Олег Ракитянский – Операция «Трест». 100 лет спустя. Том второй (страница 20)
На период проведения операции по переброске агентов или офицеров-боевиков через границу, латвийская военная разведка использовала коменданта первого района Петра Аболтыня, а также свою агентуру на советской стороне, представленной в г. Остров и г. Пскове сотрудниками пограничной стражи Анненковым и Пупольсом, а также Семякин и Ушарнов. В Великих Луках: Василий Зацкой.
В Москве «Секретное бюро» на май 1925 года располагало контактами в военных сферах: генерал А.И. Гатовский и его брат – через этих лиц «Бюро» весной 1924 г. пыталось установить связь и переговоры со Львом Троцким, который заподозрив не ладное, от контакта отказался; генерал А.М. Зайончковский – находился на прямой связи с А. Кутеповым как бывший его полковой командир. Кроме того П. Шатилов располагал контактом с генералом Лебедевым с ним же поддерживал связь генерал А.Н. Богаевский.
В Москве «Бюро» располагала явочными квартирами на имя Ольга Андреевны Попова, куда и являлись курьеры. Один её адрес: Нащёкинский пер., № 10, другой – Малый Афанасьевский, д. 35.
Из других агентурных позиций «Специального бюро» А. Кутепова в Москве располагало в НКИД контактом Флоринским. Переписку с ним вёл Арсеньев через польскую миссию. Н.И. Егоров (или Еремеев – одно время работал в Ленинграде в агентстве НКИД). Конспиративная связь поддерживалась через польскую миссию в Москве, а в период работы Н. Еремеева в Ленинграде его сообщения переправлялись в Париж через Финляндское консульство.77
В Совете народного хозяйства Б.О. Кулишер, Д.И. Гурьев и Леночкин – эти лица состояли на связи с Финансово-торгово-промышленным союзом (штаб-квартира в Париже) и информировали его о экономическом положении в СССР, предполагаемых коммерческих сделках правительства, продаж концессий, договоров на строительство объектов промышленности и т.д. Для связи с ними использовались две явочные квартиры по адресу: Газетный переулок, д. 5 и Большой Козловский д. 8
Среди агентуры в Ленинграде следует выделить Александр Николаевич Линк, О.Ю. Виппер, брат профессора Виппера, оба служили в Наркомюсте, связь с ними также поддерживал Н.Н. Чебышев. Агент Наталья Сергеевна Ознобишина, скрывалась под фамилией Сергеева, поддерживала связь с М.М. Эндемом и Богушевичем. Связь с Эндемом была установлена через его брата-студента в Париже и поддерживалась А. Кутеповым. Одному из курьеров был указан адрес явочной квартиры: Мойка, д. 101. Из гражданских лиц следует отметить агента «Бюро» профессора И.П. Павлова, который руководил студентами: С Г.А. Лошкарёвым, А.А. Линдесом и М.Е. Боровиковым. Двое последних поддерживали связь с Торгово-промышленным союзом и, кроме того, пользуясь покровительством профессора, в период своих командировок в Берлин и Лондон, информировали местные русские, коммерческие круги по вопросам внутриполитическими и экономическим.
Располагало «Спецбюро» резидентурой и на Юге СССР в частности в Ростове-на-Дону её возглавлял генерал М.М. Семенцов, у которого на связи был генерал Кондратьев – служащим в штабе округа. В Киеве поддерживался контакт с Яном Фрицевичем Фабрициусом, командиром 17-го стрелкового корпуса, Украинского военного округа.
Помимо военной организации в Москве, Ленинграде и Киеве имелись ещё и профессорско-студенческие организации, которые также ставили себе задачей борьбу с Советской властью. В Ленинграде во главе такой подпольной структуры на лето 1925 года стоял профессор Иван Петрович Павлов. Она поддерживала связь с профессорской организацией «Русская академическая группа» и студенческой организацией за границей ОРЭСО, а также занималась отправкой учащейся молодёжи за границу, как для продолжения образования или стажировки, так и для пополнения рядов Русской армии. В Москве представителем подобной организации являлся профессор Ростовцев, а в Киеве профессор Петров. Эти структуры имели связь с «Центральным комитетом Патроната над русской университетской молодёжью за границей» (Париж, 79, булл. Сан-Мишель). Профессор Павлов состоял в связи в Париже с М.М. Фёдоровым, в Белграде с Н.Н. Салтыковым и профессором
Виноградовым. Профессорско-студенческие организации в Москве, Ленинграде и Киеве располагали возможностью предоставлять подобранным и проверенным студентам необходимые документы, удостоверения, письма. За границу студенты иногда переправлялись в Ригу, Ревель, Варшаву нелегально через прибывших курьеров.78
Даже из приведённых в телеграфном режиме материалов следует признать, что ОГПУ проникла в «Специальное бюро» генерала А. Кутепова достаточно глубоко благодаря созданным агентурным позициям если даже располагала возможностью перехватывать каналы связи не только по физическим лицам, но и путём знания номеров банкнот как паролей для опознания. Идёт ли здесь речь о приобретение новых агентов ОГПУ? Несомненно они были приобретены в частности в Риге, в Москве и Ленинграде, где активно использовалась О. Попова (дочь А. Зайончковского, агент ОГПУ). Между прочим её «обличительные» свидетельства при расследовании уголовного дела в отношении Д.Д. Зуева были смертельными, приведшими к его гибели.
