Олег Ракитянский – Мы были первыми. Афган. Забытая война. (страница 3)

Вечная им память и упокоение на небесах.

Глава 2 «Афганская война».

Кабул под Новый Год.

Мысли.

К 20 часам 25 декабря 1979 г. колонна нашей 103-й начала «вползать» в Кабул. Какая-то тягучка как у жевачки «Дак-Дональдс»…

Азарт любопытства – распирал.

Хотелось посмотреть на азиатскую жемчужину.

Однако ночь скрывала предместья, так как электричество экономили и освещали только центральные районы столицы. Довели приказ: время «Ч» - рассредоточиться по всему городу, блокировать и захватить центральные объекты (министерства, ведомства, мосты, телецентр и т.д.). Особое внимание было уделено «советскому району» (где проживали наши дипломаты, специалисты с семьями). Три БМД (в том числе и моя) выделили в качестве маневровой группы (что-то вроде «пожарной команды»).

Автор на фоне своей «Ласточки» - она же БМД-1.

Наступило время «Ч». Взревели моторы и мы понеслись по улицам спящего, обречённого Кабула. Я следовал за машиной командира взвода, у которого был гражданский «советник», он и определял куда, зачем и как нашей команде следовать. Было много неразберихи. Нам сообщили, что произошла революция. Свергнут проамериканский режим Амина и к руководству страны пришли дружественные СССР правители. Но, так как не все воинские части Амина перешли на сторону новой власти – необходимо непокорных «принудить» - это сделать. В случае любого сопротивления со стороны «противника» - применять оружие.

Всё дело в том, что я, как и все другие, в лицо не знали, что собой представляет военнослужащий афганской армии, а уже тем более отличить «аминовца» от «друга СССР», да ещё в темноте, да ещё как потом оказалось – все они на одно смуглое лицо, было невозможно. Поэтому всю ночь носились колонной от одного объекта к другому. Город вымер. А может просто испугался рёва десятков БМД иногда без нужды «паливших» в разные стороны.

Хорошо запомнилась эта первая кабульская ночь. Угрюмые вершины гор, с прилипшими жилыми постройками в два – три этажа, гирлянды лампочек над входными дверями вдоль реки «кабулка» – и это чёрное как смола небо Кабула, усеянное не ласковыми звёздами, которые были так близко, что мы пытались их сбить длинными очередями из трассеров...

На одной из площадей, механик-водитель, шедшей впереди БМД, не рассчитал скорость, и на повороте его машину понесло как по льду. Удар о бордюр был достаточно сильный и в результате раскололся один каток. Все экипажи собрались вокруг. Пока механик ставил запасное колесо, мы решил поджечь сломанное, чтобы убедиться, что БМД сделана из сплава алюминия и магния. Подожгли. И тут начался фейерверк.

От колеса в разные стороны полетели белые, светящиеся искры, как от бенгальского огня. Зрелище было завораживающим. Из мрачного высотного дома, возле которого мы устроили «католическое рождество», прибежали гражданские русские поинтересоваться, что происходит. Оказалось это ребята из родных «компетентных» органов и охраняют министерство связи. Правда, предварительно они взорвали международный кабель, который соединял Афганистан со всем миром, и показали на большую воронку, которую мы поначалу приняли за результат земляных работ.

А колёсико-то наше, как и говорил один сапёр – горело минут семь. Мы почесали дембельские затылки и поняли, что в случае прямого попадания, вылетать из БМД надо с первыми искрами.

Спать не хотелось. Напряжение и возбуждение необычными впечатлениями прогнало сон. Перестрелки шли по всему городу. На перекрёстках начали встречаться совместные КПП наших и афганских солдат. С интересом разглядывал, по началу, форму «союзников».

Посольство США в Кабуле. (Фото из открытых источников)

Запомнился случай, когда проезжали мимо посольства США, оператор-наводчик развернув башню, дал длинную очередь над крышей строений со звёздно-полосатым флагом. Подырявив кабульское небо разноцветными трассерами, мы ушли на задание. Каким-то образов (может «пиндосы» пожаловались?!) меня вызвали к командиру и «сделали внушение». Получив от командира «нагоняй», я сменил тактику и каждый раз, проезжая поздно ночью мимо «янки», останавливал БМД и начинал газовать на весь посольский район. Если кто из читающих иносранцев, чуть подзабыл эти ночные «свидания» с советской десантурой – напоминаю номер моей БМД – 357. Между прочим, мой почин пришёлся по вкусу однополчанам.

