Олег Ростов – Бойфренд для Цесаревны (страница 21)
- А салют тоже подарок?
- Нет. Но он хорошо вписался во всё это.
- Очень понравилось. Я первый раз так отмечаю свой День рождения. Спасибо тебе, Андрей.
Я посмотрел на столик. Бутылка была пуста. Шампанское частью разлито, частью выпито.
- Нам пора, Оля.
- Что, уже? – Спросила она, распахнув свои глаза, словно два глубоких озера. Я кивнул.
- Да, как бы не было нам жаль. Всё имеет начало, Оля, и имеет конец. Но ты не расстраивайся. Мы молоды. Тебе всего 22 года сегодня исполнилось. У тебя всё ещё впереди.
- А у тебя разве всё позади?
- Почему? У меня тоже, всё самое лучшее впереди. Пошли? – Протянул ей руку.
- Пойдём, ты прав, Андрей. – она вложила свою ладошку в мою, и мы двинулись на выход с крыши. Спустились на лифте вниз. Вышли в фойе. Там была куча народа. Ольга закатила глаза.
- Господи боже мой! – Простонала она. Народ засуетился. Меня как-то сразу оттеснили в сторону. Я стоял, смотрел на неё и грустно улыбался. Праздник для меня закончился, теперь будем принимать санкции и наказания. Она шла в окружении приближённых к трону, оглядывалась, смотрела на меня. Я не знаю почему, ведь не хотел этого, так как считал, что это сейчас не нужно, но всё же сделал. Гитара всё ещё была у меня в руках. Я изготовился и заиграл песню Барыкина "Букет":
В глухих лугах его остановлю
Нарву цветов и подарю букет
Той девушке, которую люблю.
Она резко остановилась. Её попытались уговорить покинуть гостиницу, но она отмахнулась.
- Отстаньте. – Стояла, смотрела и слушала.
В глухих лугах его остановлю
Я лишь хочу, чтобы взяла букет
Та девушка, которую люблю
Песня закончилась. Я грустно улыбнулся и положил гитару на стойку ресепшена.
- Это тебе мой ещё один подарок. – Крикнул ей.
Она резко направилась ко мне. В фойе наступила тишина. Все замерли. Ольга подошла, встала очень близко ко мне. Смотрела снизу вверх. Всё же я был выше её. Смотрела мне в глаза.
- Андрей, скажи, это же просто песня? – Задала она тихо вопрос.
- Может быть и просто песня. – Ответил ей так же тихо. И тут она обняла меня. Прижалась ко мне. Я обнял её. Нет, мы не целовались. Просто обнялись, так и стояли некоторое время. Потом я отпустил её. Ольга повернулась и решительно направилась к выходу. Возле него остановилась. Посмотрела на шефа Отдельного Корпуса Жандармов, потом на генерала и ещё на какого-то чина в мундире.
- Если с ним что-то случиться, я вам никогда этого не прощу. А у Отдельного Корпуса Жандармов, военного ведомства и министерства внутренних дел появятся новые руководители. Я, надеюсь, вы услышали то, что я сказала? – И вышла на улицу, где её уже ждал лимузин фирмы «Руссо-Балт».
Весь кагал, который находился в фойе свалил вслед за принцессой, кроме нескольких человек. За стойкой ресепшена стояла девушка в униформе отеля. Она смотрела на меня. На её губах скользнула улыбка. Она закрыла глаза и открыла их, как бы давая понять, что молодец! А потом шифруясь, показала мне большой палец, что всё правильно сделал. Недалеко находился хозяин отеля. Он подобострастно смотрел на полковника Берестина. Трое мужчин подошли ко мне. Шеф Отдельного Корпуса Жандармов, а так же генерал, он оказался министром обороны и третий, тоже не слабый дядька в мундире с генеральскими погонами. Это был министр внутренних дел. Все трое смотрели на меня так, словно хотели, чтобы я исчез и больше нигде и никогда не появлялся.
- М-да, Андрюша. – Проговорил Берестин.
- Извините, Алексей Николаевич. Я просто хотел подарить Ольге праздник, который она долго не забудет.
- Подарить праздник! – Воскликнул генерал, шеф военного ведомства. – Подарил, Андрей. Очень даже! Ты хоть представляешь, что теперь будет?! И не Ольга, а Её Императорское Высочество!
- Прошу прощения, господин генерал. Её Императорскому Высочеству… Ольге!
- Ты посмотри каков наглец! – Генерал смотрел на меня и тут я увидел в его глазах смешинки. Ему явно было весело. Хотя он и не улыбался.
- И что теперь, господа, делать с этим молодчиком? – Спросил генерал от МВД.
- Ума не приложу. – Ответил военный генерал. – А может мы его в армию? В гвардию.
- Извините, господин генерал, но в армии я уже был. Так что…
- Ты разве не хочешь быть гвардейским офицером? – Удивился он.
- Нет. Если надо, то я пойду в армию, когда Родину защищать надо будет, а в других случаях, извините. – Ответил я несколько пафосно, но с чувством.
