Олег Новгородов – Рассказы (страница 27)
Поймала, нечего сказать.
- Аль, ну Аля… - я перестроился в средний ряд. – А не приехал бы от Бориса парень, и что тогда? На твоей шее сидеть? У нас в квартире четверть миллиона зелени. Вот теперь никому не открывай. Поговорим вечером или завтра. Я за рулём. Пока-пока.
Сбросил вызов и выключил мобильный.
Сделка состоялась. Передача денег моей худенькой, вечно не досыпающей, смертельно уставшей от младшеклассников жене означала, что моя жизнь по-честному оплачена. И мне остается по-честному с ней расстаться.
Я посмотрел на часы. Половина восьмого. Сбор назначен в восемь-пятнадцать.
***
Валера приехал раньше – по командирской привычке, надо думать. Долго ли ему нами командовать – это как карта ляжет. Рассевшись на ступеньках ДК, он щелкал фисташки, ссыпая скорлупу в карман ветровки с капюшоном.
Поселок городского типа оказался совсем не таким живописным, как некоторые подмосковные городки с мощеными дорогами и отреставрированными на пожертвованиями церквухами. Здесь всё строилось в прагматичные восьмидесятые: типовые девятиэтажки, строго распланированные улицы. Зато зона экологической чистоты.
Пока я шел к ДК через площадь, по ее обочинам припарковались еще три машины: праворульная «хонда» Павлика, Серёгин «гольф» двадцати шести лет от роду и пафосная «семёра» Игната. В упор не понимаю, как Игнат затесался в нашу компанию. Широкоплечая скотина с отменной мускулатурой, бронебойным самомнением и несгораемой усмешкой на лице, еще и подлый, как скунс.
Ни с кем не здороваясь, Игнат подчеркнуто устроился особняком.
- Моя звонила, - вполголоса сообщил Серёга. – Ей деньги привезли. Хоть что-то. У меня камень с души свалился.
Серёга попал в команду господина Шкруевича по той же причине, что и я: чересчур затрудненное финансовое положение. Его дочке три года, у нее лимфолейкоз. Серёгиной зарплаты не хватит и на консультацию хорошего специалиста, а требуется еще курс лечения, дорогостоящие лекарства. Странно: Серёга здоров как лось, служил в морской пехоте, жена – кровь с молоком, а вот ребенка сделали больного…
Павлик толкнул Валеру в бок. Они оба из спецназа, вместе воевали в горах. Павлик младше по званию. Ему тридцать девять, но он до сих пор похож на пацанчика, метр с кепкой.
- Привет, старлей, - буркнул Валера. Павлика привлек в проект именно он. Сам же Валера единственный из нас волонтер. Он напросился, потому что ему – с его же слов – осточертело рулить службой безопасности. Захотелось приключений. Ну что ж, туда и дорога. Родных-близких у него нет. Наследство Павлика завещано его сестре, а гонораром Игната распорядятся родители.
Валера хлопнул в ладоши.
- Господа, спасибо, что вы здесь. – Игнат перекантовал свою задницу на сантиметр-другой, как бы говоря: правилам-то я подчиняюсь, но больше у меня ничего общего с вами нет и быть не может. – Теоретически, пока еще мы с вами не в схеме, до подтверждения полномочий, после чего операция считается начатой, и дай бог нам выбраться из этого кишлака полным составом.
Он достал трубку и вызвал оператора.
- Борис Войтехович, мы на исходной. Разрешите начинать? Принял, начинаем.
У меня пискнул брелок сигнализации, и я потянулся за ключами.
- Всё нормально, Артем, так надо, - успокоил меня Валера. – Господа, полномочия подтверждены. Оружие и телефоны для контактов с оператором у вас в машинах. Прошу без суеты всё забрать и направляться к автобусному кругу. Я, Артем и Павел садимся в маршрутку, Игнат и Сергей – в автобус. Всем удачи.
____
-2-
Четыре месяца назад, в слякотную весну, мы собрались все вместе, обменялись рукопожатиями и анкетными выжимками. Вкратце: кто такой Серёга, кто – Артем, кто – Игнат. Кто такие Валера и Павлик.
Валера нет-нет прикладывался к графину с водой, запивая таблетки. На войне в нем наделали столько дырок, что без болеутоляющих уже никак. Лично рекомендованный Валерой Павлик – такой же боевой офицер.
Меня, Серёгу и Игната Борис Шкруевич нашел сам.
А потом я впервые увидел на компьютерном мониторе эту женщину.
