Олег Новгородов – Рассказы (страница 14)
- Извините, а недвижимость работает? – спросила она продавщицу. Та озадаченно поморгала.
- Айгуль! Айгуля-а-а! - окликнула она напарницу из кондитерского отдела. Напарница что-то прокурлыкала в ответ. - Не, не работают. Их прокуратура закрыла.
Ну и правильно, что закрыла, злорадно подумала Яна. Небось там такие же Липские сидели. Она поплелась по тротуару к музею. Туда ей было абсолютно не надо, зато под горку. (Или надо?) В кеды набилась сухая пыль. Яна залпом выпила газировку и платком промокнула лицо. Да что же такое с этой Катей? Узнала, обрадовалась, назвала по имени, прям идиллия. И тут же невзлюбила. Почему?
Не то чтобы Яну все и всегда любили. Ее шпыняли и за красоту (ну за ухоженность, если совсем честно), и за относительную успешность, и за нежелание иметь детей. Но нелюбовь вызревает в некоторый инкубационный период, а Катя уложилась за секунды, сымпровизировала оскорбительный тон и удрала.
Вяло обмахиваясь платком, Яна размышляла, с чего у Катерины так скоропостижно протек чердак.
Разве что…
Яна скомкала платок, затолкала его в сумочку и помотала головой: внезапно ей стало не по себе.
…Катя распознала второго человека из прошлого? Но не сразу, поскольку ВТОРОЙ стоял позади. Липская. Почему-то Катя связала ее с тетей Таней, в эту же компанию зачислила Яну и назначила их своими врагами.
То есть, Нина Липская сама отсюда же родом. И репутация у нее (или у ее родителей, дядей, тетей) не лучше, чем у одиозной Татьяны.
____
Краевой музей в приземистом облупленном особняке по-братски делил помещение с библиотекой. Режимы работы выведены по трафарету цветной гуашью на ватмане: музей – 9:00 - 18:00, библиотека – 10:00 - 19:30, с понедельника по пятницу. Топчась на крыльце, Яна взвесила «за» и «против». Ее затея – авантюра не самой чистой воды, но торопиться-то некуда. Пусть Зоя Ивановна отдохнет. Липская сама о себе позаботится – в Москве не пропала, на исторической родине (если здесь и впрямь ее родина) не пропадет и подавно. Яна вовсе не была уверена, что отыщет нужное: цензура «совка» сенсаций не поощряла. Но во второй половине восьмидесятых набирали обороты перестройка и разнузданная гласность. Так что не всё безнадежно.
Изнывающая библиотекарша – толстая и непривлекательная девица в бифокальных очках – флегматично листала «дамский» детектив. Яна деликатно покхекала в кулак.
- Ага, - сказала библиотекарша.
- Здравствуйте, девушка. Я бы хотела… У меня нет абонемента, я здесь вообще проездом, но я бы хотела посмотреть подшивки местной газеты. Если можно.
- «Дороховский путеец». Ежемесячник.
- Ну да.
- А как я вам выдам без абонемента? – у нее был взгляд как у сома на рыбном прилавке.
В порыве вдохновения Яна козырнула сторублевой купюрой и положила ее на конторку.
- Это не взятка, это на мороженое. Я вот тут сяду за столиком, буду очень аккуратной и ничего не украду. Но вы, конечно, можете мне отказать.
- Да ладно, хоть пять минут убью, - пропыхтела библиотекарша, отрывая от затрапезного стула внушительную задницу. – Годы какие?
- С восемьдесят пятого по девяносто второй.
- Сейчас притащу из архива.
Через пять минут ровно она плюхнула на стол пачку газет, отдернула занавеску, и, держась за поясницу, уселась обратно на стул.
- Развлекайтесь, - напутствовала она посетительницу, засовывая сто рублей в ящик с формулярами.
Подобием усилия воли Яна абстрагировалась от духоты и приступила к чтению.
Зимние и весенние месяцы 85-го в Дороховске были небогаты событиями. Редакция фальшиво восторгалась горбачевскими реформами, пинала в рамках дозволенного бюрократов, приводила скучную статистику производства, шаблонно поздравляла с юбилеями ветеранов войны и труда. То же – в июле.
Но июльских номеров оказалось два – вместе с экстренным. На первой полосе – фото молодого человека. «ПОЖАР В ШКОЛЕ. ПОГИБЛИ УЧАЩИЙСЯ И ПРЕПОДАВАТЕЛЬ.
В среду, 17 июля по неустановленным причинам загорелась школа (ул. генерала Алтаева, 5Б). Спасая из огня детей, погиб учитель физкультуры - студент Московского областного педагогического института Илья Пономарь. Ему удалось эвакуировать четверых учеников шестого класса. К сожалению, судьба пятого мальчика ужасна: преподаватель задохнулся в дыму, а затем обрушились перекрытия. Здание восстановлению не подлежит. Рассматривается проект строительства новой школы до конца каникул.