- И даже служить в Кремле? – Опять задал вопрос генерал. Но я не повёлся на явную провокацию.
- Даже служить в Кремле. Знаете, как в песне? – Я взял со стойки гитару, ударил по струнам:
Дождь проходит сквозь меня, но боли больше нет!
Под холодный шепот звёзд - мы сожгли последний мост.
И всё в бездну сорвалось. Свободным стану я - от зла и от добра.
Моя душа была на лезвии ножа!
Я бы мог с тобою быть! Я бы мог про всё забыть!
Я бы мог тебя любить, но это лишь - игра!
В шуме ветра за спиной - я забуду голос твой!
И от той любви - Земной, что нас сжигала в прах...
И я сходил с ума...
В моей душе - нет больше места для тебя!
Я - свободен, словно птица в небесах.
Я - свободен! Я забыл, что значит страх.
Я - свободен, с диким ветром - наравне.
Я - свободен, наяву, а не во сне.
Перестал играть и положил гитару назад на стойку. Все трое заинтересованно смотрели на меня.
- Свободен значит? – Спросил главный полицейский империи.
- Свободен. А что? Надеюсь, меня сразу не расстреляют. Дадут перед казнью чашку риса, стакан водки и возможность выкурить последнюю сигарету. – Сказал это с абсолютно серьёзным видом. Они все трое переглянулись.
- Алексей Николаевич, Христом богом прошу, забирай его и увези куда-нибудь. – Проговорил министр внутренних дел.
- Пошли, Андрей. – Велел мне Берестин. И пошёл к выходу. Я поплёлся за ним. Всё, гейм овер, праздник закончился. Эх, ещё бы коньячка навернуть грамм 500.
Сел в чёрный «Руссо-Балт», но машина почему то не двинулась с места.
- Значит так, Андрей и я не шучу, даже несмотря на предупреждение Ольги Николаевны. Сейчас я отвезу тебя к тебе домой. Дома сидеть и никуда не выходить без моего разрешения. Тебе всё понятно?
- То есть, я под домашним арестом?
- Считай, что так. Вопросы?
- Вопросов нет. Я всё понял.
- Я надеюсь, что ты всё понял. Разговор у нас с тобой про душам ещё впереди.
Меня привезли в бывший особняк Шереметьевых. Я вышел, и машина уехала. На первом этаже меня встретило старшее поколение Самариных, во главе с Фролом Никодимычем. Твою душу. Я прошел и замер, глядя на своих родственников.
- Андрей. – Ко мне подошла Ольга Константиновна. – Что ты натворил в Кремле?
- Ничего, бабушка. Я просто подарил Цесаревне праздник. Ей понравилось. Это главное, Ольга Константиновна. Остальное всё не важно.
- Она сбежала с официального приёма, Андрюша, устроенного в честь её Дня рождения.
- Скажем так, бабушка. Мы ушли по-английски не прощаясь.
- На крышу? – Ольга Константиновна улыбнулась. Я тоже.
- На крышу одной гостиницы. Там я ей показал ночную Москву. Потом мы пили там шампанское, я пел ей песни, и мы танцевали. Вот и всё.
- Вот и всё?! – Фрол Никодимыч смотрел на меня из-под своих густых бровей. – Цесаревна, наследница престола, на крыше!!!
- Фролушка, успокойся. – Тут же вмешалась бабушка. – Зато как романтично.
- Олюшка не защищай его. Что ты устроил во дворце?
- Ничего не устроил.
- Как ничего? Ты оскорбил жениха Цесаревны. А у нас, между прочим, есть контракты с немецкими концернами.
- Как я его оскорбил? Я его не обзывал. Я просто высказался по всей этой европейской шобле, что каждые сто лет они ходят к нам, поучить нас уму-разуму, а заодно и ограбить. Правда, каждый раз получают по соплям и уползают к себе. Что мыться они начали 200 лет назад регулярно. А до этого воняли, как скунсы, но при этом смотрят на нас постоянно, как на дикарей. А сами они кто? Хуже папуасов.
Фрол Никодимыч даже закряхтел. Посмотрел на меня другими глазами. Потом усмехнулся.
- Что есть, то есть, внучок. Этого дерьма… Извини, Олюшка, у них не отнять. Что, прямо так и сказал ему в лицо?
- Ну да. А что такое? Разве это не правда?
- М-да. Правда, Андрей, правда. Ой, что завтра будет. Добавил ты нам хлопот.
- Фролушка, я считаю, Андрей всё правильно сделал. А то, что Цесаревна с ним убежала, так себя вспомни? С кем я перед самой своей свадьбой убежала, не послушав родителей и бросив жениха, которого они мне назначили?
Фрол Никодимыч засмеялся. Она тоже. Остальные улыбались. Я удивлённо посмотрел на деда. Ничего себе! Так он сам был ещё тот ходок по молодости, если сумел чужую невесту, практически, из-под венца увести! Ловко!