Олег Пантюхов – На княжеской службе (страница 3)

– Помощник мой, Игнат, охотник он. А князь когда про женитьбу на дочке говорил, не сбрехнул, на попятный, не пойдёт?

– Передумал? Рожа-то кислая была, когда про это речь зашла.

– Передумал.

– На которую, глаз положил?

– Лада Мстиславовна.

– На кой хрен, она тебе сдалась? Лихая баба, да ещё и перестарок.

– По нраву пришлась.

– Верхом, поди, в городе, видал. Эхе-хе. Ну, твоя воля, только уговор, мне потом не жаловаться. Сватом сам пойду, Мстиславка рад-радёханек станет, что ношу такую, с шеи скинет.

– Добро.

Две седмицы Ратмир правил дорогу. Известняка да песка извёл тьму, но дорога вышла крепкая, молотом бей не пробьёшь. Вся ровная, Игнат с плошкой по всей длине прополз, всю проверил. Мстислав Давыдович лично проехал по ней, да и пешком прошёл, похвалил Ратмира, за хорошую работу.

Как закончилась эта работа, так воевода и пошёл сватом к князю. Мстислав принял подарки с удовольствием, а когда Владимир рассказал, которую, дочку сватать пришёл, так князь и вовсе стал весел и добр. Ударили по рукам и на бересте договор скрепили. Свадьбу через ещё две седмицы назначили.

А на следующий день, Ратмир сам приехал в княжий терем, чтобы встретиться с невестой.

Ждала она в своей горнице, в углу на лавке сидела нянька и вышивала платок, больше никого не было. Лада хоть и была одета по всем правилам, но кроткий нрав с кокошником не наденешь.

– Чего решил, меня в жёны взять? – Не здороваясь, спросила она. Нянька не шелохнулась, но лицом стала похожа на свёклу.

– А что, не люб?

– Может и люб, да только странно, не счастливая ведь я, слыхал, первого жениха-то моего хазары убили.

– То, дело прошлое. Вот, принёс подарок тебе.

– Лада развернула парчу и вынула холст, натянутый на деревянную рамку.

Глаза её загорелись. На нём было изображение самой княгини на коне, в красках, будто живая.

– Видел я давеча, интересно тебе было, вот и решил порадовать.

– Рука мастера, красота. Отец Павел, не заругает, что мирские иконы малюешь?

– Греха нет, не запрещено. Стало быть, пойдёшь за меня?

– Да, кто ж меня спросит-то? Выдадут, да и всё.

– Это да. Но если противен, то в тягость станет.

– Не противен, хорош ты, что ж лукавить, всем хорош.

– Стало быть, хорош, значит, быть венчанию.

Нянька успела только дёрнуться, когда Ратмир схватил невесту за рукав, дёрнул к себе да поцеловал в щёку. От неожиданности Лада охнула, а потом рассмеялась.

– Иди уж, успеется.

Во дворе Ратмир застал охотника за работой. Глаз у него всё-таки орлиный, без всяких мер, точно знал, что, какой, длинны. Он тесал шестерни и втулки из лучшей корабельной древесины.

– Не смотришь на чертёж. – Попенял Ратмир. – Только дерево переведёшь.

– Отчего ж, не смотрю. Глянул раз, а более не нужно.

– И запомнил? Врёшь.

– Как есть запомнил.

Ратмир подумал немного, взял прутик и начертил на земле Аз, Буки, Веди.

– Проверим, запоминай.

Глава 6 Свадьба

Игнат и правда, запоминал всё что угодно, один раз глянув на буквы сразу ухватил. И уже сам составил из них несколько слов.

– Ты, главное шестерни и втулки, по чертежу вырезай, поглядывай всё же. Важная это штука.

– Сделаю, как попрошено, будь спокоен. А что, Ладу видел? Не раздумал жениться?

– Нет, не раздумал, а ты сам-то женат?

– Женат, и сын есть.

– Как же они без тебя?

– Бог поможет.

– Поможет, и я немного. На, вот, отправь им, глядишь полегче станет.

Игнат с удивлением посмотрел на две серебряные монеты, на ладони молодого боярина. Взял их и поклонился в пояс.

– Добрый ты человек, Ратмир, хороший.

– Ну ладно, ты давай шестерни верно выточи.

