Олег Новгородов – Рассказы (страница 3)
Черно-белое бесстрастное лицо наблюдало за этой сценой, не проявляя ни малейшей эмпатии.
- Без обид, ребята, - произнес убийца. - Зато проверите, как обслуживают в морге. Там, кстати, тоже служба контроля качества есть, если что - сразу жалуйтесь, да погромче. Ну, к примеру, вскроют без улыбки, или зашьют неровно. Ах, да, забыл! Мы очень рады новым клиентам!
И он вышел из квартиры. Тихо защелкнулся замок. На разбитый Надин смартфон пришло смс: "Такси подъехало и ожидает Вас у подъезда", но им с напарником предстояла поездка другим транспортом. И не домой.
Ничей сон не крепок
Ничей сон не крепок
- ЗА ДВЕ НЕДЕЛИ ДО -
Павел вернулся домой ровно в 18-50.
Он ненавидел уходить со службы раньше положенного, но надо - значит надо. А Павел с детства всё делал как надо, и, став взрослым, стремился прививать эти качества всем, кто оказывался в шаговой доступности.
Катька встретила его в прихожей дежурным поцелуем.
- Где сын? - спросил ее Павел.
- Нет его, - лениво ответила Катька.
- Повторяю вопрос - сын где? - в голосе Павла залязгал металл.
- Гуляет, - бросила Катька, и, вильнув бедрами, удалилась на кухню. - Ужинать будешь?
Павел сжал и разжал кулаки. Вот сука, врезать бы ей, чтобы разговаривать научилась. Вот только тесть ему тогда ноги поломает.
В прошлом году Алексей Афанасьевич уже выразил озабоченность жесткой внутренней политикой, которую Павел проводил в семье, и ввел против него персональные санкции. Причем не смутился, что у Павла первый разряд по боевому самбо и черный пояс по каратэ, а поработал секунд десять кулаками и сделал ему из лица фарш. Глаза заплыли, губы всмятку, еще и нос на бок улегся. А Павла вообще никогда не били, он всегда самый сильный был.
Никита позвонил в дверь в 18-53.
- На три минуты опоздал! - напустился на него Павел. - Совсем охренел, что ли?! Тупой, безответственный придурок!
- Ну паааап! Мы с пацанами…
- Живо переодевайся и на тренировку!
- Прикинь, пап, - сказал Никита, когда они с отцом шли в спортивную школу. - Бабку с седьмого этажа в больницу забрали. Прикинь, па!
- И дальше что?
- Так ей и надо, па! Мы с пацанами ей казнь придумали, пусть только ее обратно привезут…
- Ты че несешь?! - вызверился на него заботливый отец. - Какую еще казнь? Ты совсем дебил, как мамашка твоя! Не вздумай никому про это говорить, понял, казнильщик хренов! Уроки лучше делай!
"Никому" - это, конечно же, деду. Тот презирал дочку: сама с мудаком связалась, сама и мучайся, говорил он. А вот насчет внука переживал.
- Эх, не выросло бы из него говно, - сказал он как-то Павлу, в упор глядя на него бешеными атаманскими глазами. - Такое же как ты, не пьющее, не курящее, задолбавшее всех говно. - И махом выпил стакан водки. Тесть мог выпить и десять стаканов, причем он почти не пьянел.
"И чем ему эта бабка не угодила? - угрюмо раздумывал Павел. - Бабка как бабка, из конуры своей почти не вылезала. Училка бывшая. Небось, дружки подбивают. Кретины малолетние, типа Мишки Пеглова. Родаки наркоманы, и этого под дозой сделали. Надо участкового напрячь, у них же притон на хате, шприцы под окном валяются, закладки средь бела дня, а он и не чешется".
- Давай быстрее! - рыкнул он на сына, который, казалось, еле-еле переставляет ноги. - Мне с тренером поговорить надо. Специально у комвзвода отпросился.