Помимо И.Пономаря, в школе находились двое учителей, не предпринявших для спасения детей никаких усилий. Они утверждают, что «расшалившиеся» воспитанники баскетбольной секции, тренером которой был Илья, заперли дверь канцелярии – объяснение шито белыми нитками и не оправдывает преступного равнодушия людей, призванных обеспечивать детскую безопасность. Горе-учителя понесут заслуженное и суровое наказание.
Председатель исполкома и первый секретарь горкома партии г. Дороховска выражают соболезнования родным и близким погибших Егора Котова и Ильи Пономаря. Похороны Егора состоятся в субботу, гражданская панихида и похороны Ильи Пономаря – в воскресенье».
Упорство главреда «Путейца» в освоении нивы бульварной журналистики достойно восхищения, да и промывка мозгов на уровне. Фактов по нулям, одна патетика. Как и всегда, когда по справедливости надо вешать на столбах больших боссов, аудиторию настраивают против «стрелочников».
Почему школа-то загорелась?
В номере за август «Путеец» поместил лаконичную заметку о том, что против учителей, не оказавших помощи детям, возбуждено уголовное дело. Работать в сфере образования им не придется, и, скорее всего, обоих ждет тюремное заключение. По инициативе горкома партии собраны подписи под коллективным заявлением в прокуратуру с требованием назначить педагогам-вредителям максимальные сроки лишения свободы.
О как. Было «горе-учителя», стало «педагоги-вредители».
Яна вытряхнула из сумки упаковку салфеток и вытерла влажные ладони. Общественное мнение – плотоядный зверь, и «Путеец» его подкормил, применив такое количество клише, что новостные онлайн-ленты курят бамбук. И едва ли по личной инициативе главного редактора.
В сентябре газета доложила о результатах расследования пожара. Возгорание возникло из-за замыкания в проводке. Привлечен к следствию завхоз. Так же, найдены осколки бутылки из-под спиртного – очевидно, в учительской распивали алкоголь.
Новая школа откроется для учеников через неделю, уже сейчас дети получают учебники и готовятся к полноценному учебному году.
Не то, с досадой подумала Яна. «Путеец» неукоснительно держался политики неразглашения, и степень участия Татьяны в городской драме никак не определишь – нет исходных данных. Она была матерью Ильи Пономаря, героя. Но это священный ореол, а не статус отверженной.
Октябрь выдался благостным.
В ноябре город вновь обрел преддверие ада.
«ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ. ПОГИБЛИ ДЕТИ.
В ночь со среды на четверг в печально известном Вражьем овраге разыгралась трагедия. ЗВЕРСКИ УБИТЫ семиклассники Алексей Блохин, Руслан Слипченко, Ильдар Хайдяров; еще один подросток (Артем Климов), истекая кровью, добежал до отделения милиции и сообщил о преступлении. Мальчик скончался в машине «скорой помощи» от остановки сердца.
Выродка, искромсавшего ножом детей, по горячим следам задержали сотрудники милиции. Им оказался пациент районной психиатрической клиники, ранее судимый Виталий Будейко. Он совершил побег из клиники, воспользовавшись попустительством медицинского персонала. В частности, санитар не сделал пациенту положенную инъекцию успокоительного препарата и не закрепил узлы смирительной рубашки.
По горькой иронии судьбы, четверо ребят выжили при пожаре школьного здания. Председатель исполкома г. Дороховска, первый секретарь городского комитета партии и редакция нашей газеты выражают искренние соболезнования родителям Алексея, Руслана, Ильдара и Артема. К нам присоединяются все жители города. Подонок, поднявший руку на самое святое – на детей – не уйдет от ответа.
Семьям будет оказана материальная поддержка».
Илья спас мальчишек от страшной смерти в пылающем здании, но год еще не кончился, а школьники погибли, и смерть их, возможно, была страшнее, чем могла быть там, в школе. Безрассудно доказывая друг другу свою храбрость, они спустились на дно оврага, где никто не мог их видеть, а ледяной ноябрьский ветер заглушил предсмертные хрипы. Они сказали родителям, что переночуют у друзей, собрались у ведущей в овраг тропинки и бодро, перекидываясь шутками, зашагали вниз. Но вот темнота вокруг сгустилась, возомнивший себя носферату маньяк занес в кромешной мгле нож, и кто-то первым скорчился на земле…
Декабрь. Ни слова об убийстве школьников во Вражьем овраге, ни слова о пожаре. Городская рутина вернулась в накатанную колею, статьи пестрели лозунгами и памфлетами. Январь восемьдесят шестого. Февраль. Март. Яна пробегала взглядом заголовки и перекладывала газеты на край стола. В марте на область обрушились снегопады, затруднено движение на шоссе. По прогнозу сильные заморозки…