от такой идеи. Василиса – сильная колдунья, и он, Левс, не знает всех её возможностей. Пусть он и подготовился тщательно к битве с владеющими чародейством Соратниками, даже взял в плен несколько самых сильных магов из других царств Прави, чтобы пользоваться их советами и помощью для борьбы с ними, но и этого было мало. Сейчас Василиса не в силах вырваться из заговоренной волшебником Мерлином сети, но, кто знает, что будет, когда эта красавица разозлится всерьёз? Как бы потеха не обернулась катастрофой. Не то, чтобы Левс боялся Василисы, но прекрасно понимал, что с неё станется, к примеру, отравить всю воду на Спеаре или напустить на всех обитателей острова хворь. Убить это их, может, и не убьёт, но заставит помучиться, а от боли и страданий не спасёт никакой менгир.

Тогда, может, просто прикончить бабу – и дело с концом? Хотя это всегда успеется. Пусть пока поживёт. Кто знает, может, пригодится для чего-нибудь…

Кивнув державшим сеть воинам, Левс коротко приказал:

– Обыскать, а потом в клетку частую, ту, что Мерлином заколдована. Да смотрите за ней в оба! Головой отвечаете.

Василиса возмущённо закричала что-то, но её, разумеется, никто не слушал. Стражники стащили с пленницы сеть и первым делом заткнули рот кляпом из жёсткой травы. Затем, похотливо ухмыляясь, грубо обыскали женщину, та гневно сверкала глазами, морщилась, пыталась вырываться, что-то говорить, но мешал кляп. Как и ожидал Левс, никакого оружия при ней не оказалось, – волшебный меч-посох Яги остался на поле боя у дуба-портала. Зато нашли воины холщовый мешочек величиной с голову косули, крепко-накрепко связанный плетёным шнурком. Видя, как Левс тщетно пытается развязать мудрёный узел, Василиса поглядела с ехидством и торжеством: видно, наложены были на шнурок какие-то чары. Но предводитель Монстров уже не смотрел в её сторону, его внимание привлёк доносящийся сверху шум, – возвращался летучий остров. По знаку предводителя стражи увели пленницу. Она яростно сопротивлялась, да только что может слабая женщина, что она такое по сравнению с мощными полузверями? Так, песчинка супротив горы.