____
-1-
…Лежа на больничной койке, пациентка издавала пронзительные звуки, которые, в ее представлении, должны предшествовать скоропостижной кончине.
- Аааа, щас сдохну!!! - надрывалась она на радость медперсоналу. - Ааааа, больноооо!!! Мамочка, боженька, примите мою душу, аааа!!! Священника мне, батюшку позовите!... Врача!!! Извергииии!!!
Несколько минут Ольга слушала концерт, затем присела на корточки у смертного одра, запустила руку под одеяло и положила мученице ладонь на живот, прошептав: "Не ори, Аделина".
- Аааа, не тро… - та икнула и замолчала. По всему телу забегали блаженные тёплые мурашки.
- Девушка, осторожнее! - предупредила Ольгу медсестра, вошедшая в палату с уколом обезболивающего. - Швы, между прочим, утром наложили! Вы что вообще…
Ольга полуобернулась.
- Не волнуйтесь, я ничего не испорчу, - вежливо сказала она. Медсестра, секунду назад готовая применить силу, примолкла и стала терпеливо наблюдать за происходящим… За происходящим ч е м ? В жизни такого не видела.
Некоторое время спустя Аделина выдохнула, открыла глаза и сказала:
- Уффф, отпустило вроде!... Ох, грехи мои... Оля, да что ты меня лапаешь, как пастух доярку? - Ольга плавно вытащила руку из-под одеяла и отошла в сторону.
- Полегче тебе, Аделин? - спросила она.
- Конечно полегче! - ответила Аделина. - Укол подействовал, вот нельзя было раньше сделать, надо до последнего дотянуть, пока я окочуриваться начну, да что же за враги… Да я же деньги вам плачу, деньги, да ваша драная страховка…
- Аделина Рафиковна, - перебила ее медсестра, решительно выходя на сцену. - Мы вам сейчас второй укол сделаем. А то вы окочуритесь, а нас минздрав проверками замучает.
Аделина в ужасе вытаращила глаза, но в следующий миг резиновый жгут обвился вокруг ее руки выше локтя.
- Кулаком поработайте, - распорядилась медсестра.
***
В лифтовом холле Ольга неуклюже увернулась от тележки с медикаментами, одновременно нашаривая в кармане вибрирующий телефон.
- Да, мамуль! Да, скоро приеду. Адель нормально, ей аппендицит вырезали. Нет, из врачей никто не пострадал, они ее усыпили. Еды отнесла, но у меня все отобрали, потому что ей пока нельзя. Да пусть кушают, не обратно же тащить. Ну пока, мамуль. Целую.
Дорогу ей загородила медсестра.
- Я дико извиняюсь, - сказала она. - У меня вопрос. А вы не могли бы объяснить, что вы сейчас сделали?
- Без понятия, - как могла, объяснила Ольга, вертя айфон в пальцах. - Ну просто. Захотела и сделала.
- Ясненько, - кивнула медсестра. - Вы давно Аделину Рафиковну знаете?
- Мы в школе вместе учились. А почему вы спрашиваете?
- Мне тоже нужна ваша помощь. Думаю, что именно ваша. Вы можете мне помочь, хотя мы не учились в школе?
Ольга откинула со лба крупную светлую прядь и посмотрела на медсестру добрыми коровьими глазами.
- Да, наверное, конечно. А как помочь?
- В соседнем отделении лежит бабушка. Девяносто два года. Инфаркт. Жить ей осталось всего ничего. Она все время зовет внучку. Кричит: Алёна, Алёнушка! Плачет, не спит, снотворные не берут. Понимаете, о чем я?
- Не… - растерялась Ольга. - Сорри, я тупая, как пробка, так и Аделина говорит. Чего мне делать-то надо?
- Пойти к бабушке и сказать, что вы - ее внучка Алёна. Она должна быть примерно вашего возраста. В конце концов, бабушка скоро уйдет, но можно отпустить ее счастливой.