Парень только кивнул и впервые улыбнулся. На отцовском подворье было достаточно места, для любого дела. Всё-таки боярин, да ещё и воевода, положено ему большой терем иметь. Была там и кузня с добротными печами. Ратмир не умел сидеть без дела, поэтому сразу придумал себе работу. В одну из печей он поместил песок и щёлочь, которую выщелочил сам, из древесной золы. С помощью Игната, ему удалось сделать неплохое стекло. Выдувать и резать стеклянные цилиндры, Ратмир, ему, конечно, не доверил, но обслуживать печь, охотник смог, вполне хорошо. Постепенно качество стекла, стало настолько высоким, что Ратмир стал добавлять в смесь красители. Воевода заходил посмотреть, чем занимается сын, уж хотел попенять, что боярину у печи возиться невместно, но увидел стекло и не стал. Он долго рассматривал стекло, держал в руках, смотрел сквозь него, и только цокал, восхищённо, языком.

– Вижу, стал ты, и впрямь мастером. Со своими наставлениями, более мешать не стану. Делай, как знаешь.

И Ратмир делал, наготовив, побольше, стеклянных листов, он начал выдувать искусные вазы и другие изделия. Всё это, он аккуратно складывал в деревянные ящики, которые, готовил по его заказу плотник. Срок в две седмицы, подходил уже к концу. В один день, воевода вызвал его к себе, и сказал. – Работу прекращай, покуда. Надобно к свадьбе приготовиться. Стекло-то, поди, князю решил подарить.

– Так и есть, да только много его, всё не стану.

– И то верно. Уж как посмотрит Мстислав на изделия, так на настоящую службу поставит. Зятька-то, князь, не обидит.

Рукобитие, давно было позади, смотрины и девичник тоже. Приближался свадебный день. К этому дню, Ратмира разодели так, что был он одет, богаче, чем сам Фридрих одевался. Сплошь парча да меха. В свадебный поезд, воевода снарядил всех родных братьёв, сам Ратмир, взял с собой Игната, успел уж привыкнуть к нему. Две телеги ехали с звоном бубенцов и лихими криками. Все братья и дружка были конными, в телегах же везли дары и откупные. На княжьем дворе откупаться пришлось не раз, сластей и пряников на всех хватило. Пока Ратмир лихо выкладывал перед князем из сундуков серебро, ткани да своё стекло, степенно прибыли родители жениха. Тогда уж все вместе отправились на венчание. Ох и устал от него Ратмир, насилу выстоял. В походе и у печи трудился, не разгибая спины и всегда силён был, но тут будто подкосило. Выходя из церкви, Ратмир увидел старика, волосы седые, а сам не совсем стар вроде. Стоял он возле церкви, в хламиде, и не просил, кажись подаяния, да дёрнуло что-то, всё равно вынул серебряный боярин и отдал странному калике. Тот не благодарил, но в радостях и суете, никому до того дела не стало. Пир устроили в княжьем тереме, столько народу нигде больше, пожалуй, и не разместить. И пиру тому быть три дня, да только не для жениха с невестой. Поздравили их сначала по всем правилам и накормили, позволили и на пиру посидеть, а потом известно куда отправили.

Глава 7

– А мне понравилось. – Заявила княжна. – А подружки-то, застращали.

– Опытный воин, и крепость умело берёт.

– Да ты не зазнайся, перехвалила. – Засмеялась она.

Пировали крепко. Три дня терем князя ходил ходуном. Меды хмельные, вина и зелено вино подвозили бочками, поварня работала без продыха. Но закончился и пир, разъехались и разошлись гости. Молодые въехали в подаренный князем терем. Был он небольшим, но крепким и вместительным. Никого там не было, кроме деда истопника, который жил в пристройке. Да одну служанку привезла с собой молодая княжна. Больше никого в этом новом тереме и не было, а Ратмиру и вовсе никто был не нужен. Он обошёл все горницы, а было их восемь, осмотрел хозяйским взглядом и остался доволен. Места и впрямь, довольно.

– На службу к князю-то не передумал? – Спросила Лада.

– Коли нужен буду, позовёт, а нет, в ножки кланяться не стану.

– Ух, суров, стал, горд. Аж, сердце захолонуло.

Ратмир поглядел на, хохочущую жену и сам улыбнулся.

– Стекла у меня, девать некуда, продам для начала, немалых денег стоит.

– Мудро затеял, так и купчины о тебе узнают, сами за диковинами станут ходить. А что ещё умеешь?

– Да всё умею, железо доброе сделать могу, бронзу. Лекарства любые, хошь мост поставлю, хошь кремль каменный. Я ко всем наставникам хаживал, всё запоминал, узнавал.