И всё же автор считает, что прогресс в купировании деятельности «Бюро» больше был связан с внедрением многолетнего агента ВЧК-ОГПУ: П. Шатилова, которому генерал А. Кутеповы продолжал верить. Однако у него не было выбора в силу отсутствия профессионально подготовленных офицеров. Ещё один «шатилов» – генерал Монкевиц появится в Бюро в 1925 году.
Откуда появились добровольные помощники «Бюро Кутепова» в течение 3 – 4 месяцев? Дело в том, что мысль о создании специальной военной организации в центре СССР возникла в момент поражения армии П. Врангеля и ухода её за границу. С этой целью высшим командным составом Русской армии было решено предложить некоторым, наиболее надёжным и способным офицерам остаться в Крыму, и попытаться организовать связь с уходящим частями, и командованием армии, а также подготовить почву для образования соответствующих ячеек в Красной армии и в иных структурах установившейся Совдепии. Кандидатов, пригодных для этой специфической службы, и желающих остаться, оказалось очень мало. Ориентировочно таких офицеров в чине от поручика до генерала набралось 30 добровольцев. Всем этим лицам был отдан приказ принести раскаяние красному командованию и поступить так или иначе на службу в Красную армию и там спокойно сидеть, выжидая удобного момента для начала работы. Проще говоря сделаться «спящим»…
Наиболее яркими фигурами среди оставшихся, оказались генерал Глебов, генерал Секретов, полковник Арзамасов и капитан Подгурский. До образования и открытия деятельности в СССР Американкой организации «АРА», работа таких уполномоченных была чисто персональной и характера организации не носила. В период же деятельности АРА представилась б
По началу офицеры, оставшиеся для нелегальной работы, поддерживали связь со штабом армии П. Врангеля в Константинополе, а затем в Софии. Когда генерал А. Кутепов был приглашён к В.К. Николаю Николаевичу в качестве помощника начальника оперативного отделом его штаба, связь перешла на него и в последующем на образованное в сентябре 1924 года «Специальное бюро». Весьма деятельное участие, в смысле всякой помощи В.К. Николаю Николаевичу организовать свои подпольные ячейки в СССР, принимали представители организации АРА и международного союза «Спасайте детей» - в лице их руководителей Вебстера и Джона Лерса.
Однако на 1 января 1925 года оставшиеся в Советской России резиденты ОРА так и не смогли организовать более-менее продуктивного разведывательного подполья, ограничиваясь лишь фактом своего исторического знакомства с бывшими сослуживцами по Императорской армии. Причина безуспешной попытки организовать подполье – отсутствие профессионалов и наличие в большинстве своём патриотов-любителей. Хотя и они были в состоянии выполнять некоторые не сложные задания парижского «Бюро» генера А. Кутепова. И на том спасибо. Вообще-то такие структуры «на причале», отходящих из Севастополя кораблей операции «Исход», - не создаются!...
Стратегически важными пунктами помимо Москвы и Ленинграда, Парижский центр признал Киев и Ростов-на-Дону и лишь в самое последнее время начал интересоваться и Дальним Востоком. Сказать с полной уверенностью, что все руководящие лица в Москве, Ленинграде, Киеве и Ростове-на-Дону имели между собой надёжную связь, курьеров – трудно, но несомненно все они знали о существовании в этих городах структур подпольной организации Русской армии П. Врангеля и о характере их работы.
Военная организация в Москве возглавлялась генералом В.Н. Гатовским –преподавателем в военной академии РККА. У Гатовского имелся родной брат, тоже состоящий на военной службе, причём оба они сохраняют весьма близкие отношения с полковником ГШ С.С. Ивановым, занимающим ответственную должность в штабе Московского военного округа. Через братьев Гатовских и при содействии Иванова Парижским центром были предприняты попытки установить контакт с М. Тухачевским и Л. Троцким.