За кутерьмой ночных передвижений внезапно взошло солнце, и Кабул предстал во всей своей азиатской красе. Трудно передать впечатления, ошарашенного «другим» миром советского солдата. Улицы превратились в клокочущие людьми полноводные реки. Всё куда-то шумело, двигалось, пересекалось, встречалось, разворачивалось и снова двигалось. Шикарные мерседесы, лэндроверы перемешивались с допотопными авто начала века и всё это заслонялось реальными арбами с колёсами как у водяной мельницы.

Витрины магазинов были уставлены диковинными для нас товарами: магнитолы, телевизоры, разнообразные мопеды и мотоциклы и т.д. Оказывается в городе существовали конкретные торговые улицы, на которых продавался один лишь ассортимент товаров: меховая улица, улица радиоаппаратуры, улица ювелирная… И везде разбитые торговые прилавки с восточными яствами.

Кабул 80-х годов. (Фото из открытых источников)

Через город протекает река «кабулка» с высокими каменными набережными, с высохших руслом и кучами мусора на дне. Когда мы барражировали по ночному городу с набитым оружием и личным составом БМД, кто-то случайно разблокировал РПГ-18 «Муха» (ручная противотанковая граната). Мало того, что открылась крыша, оказалось, что внутренняя часть трубы с гранатой вышла на 10-15 см. Так как боеприпасов было дефицит, я решил «Муху» привести в первоначальное состояние, т.е. собрать РПГ. Утром я доложил комвзода, что за ночь потерь нет, оружия столько-то и т.д., и упомянул, что собрал РПГ. И тут началось… Комвзвода разразился бранной речью, обращённой ко мне, моим родителям и жителям Кабула. По сравнению с длинной очередью над посольством США – это был матерные снаряды «Катюши». Я сам никогда не ругался, а тут услышал эти «переливы»… А ведь в душе надеялся, что похвалит – всё таки сохранил боеприпас. Как оказалось, по чистой случайности, «Муха» не превратила БМД со всем содержимым в «бенгальский костёр». Может Господь хранил?! Комвзвода тыкал мне в лицо «Муху», на боку которой была написана инструкция по применению. Она же категорически запрещала собирать, раскрывшийся боеприпас. Надо было его немедленно сбросить в «кабулку». Всё это конечно в скорости забылось. А мне поменяли фамилию и иногда стали называть – сержант Малешкин в честь героя фильма «На войне как не войне», который спас свою самоходку, восстановив чеку на гранате. В отличие от Малешкина, я собирал «Муху» внутри БМД, чтобы никто не видел.

«Кабулка». (Фото из открытых источников)

Тогда же утром нашу роту перебросили на объект КАМ (аналог КГБ СССР). Начали прочёсывать каждый дом, комнату, подвал и чердак… Хорошо помню, что когда я осмотрел близлежащее к дороге помещение, то услышал какую-то речь афганцев. Тут же выбежал на улицу. И опять меня накрыл «залп» «Катюши». Оказывается за мной шёл комвзода со своими бойцами и тоже осматривал строения. И когда я выбежал, он принял меня за противника и уже хотел расстрелять. Во время опомнился. И на этот раз – пронесло. Мне показалось – он больше меня струхнул.

Бежавшие сотрудники контрразведки и охранники оставили «богатое» наследство: сотни заключённых, конфискованные автомобили, драгоценности, оружие. В одном из помещений с однополчанами обнаружил комнату, набитую всевозможными деликатесами: несколько ящиков «Столичной» водки, десятки банок всевозможной икра, балыки, маслины, ветчина и другая снедь в иностранных упаковках…

Лирическое отступление. Когда через неделю-другую мы начали совместное, ночное патрулирование города со студентами Кабульского политехнического института (КПИ), то один из них предложил купить у него жену за бутылку водки (у него был гарем)! Оказалось, что водка стоит 8 000 афгани, столько же, сколько и жена без образования! Водку я не пил и, хотя меня дома, кроме родителей и брата никто не ждал, от «афганской» жены отказался. За что в последующем был подвергнут укорам и осуждению со стороны сослуживцев.

Глава 3

Тромбон

Летишь, бывало с парашютом

Покой кругом и сам не свой

Душа всё полнится уютом

И так захочется домой

И грёзы будущей гражданки

Пред зором ясным предстают

Но, сапоги летят, портянки

И помечтать уж не дают

И сквернословия за ними

Старшинский раздирают рот

Опять кому-то быть в уныньи

И быть объектом для острот

Но, горесть мыслей улетает

Когда к тебе доход звук

Оркестр полковой играет

Лишив, тяжёлых мыслей мук

Ты лямки задние – в натяг

И скорость гаснет, купол «бьётся»

Силишься вновь, опять напряг

Удар. Спина о землю трётся

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.