- Кабрихина Вероника Романовна, генеральный директор холдинга «Кабреал». Импорт-экспорт, лизинг, аренда, розничная торговля, дочерний банк «Кабреал-Кредит». Но это так, прикрытие. Под ним формируется крупнейшая в регионе сеть наркодиллеров, которых опекает и милиция, и собственные «бойцы» Кабрихиной. Конкурентов устраняют жестоко и показательно, хотя причастность ее людей к расправам не инкриминируема. Есть мнение, что Кабрихина своих на такие дела не подписывает, нанимает левых. По другим сведениям, госпожа гендиректор вовсе не санкционирует насилие. Как бы всё само по себе.
Вероника Кабрихина выглядела не красавицей. Слишком резкие черты лица, слишком глубоко посаженные глаза, слишком прямые и тонкие губы. Барби ее родители не осилили и даже не пытались.
- На нее было организовано одиннадцать покушений. Она пережила их все – и ни единой царапинки.
- Ее, небось, караулят по вип-классу, - заметил сидевший рядом со мной серьезный Серёга. Он постоянно очень серьезный. Не знаю, был ли он таким всегда, или серьезность накатила после того, как добрые доктора приговорили его дочурку к скорой смерти.
- С ее масштабами – класс отнюдь не вип. Кабрихину сопровождают двое, она отпускает их в конце рабочего дня – курам на смех. В доме дежурит сотрудник ЧОПа. Это всё.
Игнат хапнул из вазы с фруктами яблоко и впился в него зубами.
- Более того, Кабрихина несколько раз поздно вечером отправлялась в ресторан. Одна. Такая опрометчивость с ней не вяжется: в бизнесе у нее всё безукоризненно, комар носа не подточит, прибыли от наркотрафика отмываются до белизны…
- Тогда откуда известно, чем она промышляет? – спросил я.
- Оттуда, с самых верхних этажей. Сливки общества наперебой жаждут делового партнерства с Кабрихиной, пока без взаимности, и слагают о ней легенды. А о ее беспечности ходят слухи среди вольнонаемных киллеров…
- Уж не подставная ли эта тётка? – Игнат пожонглировал огрызком. Гнида.
- Ни в коей мере. Ну, пусть и так – загадка-то осталась бы загадкой, но… Кабрихина думает сама, решает сама и командует сама. И отчего-то свято верит в свою неуязвимость.
***
…Валера возле «Газели» косил под похмельного работягу. Имидж портили «полароиды», которые он носил в любую погоду; даже на тренингах гонял нас, не снимая темных очков. Очки и прядь волос, спадавшая на правую линзу, придавали Валере не пролетарскую демоничность.
Павлик разместился рядом с водителем и развязно покуривал в открытую дверь.
- Шеф, скоро двинем? – окликнул Валера водителя.
- Минут через десять, не раньше.
В магазине у остановки я купил банку холодной колы и выхлебал ее залпом: жара вступала в свои права. Закурил сигарету. Город проснулся раньше, чем мы собрались на лестнице ДК: машины одна за другой проезжали через круг в сторону центра. Не дешевые машины. Я подумал, что Алька теперь сможет позволить себе жить в таком экологически чистом городке со свежим воздухом. Еще подумалось: лишь бы не подцепила после меня какого-нибудь кидалу. Да нет же. У Альки на людей чутье сильнейшее, да и не такая она, чтобы вешаться на шею первому встречному. У нее будет лучший в мире муж.
Игнат и Серёга поднялись в рейсовый автобус, купив в киоске карточки на одну поездку. Рожа Игната выражала отвращение.
Маршрутка забурчала стартером, и я залез в салон. Передал тридцать рублей и протиснулся к свободному месту сзади. Валера был уже там.
На перекрестке загорелся зеленый.
«Газель» покатилась, набирая скорость, чтобы проскочить светофор. На спидометре было под восемьдесят, когда в салоне вдруг стемнело, словно слева за окнами выросла глухая стена.
Рейсовый, каким-то образом нас догнавший, притирался к «Газели» - мужик за рулем автобуса спал или обдолбался наркотиков. Между бортами было уже не втиснуть спичечный коробок.
Столкновение казалось неизбежным.
В последнюю секунду наш водитель вильнул к обочине и дал по тормозам.
- Бля, шеф, ты че – пьяный, что ли? – рыкнул на трясущегося водилу Валера. Остальные пассажиры лишились дара речи, да и мне тоже сказать было нечего.
- Хер знает, куда он прёт, - пролепетал шофер. – Козёл дебильный. Деревня грёбаная…
- Наваляй ему после смены, - посоветовал Валера.
«Газель» поехала дальше, а я сидел, сцепив пальцы на животе.
Первый нам звоночек.
***